Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Узаконенный наркотик

Распространение опиума, марихуаны и других наркотиков официально преследуется на Западе, распространение же материалов средств массовой информации, которые вводят человека в мир теней, освещено законом. Между тем последствия воздействия на личность и первых и вторых имеют много общего: и те и другие подавляют деятельную духовную жизнь, ведут к разрушению личности. Может быть, буржуазные средства массового общения делают это на первый взгляд менее заметно, но зато гораздо в более широких масштабах. Вышеприведенное сравнение не является преувеличением, рожденным пылким воображением автора. Например, американские социологи П. Лазарсфельд и Р. Мертон подчеркивали, что "средства массовой коммуникации можно включить в число наиболее эффективных наркотиков". Другой заокеанский специалист в этой области, X. Оверстрит, писал: "Открытие Голливуда состоит в том, что наиболее верный способ привлечь внимание людей - это давать им компенсирующие иллюзии. Кинопромышленность стала "большим бизнесом" благодаря тому, что она в небывалом количестве дарует неудовлетворенным мужчинам, женщинам и детям осуществление их надежд. Кинофильмы не ставят перед собой цель заставить этих неудовлетворенных людей действовать и решать свои собственные проблемы: чего они добиваются - это дать им мечту, которая настолько заманчива по сравнению с действительностью, что они снова будут возвращаться, чтобы продлить часы грез". Подобную мысль высказывает и итальянский публицист Д. Тоти, который подчеркивает, что "коммерческое" кино - это та индустрия, которая поставляет за сходную цену оптический опиум, возбудитель воображения - средство, порождающее галлюцинации. Кинематографический продукт, подчеркивает Д. Тоти, окончательно превратился в наркотик, призванный вызвать определенную реакцию на монотонное однообразие жизни в буржуазном обществе, чуждом и враждебном человеку.

Короче говоря, абсолютное большинство западных специалистов, основываясь на результатах своих исследований и наблюдений, приходит к выводу, что основная часть материалов средств массовой информации рисует мир, который во многом отличается от реального, фактически являясь миром фантомов. Возникает вопрос: почему так происходит? Буржуазные ученые отвечают по-разному. Прежде всего причина наркотизации объясняется самой природой средств массовой информации. Нас убеждают в том, что прессе, кино, радио и телевидению внутренне присуща "дисфункция наркотизации". Люди, которым они служат, ничего не могут поделать с такой ситуацией. В создании мира фантомов таким образом "виноваты" сами средства массовой информации. Хотя прессе, кино, радио и телевидению присуща своеобразная интерпретация действительности, но это не значит, что они искажают реальность до неузнаваемости в силу своей природы - для этого нужны специфические условия. И прежде всего разрыв между реальным положением зрителей, слушателей, читателей в обществе и их идеальными представлениями об этом обществе, а также наличием сил в данном обществе, которые заинтересованы в сокрытии этого разрыва.

Наркотический эффект средств массовой информации не является каким-то внутренним свойством этих средств (хотя и имеются некоторые объективные предпосылки для развития этого свойства), они - отражение природы того социального строя, который ими обслуживается.

Между тем теоретики Запада всячески цепляются за противоположную точку зрения. Они выдвигают одну модификацию своих взглядов за другой. Возьмем, к примеру, последнюю и весьма популярную сейчас в буржуазном мире концепцию "пророка эры электронных средств общения" канадца М. Маклюэна. Распространение наркотиков во всех их видах в современном капиталистическом обществе он считает прямым следствием... "электрических средств массовой коммуникации" (этот термин предназначен главным образом для телевидения). Когда человек поворачивает ручку телевизора, утверждает Маклюэн, он включает все свои чувства. То же самое происходит и при потреблении опиума, марихуаны и т. д. Мысль Маклюэна сводится к тому, что, попав во власть фантомов электронных средств общения, современный человек Запада рано или поздно приходит к идее "установки телевизора" прямо в своем теле, сделав себе укол или приняв таблетку наркотического средства. Параллель между материалами, распространенными средствами массовой информации на Западе, и наркотическими средствами в целом проведена канадцем обоснованно. Правда, от этой обоснованности, как говорится, "мурашки бегут по коже". Возникает естественное желание изменить такое положение вещей, когда люди вынуждены метаться от одной галлюцинации к другой. Маклюэн же сохраняет олимпийское спокойствие, заявляя, что подобный процесс закономерен в жизни высокоразвитого общества. Его позицию характеризует такой красноречивый факт. Одна американская студентка в своем письме в журнал "Ньюсуик" сравнила книги Маклюэна с ЛСД (так называется определенный тип наркотика, широко распространенный в США. - В. К). Узнав об этом, канадец заявил в одном из своих интервью: "Я польщен, что моя работа расценивается как галлюцинирующее средство". Так Маклюэн, как, впрочем, и его многочисленные сторонники и противники на Западе, признает не только факт производства мифов средствами массовой информации, но и оправдывает этот процесс причинами общеисторического порядка. Однако достаточно проанализировать характер и направленность мифотворчества буржуазных газет, журналов, кино, радио и телевидения, чтобы заметить бьющую в глаза классовую направленность распространяемых иллюзий, их враждебность личности, их несовместимость с прогрессивным развитием общества.

Апологеты капиталистического строя обычно любят поговорить о свободе печати, об объективности буржуазных средств массовой коммуникации, ссылаясь на тот факт, что они дают самую разнообразную информацию, отражающую точки зрения самых различных слоев населения. Ложность этого тезиса, пожалуй, всего убедительнее доказать словами Иоганнеса Бехера: "Никто не говорит, что думать запрещено или собственные мысли нежелательны. Но желательные мысли производятся в таких масштабах, что собственное мышление тонет в их массе, а эти желательные мысли так тонко вводятся в сознание, что люди принимают это чужое мышление за результат работы собственной мысли и в высшей мере личное идейное достояние"*. Каким же образом буржуазные средства массовой информации вводят желательные для господствующего меньшинства мысли рядовому члену общества? Прежде всего пресса, кино, радио и телевидение стремятся различными путями создать впечатление, что массы весьма близки к тем людям или учреждениям, которые решают важные вопросы. Иногда это делается весьма экстравагантным образом. Вспомним, как бывший президент США Л. Джонсон приглашал репортеров в бассейн Белого дома и давал интервью по поводу последних политических событий в купальном костюме. Идея этого спектакля заключалась в том, чтобы убедить американцев, что президент в любых условиях готов посоветоваться с народом, держать его в курсе всех важных государственных дел. Более широко и внешне более респектабельно поставил дело следующий глава администрации США Р. Никсон. Он переоборудовал ванную комнату Белого дома в телевизионную студию, а на лужайке перед домом разрешил установить телекамеры. В любой момент президент может обратиться к нации, используя все крупнейшие телевизионные системы в стране. Р. Никсон часто пользуется этой возможностью, стремясь укрепить иллюзию, что "правительство служит всему народу", что оно находится в постоянной связи с каждым членом американского общества. Как справедливо указывают сами американские социологи: слушателя радио, зрителя у телевизора, несмотря на то, что он живет в мире отчуждения, заставляют верить в то, что он находится в отношениях большой интимной близости со всем и всеми. В действительности же средства массовой информации создают миф участия человека в решении политических и социальных вопросов, потому что реально он не может оказать влияния на эти решения. И чтобы подавить чувство протеста против такого положения вещей, необходимо создавать иллюзию участия, и господствующие классы широко используют для этой цели средства массовой информации. Буржуазные газеты, кино, радио и телевидение, создавая обстановку псевдоучастия массовой аудитории в решении каких-либо проблем, активно "приобщают" читателей, слушателей, зрителей к жизни тех, кто пользуется славой, властью, богатством. Рядовую личность заставляют жить чужой жизнью, приобщаться к чужому успеху. Буржуазные теоретики утверждают, что подобные материалы средств массовой информации имеют положительное значение, приносят людям определенное удовлетворение. Американский социолог Дж. Клаппер утверждает, что, например, книги и радиопередачи, переносящие людей в мифический мир героев и суперменов, "приносят умственное, а следовательно, и психофизиологическое облегчение". Вероятно, Клаппер и другие западные теоретики, разделяющие эту точку зрения, имеют право на такое утверждение. Специальные исследования показывают, что рядовой человек буржуазного общества, задавленный монотонностью и бесперспективностью своей жизни, находит отдушину, испытывая радостные оптимистические эмоции вместе с героями, скажем, кино или телепостановок. Но можно ли на этом ставить точку, как делают западные специалисты в области массовой коммуникации? А что следует потом, вслед за этим эфемерным облегчением? Ведь когда мы говорим об опасном действии наркотических средств, мы концентрируем внимание не на том кратковременном чувстве легкости, которое возникает, по утверждению наркоманов, после приема пилюль, а на последствиях: продолжительном состоянии опустошенности, ведущем к разрушению физического и духовного здоровья человека. Есть веские доказательства для утверждения, что конечные последствия духовных наркотиков, распространяемых с помощью средств массового общения, весьма напоминают результаты воздействия, например, марихуаны или героина. Приведем свидетельства самих же западных социологов. "День за днем сидит безработный негр где-нибудь в Олбани или Милуоки перед своим телевизором, и ему говорят в мягких томах: "Ты также можешь быть красивым, любимым, популярным, пользоваться успехом", - словом, всеми радостями жизни в великом обществе изобилия. Но когда эта идеализация пронизывается криком его ребенка, которого только что укусила крыса, наступает отрезвление, и его разочарование в демократических лозунгах становится еще острее. Контраст между миром, который рисуют буржуазные средства массовой информации, и реальным положением большинства людей в капиталистических странах настолько велик, что он становится основой мучительных переживаний для личности, ведет к ее раздвоению и разрушению.

* (Цит. по кн.: Г. Хаак и X. Кесслер, Политика против культуры. М., 1968, стр. 335.)

Одним из последствий несоответствия реальности и мира, рисуемого средствами массовой информации, является социальный нигилизм, который все более захватывает молодое поколение западных стран. Выступая в американском журнале "Ю. С. Ньюс энд Уорлд рипорт", известный драматург Ж. Видаль, показав масштабы создания иллюзий и ложных образов, пишет: "Первое, что обнаруживает ребенок, это то, что все появляющееся перед ним каждый день является фальшивкой в своей основе..." Этот ребенок, обнаруживая полное несовпадение того, что видит на экране телевизора, и того, с чем он сталкивается в жизни, спрашивает у своих родителей: "Почему это так?" Родители ему отвечают: "Все это фальшивка. Ведь это, ты знаешь, коммерческая передача. Они все ужасны".

"Подумайте теперь, - обращается Видаль к читателю, - что это обозначает в моральном плане, когда ребенок начинает с обнаружения того, что вещи, в которые он поверил, есть ложь". Это его сознание может постепенно распространяться на все, что он видит и слышит в кино, телевизоре, по радио, на все, что он читает в газете и т. д., на все моральные или идеологические поучения и наставления, исходящие из средств массовой пропаганды, а поскольку в США эти средства практически выступают в качестве официальных законодателей общественного мнения, - то и на все наставления и поучения господствующего общественного мнения. "И когда затем, - пишет далее Видаль, - президент США появляется в том же телевизионном ящике, смотрит на ребенка, последний также говорит: "Он тоже - фальшивка!"*.

*(Цит. по кн.: Ю. А. 3амошкин, Кризис буржуазного индивидуализма и личность, стр. 264.)

Иллюзорные картины и ложные образы, создаваемые средствами массовой информации в интересах правящего меньшинства, спасают господство монополистов за счет развращения, уродования личности рядового человека, живущего в условиях капиталистического строя.

До сих пор мы говорили о том, что, фабрикуя мифы, буржуазные газеты, кино, радио и телевидение стремятся подделываться под действительность, рисовать картины, похожие на реальность. Это особенно относится к освещению сторон внутренней жизни той или другой страны, ибо откровенная ложь по всем внутренним вопросам (с которыми люди более или менее знакомы по личному опыту) просто подорвет всякое доверие аудитории к средствам массовой информации. Конечно, и при освещении внутренних проблем буржуазная информационная машина часто прибегает к дезинформации (кстати, между дезинформацией и производством иллюзий такая же связь, как между явным и скрытым, замаскированным обманом), но особенно ярко этот процесс проявляется в распространении сообщений о международных событиях, о которых простой человек не может, как правило, судить на основании собственного опыта или опыта непосредственно окружающих его людей и поэтому всецело зависит от средств массовой информации.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2015
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'