Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Маугли и "почемучки"

Действительно, каждое поколение людей заново учится думать, дети не рождаются "умными", все навыки мышления они приобретают на опыте, благодаря постоянному общению со взрослыми людьми. Хорошо известно, что получается, если ребенок оказывается изолированным от человеческого общества. Трагическая история двух индийских девочек, потерянных в джунглях и вскормленных волчицей, - жестокий пример такой катастрофы.

Оказавшись вне людей, Амала и Камала стали гораздо больше похожи на волчат, а не на детей. По внешнему виду, поведению, разуму это были зверята, совершенно лишенные даже проблесков человеческого сознания и каких бы то ни было навыков человеческого мышления.

Они не признавали никакой одежды, не пили, а лакали воду, ели сырое мясо, до блеска обгладывая сильными челюстями кости, днем забивались в темные углы и спали, а ночью вылезали из укрытия и начинали ползать (передвигались они только на четвереньках) в поисках пищи. Обоняние и слух у них были чисто волчьи, по ночам они часто выли, а если их хотели поймать, кусались. .Никакие чисто человеческие занятия, даже игры детей, их не интересовали.

Восемь лет жизни среди волков помешали интеллектуальному развитию детей, обладавших когда-то всеми возможностями стать мыслящими существами. С большим трудом удалось привить им кое-какие навыки человеческого поведения. Восьмилетнюю девочку пришлось учить ходить, говорить и, разумеется, думать. Только через три года начала Камала понимать речь и произносить "да" и "нет". К концу пятого года жизни среди людей она знала всего тридцать слов, по уровню развития приближаясь к полутора-двухгодовалому ребенку. Еще через четыре года Камала, которой было к тому времени семнадцать лет, сравнялась по умственному развитию с детьми пяти-шести лет.

Если ребенок не общается с людьми, он не учится думать и остается на низшем, зверином интеллектуальном рубеже - вот главный вывод, который можно сделать из подобных случаев.

А нельзя ли отсюда же извлечь и обратную теорему: если ребенок развивается нормально, то, видимо, наблюдая последовательные этапы его умственного роста, можно проследить за тем, как звериный разум становится человеческим.

Такие попытки делались.

Исследователи детской психики начали с того, чем кончили зоопсихологи. Они дали ребенку различные "орудия", а за решеткой положили вкусное угощение. Будет ли поведение ребятишек отличаться от обезьяньего?

Оказалось: те же задачи, что и взрослая обезьяна, может решить годовалый младенец. Правда, ему не легко соперничать с обезьяной в подвижности и ловкости, но в мыслительном плане годовалый малыш и обезьяна равны.

Дальше сравнивать, однако, стало труднее. Когда ребенок начинает говорить, происходит столь резкое изменение его уровня мышления, что ни о каком последовательном постепенном переходе от звериного мышления к человеческому не может быть и речи. Это подтверждают и опыты, так сказать, обратные истории с Камалой, когда звериных детенышей, на этот раз нарочно, воспитывали вместе с детьми.

Два с лишним года прожил шимпанзе Иони в семье известного теперь психолога Надежды Николаевны Ладыгиной-Котс на правах ребенка. А обезьянку Вики американские ученые супруги Хейнс взяли в дом, когда ей было всего несколько недель, и воспитывали вплоть до "школьного" возраста. Исследователи старались привить обезьянам человеческий образ жизни: приучить их ходить на двух ногах, носить одежду, есть за столом, спать в постели, наконец, понимать речь и произносить слова.

Внешние навыки человеческого поведения обезьяны копируют, и довольно успешно, а вот говорить и, стало быть, думать по-человечески они так и не научились. Обе попытки в этом смысле потерпели неудачу. "Детские слова, - писала Надежда Николаевна Ладыгина-Котс, - подобны лучам, исходящим от настоящего бриллианта, он, собирая в своем фокусе отовсюду окружающий его рассеянный свет, преломляя его через свои тончайшие грани, направляет в наш глаз каскады ослепительных огней, сила и причудливость игры которых помогают нам судить о качестве природного камня и о тонкости его шлифовки...

Поменяться местами
Поменяться местами

Этой причудливой, тонкой, многообразной игры, в особенности игры психических, интеллектуальных сил и способностей, мы не видим, не обнаруживаем у шимпанзе.

Проведя наше сравнение далее, мы склонны были бы уподобить психический интеллектуальный склад шимпанзе и его тусклые, неясные, сумеречно-серые проявления, конечно, даже не фальшивому бриллианту с его ослепляющим, но фольговым блеском и не природному неотшлифованному алмазу - он еще может дать искристый блеск при соответствующей обработке, - но разновидности прозрачного, сияющего, лучистого, играющего алмаза, его собрату по происхождению - тусклому, серому, однообразному графиту".

Вот к какому выводу пришел психолог, поставивший такой необычный опыт. А Надежде Николаевне Ладыгиной-Котс можно верить, ведь она вела наблюдения параллельно и над своим сыном. Интеллект четырехлетнего ребенка оказался несравнимо более совершенным, качественно совсем иным, чем у четырехлетнего шимпанзе.

Это связано, как мы уже говорили, с речью. Активное овладение речью наиболее быстрыми темпами совершается в возрасте от двух до пяти лет. В год запас слов у ребенка исчисляется единицами. К концу второго года он достигает 250-300 слов, а еще через год доходит до тысячи. Всего за год ребенок утраивает свой словарь.

А грамматика? Корней Чуковский, писатель и лингвист, пробовал как-то подсчитать, сколько приставок, суффиксов и тому подобных грамматических форм должен усвоить трехлетний ребенок. У него получилось что-то около 70.

"Страшно подумать, какое огромное количество грамматических форм сыплется на бедную детскую голову, - писал он потом, - а ребенок как ни в чем не бывало ориентируется в этом хаосе, постоянно распределяя по рубрикам беспорядочные элементы услышанных слов и при этом даже не замечая своей колоссальной работы.

У взрослого лопнул бы череп, если бы ему пришлось в такое малое время усвоить то множество грамматических форм, которые так легко и свободно усваивает двухлетний лингвист. И если изумителен труд, выполняемый им в это время, еще изумительнее та беспримерная легкость, с какой он этот труд выполняет.

Поистине ребенок есть величайший умственный труженик нашей планеты..."

Как удается ребенку в короткое время совершить столь сложную мыслительную работу? Это было бы невозможно без той творческой интеллектуальной силы, которая и отличает именно человеческое мышление. Она проявляется не только в умелой классификации окончаний, приставок и суффиксов, но и в неизбежном выдумывании слов, что свойственно всем детям, и в том интуитивном угадывании, с которым ребенок при создании нового слова выбирает необходимый образец. В правильном угадывании форм выдуманных слов, в так называемом чутье языка, и заключается творческий подход двухлетнего ума к сложнейшей задаче - овладению языком.

"Тот, кто в раннем детстве на пути к усвоению родной речи не создавал таких слов, как "ползук", "вытонуть", "притонуть", "тормозило" и тому подобных, никогда не станет полным хозяином своего языка... Их речь будет анемична, бескровна, мертвенна именно потому, что в возрасте от 2 до 5 их лишили возможности творчески освоить ее", - писал Корней Чуковский в своей книге о детском языковом творчестве, которую он так и назвал "От 2 до 5".

По его наблюдениям, к восьмилетнему возрасту ребенка такое изощренное чутье языка как бы несколько притупляется. Вернее, лингвистическая работа ребенка переходит на новые рельсы: на пороге школы перед детьми встает новая задача - осознать осмыслить то, что в возрасте от 2 до 5 они инстинктивно узнали на практике.

Ребенок есть величайший умственный труженик нашей планеты
Ребенок есть величайший умственный труженик нашей планеты

Но творческие силы ума по-прежнему ищут выхода. Они проявляются и в разнообразных играх и в непрестанных выдумках, которые так характерны для детства. А ведь детские игры и фантазии не простая забава. Это своеобразная тренировка ума, необходимая для развития мышления. Недаром кто-то метко сказал: каков ребенок в игре, таков будет взрослый в работе. Смекалка, способность планировать свои действия, в какой-то мере предвидеть последствия поступков формируются именно в играх. И где, как не здесь, проявиться творческим навыкам ума? Недаром детские игры в поезд, зоопарк, войну и тому подобное воспитатели так и называют "творческими". А фантазия, без которой не обойтись в любой игре, служит задатком будущего творческого воображения.

Творческая одаренность детей проявляется буквально во всем. Все дети рифмуют стихотворные строки, рисуют, лепят, танцуют, придумывают сказки и истории, изображают машины, зверей, поваров, шоферов, летчиков. Создается впечатление, что в каждом ребенке скрыт будущий поэт, артист, скульптор... Так щедро блещет своими бесчисленными гранями драгоценный алмаз детского ума.

Стало быть, двухлетний малыш благодаря творческому складу ума оставляет далеко позади самых разумных зверей. В мышлении ребенка гораздо больше общего с мышлением первобытных людей, чем животного. Ведь подобно тому, как физическое развитие ребенка сокращенно повторяет путь, пройденный животными от простейших одноклеточных до сложнейших организмов, его умственное развитие проходит те же этапы, что и мышление вообще, - от примитивного разума наших далеких предков до совершенного ума современного человека. Детский ум не столько продолжение ума животных, сколько конспект развития человеческого ума. Вот почему мышление детей так интересует психологов.

Именно изучение детского ума помогло разрешить давний спор о том, с чего началась мысль. Одни психологи утверждали, что человек вначале научился говорить, а потом мыслить. Другие возражали: вначале было дело, а не слово. Ведь сначала люди научились практически измерять участки земли, и лишь затем на основе практических познаний сформировалась геометрия как самостоятельная теоретическая наука.

Наблюдения над детьми подтвердили правоту вторых; маленькие дети мыслят действуя, практически решая возникшие перед ними задачи. Один малыш, которому предложили в виде опыта достать с помощью линейки высоко положенный мяч, сразу начал пробовать его сшибить или зацепить.

"Да ты подумай вначале, как лучше сделать", - сказал ему нетерпеливо исследователь.

"Не надо думать, надо доставать", - наставительно сказал тот и продолжал свои прыжки.

Другая особенность ребячьего ума - его наглядность. Дошкольники мыслят образами, а не словами. Недаром первые воспоминания носят характер картин. Даже в содержание их понятий входят только наглядно воспринимаемые признаки вещей, поэтому часто несущественные, случайные. Спросите ребенка: что такое лес? И в ответ услышите что-нибудь вроде: много елок.

Лишь постепенно дети начинают выполнять мыслительные действия чисто умственно, то есть овладевают более абстрактным логическим мышлением.

Особенно ясно это видно, когда ребенок учится считать. Вначале дети могут считать только по пальцам - обязательно коснувшись каждого карандаша или спички. Потом им достаточно бывает лишь взглядом остановиться на каждом предмете, движения рук заменяются движением взгляда. Теперь задача решается зрительно: ребенок не дотрагивается до спичек, а лишь смотрит на них и так пересчитывает. И только потом он переходит к настоящим мысленным действиям, начинает считать спички про себя, в уме.

К. Маркс говорил: "Первой теоретической деятельностью рассудка, который еще колеблется между чувственностью и мышлением, является счет. Счет - это первый свободный теоретический акт ребенка".

Но считать дети учатся уже в школе или в лучшем случае лет шести. А у дошкольников мышление еще преимущественно образное, а то и вовсе "ручное", как называл его Иван Петрович Павлов. В одном из детских садов провели как-то эксперимент. Обычную игру в ловлю рыбы из картонного аквариума несколько усложнили. "Рыбой" служила на этот раз конфета с петелькой из проволоки. А набор "удочек" дали очень разнообразный: шесть палочек, шесть маленьких и пять больших крючков, три сильно загнутых крючка. Вдобавок "орудия лова" были разного цвета: семь красных" шесть синих, семь белых. Достать же конфету можно было только с помощью маленького синего крючка.

Ребятам предстояло выбрать нужное орудие лова, для этого проанализировать их свойства.

Развитие ребенка
Развитие ребенка

Все ребята вначале пытались решить задачу чисто практически - пробуя разные орудия лова. Вскоре они могли просто осмотреть все палочки и крючки и выбрать нужный крючок после простого наблюдения и зрительного анализа. И только в конце стали настолько сообразительны, что сразу говорили: "Палочки без крючка не годятся". Так получили подтверждение о постепенном, поэтапном развитии детского и, стало быть, человеческого вообще мышления: от конкретного, действенного - к наглядному, образному и затем к словесному, логическому.

Элементарные логические действия ребенок может производить, впрочем, довольно рано. Причем рассуждения от частного к общему возникают раньше и в дальнейшем отличаются большим совершенством. Возможно, потому, что такого рода обобщения соответствуют логике развития детского ума.

Они более просты, наглядны и потому легче усваиваются. А рассуждения дедуктивные, где мысль движется от общего к частному, требуют обобщений более высокого класса: здесь надо подмечать не просто существенные признаки, но типичные, то есть уметь переносить характерные свойства на другие. Ведь гораздо проще понять, что много деревьев составляют лес, чем усвоить такую абстрактную истину, что лес - это множество деревьев.

Именно на примере развития детского ума мы видим ступени развития человеческого мышления, ту лестницу, по которой взбирается разум.

В мышлении ребенка проявляется любопытное свойство нашего разума: его способность познавать вещи все глубже и глубже. Ведь главный мыслительный процесс - обобщение - может быть разным. Элементарное обобщение - это выделение просто схожих признаков. Обобщение более высокого уровня - это уже установление существенных связей между предметами. Благодаря такому обобщению можно перейти от решения частной задачи к теории решения всех аналогичных задач. Обобщенное мышление достаточно высокого уровня - это и есть теоретическое мышление.

Конечно, детям оно недоступно. Они умеют обобщать вначале только чисто внешние признаки - по сходству. И лишь к пяти-шести годам начинают улавливать причинные связи. Это пора "почемучек". К школьному возрасту завершается первый этап развития детского ума. Они достигают, так сказать, нулевого уровня мышления взрослого человека, от которого их ум будет совершенствоваться. К семилетнему возрасту разум ребенка уже владеет, пусть в элементарной форме, всем набором приемов взрослого мышления. Дальше начнется качественный рост мышления, на что уйдут все школьные годы, да и все последующие годы взрослой жизни и развития творческих способностей. Тем не менее в мышлении ребенка и, скажем, ученого уже теперь много общего: и тот и другой все время делают открытия - не беда, что они разного масштаба.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'