Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск





предыдущая главасодержаниеследующая глава

Лошадиная сила

Лошадиная сила
Лошадиная сила

Речь пойдет о лошади, которая вот уже шесть тысяч лет живет бок о бок с человеком, на которой пахали и сеяли и оттого звали ее кормилицей, которая возила на себе великих полководцев и простых солдат, тянула пушки и обозные телеги, которая тысячелетия служила людям главным транспортным средством и главным источником энергии для механической работы, которая подарила нам одну из основных физических единиц - единицу мощности, которая увековечена в бронзе, чугуне и мраморе и которую ни с того ни с сего посчитали было ненужной,

"Сейчас модно писать про лошадей, - сказал в самом начале нашей беседы директор Всесоюзного научно-исследовательского института коневодства доктор биологических наук Анатолий Никитович Кошаров. - Ветер в гриве... Четвероногий друг... Поверьте, мы, причастные к коневодству, любим лошадей не меньше, чем о них пишущие. Только мы против того, чтобы статьи о лошадях были просто данью моде... Дело слишком серьезное. И не надо лишних эмоций..."

Постараемся обойтись без эмоций.

Мы привыкли соотносить наши успехи и достижения с уровнем 1913 года. По сотням важных экономических и социальных показателей, по выпуску тысяч вещей и веществ наше общество поднялось над этим уровнем, как небоскреб над одноэтажным домиком. Но есть вещи, которых делают сегодня меньше, чем в тринадцатом году, или вообще не делают, потому что нет в них больше надобности.

По сравнению с тем же годом конское поголовье к 1982 году сократилось почти в 7 раз. Как это расценивать? как очевидный успех, показатель сплошной механизации или как-то иначе?

В предреволюционные годы было в России около 38 миллионов лошадей. Первая мировая, гражданская войны, бескормица унесли несметное число конских голов, и все же в 1930 году их оставалось у нас 32,6 миллиона. Потом началась коллективизация, и на смену крестьянской лошадке пришел (или стал подходить) "железный конь", и к 1941 году поголовье упало до 21,1 миллиона. Потом была война - лошадей осталось около 13 миллионов. Эта численность сохранялась до середины 50-х годов. А там подоспел ракетный век, и было решено, что лошадь больше не нужна или, скажем мягче, нужна не очень. Статистическую отчетность по конскому поголовью ликвидировали, а задания по коневодству вывели из народнохозяйственных планов.

А раз плана нет и отчитываться не надо, стоит ли заниматься лошадьми? 1972 год - 7,4 миллиона лошадей, 1981 год - 5,6 миллиона.

А что творится за рубежом? В 1930 году мировое конское поголовье составило 120 миллионов, в начале 50-х - около 80 миллионов, в 1970 году - чуть больше 66 миллионов. Тенденция та же.

Но общая тенденция скрывала и продолжает скрывать важные частности. Бразилия, Мексика и некоторые другие страны не уменьшали, а увеличивали конское поголовье. И что совершенно неожиданно, за последние 10-15 лет удвоилось число лошадей в США, увеличилось в 1,5 раза в ФРГ. Почему же страны, как будто не испытывающие недостатка в машинах, вдруг вновь повернулись к коневодству? Это нам предстоит разобрать. А пока отметим, что в нашей стране отрасль, не избалованная до недавнего времени особым вниманием, дает годовой доход в сотни миллионов рублей. И специалисты по коневодству утверждают: эту сумму можно удвоить.

В любой отрасли хозяйства перед экономистами стоит задача найти оптимальные пропорции развития. Здесь же, в коневодстве, требовалось сперва доказать, что отрасль вообще имеет право на существование. Просто так держать лошадь никто не станет, даже от большой любви к животным. Лошадь - не кошка и не собака.

Работа тысячелетиями была главной обязанностью лошади. Но четверть века назад рабочей лошади был вынесен приговор: конская тяга как мотор, как источник механической энергии полностью себя исчерпала. Откуда же берется кругленькая сумма, которой оперируют преданные коневодству экономисты?

Несколько лет назад газеты писали, что знаменитый Терский конный завод продал за миллион долларов золотистого красавца Песняра. На том же аукционе за десятки и даже сотни тысяч долларов каждая были проданы еще несколько отличных лошадей. Может быть, это и есть главный доход от коневодства? Нет, продажа племенных лошадей дает всего лишь 2,3% общей суммы. Так что же главное? Главное - рабочее направление, которое приносит львиную долю дохода - 89,5%. Другие направления по своему вкладу далеко позади: продуктивное - 7,2%, спортивное - 1%.

Лошадка, везущая хворосту воз... Этот образ знаком всем с детства, даже тем, кто сроду не видал ни лошадки, ни воза, ни хвороста. Так вот, везущая воз лошадка до сих пор вносит основной вклад в немалые прибыли коневодства. Выходит, вынесенный на пороге ракетного века приговор подлежит обжалованию. Заведующий отделом экономики ВНИИК кандидат экономических наук Валентин Сергеевич Ковешников приводит дополнительные доводы к этому.

Экономисты института обследовали 460 хозяйств Рязанской области - их продуктивность, энерговооруженность и "коневооруженность". Результаты обследования в таблице, где средние показатели отнесены к 100 гектарам угодий.


Простим авторам работы дроби в графе "Число лошадей" - в статистических сводках это допустимо - и обратим внимание на главное: передовые хозяйства используют лошадей охотнее. В колхозах и совхозах первой группы на одного работника приходится 17 машинных лошадиных сил, во второй группе - 26.

Однако более энерговооруженные хозяйства решительнее добавляют к своим мощностям и живые лошадиные силы. Эта закономерность подтвердилась и в других областях.

Напрашивается вывод: хороший хозяин не списывает лошадь со счета, а использует ее, когда это выгодно.

А когда выгодно? Когда недалеко, за километр-другой, надо отвезти воз того же хвороста, или навоза, или бидон молока, или обед на полевой стан. Да мало ли грузов, из-за которых грех гонять грузовик или трактор. Гляжу - поднимается медленно в гору трактор, везущий хворосту воз. Нелепо во всех отношениях! Тракторо-день стоит около 12 рублей, а коне-день - не больше пяти. И по расчетам экономистов ВНИИК за год одна лошадь сберегает хозяйству 2 тонны горючего.

Этим очевидное поле деятельности рабочей лошади не исчерпывается. Еще один пример, где без нее не обойтись. В Казахстане поголовье овец предполагают в скором времени значительно увеличить. А на одну отару в тысячу голов Нужны минимум три верховые лошади. Выходит, всего требуется 150 тысяч - только для нужд овцеводства и только в одной республике.

В поселке Дивово под Рязанью, где находится Институт коневодства, нам рассказали такую историю. В одно образцовое хозяйство привезли высоких гостей, чтобы показать сплошь механизированную ферму. И в разгар показа откуда ни возьмись появилась неказистая кобылка, которая тащила телегу с кормами. А на телеге, окончательно портя картину, сидел патриархального вида дед-возница. Как ни оправдывались руководители хозяйства, как ни объясняли, что трактору в коровнике не место, им все равно основательно влетело. Раз полная механизация, так уж полная!

...Каждые два часа на кумысной ферме института доят былинных кобылиц. Их/тридцать три, могучих, рыжих, со светлыми гривами и челками, кокетливо падающими на глаза.

Мы опоздали к началу дойки всего на несколько минут. Однако доярка Зинаида Васильевна Дорошина едва кивнула нам, а пожилой конюх и вовсе не ответил на приветствие, а зашикал и замахал руками. Потом они, как и все, с кем довелось общаться в Дивове, были радушны и предупредительны. Смутивший нас прием был, как оказалось, вызван не нашим опозданием, а, как это ни странно, особенностями лошадиной физиологии.

У коровы большое вымя, в котором находится так называемая цистерна, пяти - десятилитровое вместилище молока. Доярка извлекает из него все молоко, которое накопилось ко времени дойки. Кобылья цистерна маленькая - не больше литра; в ней собирается десятая часть молока, остальное - в молочных ходах. Из-за малого объема цистерны быстро заполняются молочные ходы и альвеолы, там создается избыточное давление, которое тормозит дальнейшее образование молока. Поэтому кобылиц и приходится доить часто, каждые два часа.

Кобыла легко отдает молоко из цистерны, остальное же можно взять, лишь пробудив особый рефлекс молокоотдачи. Он срабатывает, когда к вымени припадает жеребенок. Или же когда выработан условный рефлекс, например, на шум доильного аппарата. Лошади вообще пугливы, их реакции тонки, и кобыла хорошо доится лишь в привычной обстановке, при своих, хорошо знакомых ей людях.

Всего этого мы не знали, потому не очень осторожно прикрыли за собой дверь и в полный голос поприветствовали хозяев...

Доярка успокаивает очередь, окликая по имени самых нетерпеливых, и открывает турникет-шлагбаум перед очередной рыжей красавицей. Кобыла заходит в огороженный деревянными жердями станок и замирает. Доярка открывает небольшую форточку в стенке, отделяющей станок, где стоит кобыла, от соседнего, к нему пристроенного. И оттуда просовывается голова с жадно ищущими губами. Это жеребенок, которого держат здесь специально для пробуждения необходимого рефлекса. Дежурный жеребенок (так и называется - дежурный) сосет совсем недолго, ему достается всего лишь несколько глотков молока. Затем доярка бесцеремонно его выталкивает, закрывает форточку и надевает на кобылье вымя доильные стаканы.

Двухрежимный доильный аппарат ДДА-2 отличается от обычных аппаратов для коров. У тех сходу забирают все молоко, у кобыл же сначала нужно бережно взять малую его толику - из цистерны, затем сделать паузу, чтобы дождаться усиленной молокоотдачи, а затем быстро, за 20-25 секунд, отобрать остальное, пока рефлекторные процессы не угасли. Так аппарат и работает - автоматически переходит с режима на режим.

Две увесистые фляги с теплым еще молоком ставят на телегу, и крупная серая лошадь (не трактор и не грузовик, заметьте) везет ее неспеша в кумысный цех, который находится в полукилометре от фермы. Вместе с ведущим специалистом ВНИИК по кумысу Музой Сергеевной Мироненко мы идем за телегой и на ходу слушаем лекцию.

Кумыс - напиток с тысячелетней медицинской репутацией, вплоть до конца прошлого века чуть ли не единственное эффективное средство против туберкулеза. Теперь с туберкулезом справляются другими средствами, но кумыс, будучи великолепным антиаллергеном, остается при этом надежным подспорьем. Поэтому у нас в стране работают свыше 50 кумысолечебниц.

Кобылье молоко содержит полиненасыщенные жирные кислоты: линолевую, линоленовую, арахидоновую. У них ярко выраженное противосклеротическое действие, и оттого кумысолечением заинтересовались геронтологи. Кобылье молоко близко по своему составу и питательной ценности к женскому и потому может служить его полноценным заменителем. Высушенное методом сублимационной сушки кобылье молоко - основа для добротного детского питания.

Короче говоря, кобылье молоко и приготовленный из него кумыс показаны больным и здоровым, старикам и младенцам. Но найти этот ценный продукт в магазинах невозможно, а кумыс из коровьего молока, который изредка появляется в продаже, имеет такое же отношение к настоящему кумысу, как суррогат к натуральному кофе.

Потребность одной только медицины в кумысе в 1,5 раза превышает его выпуск. Между тем, как считают в Институте коневодства, выпуск этот можно увеличить втрое, а то и вчетверо. Разработана подробная технология для крупных кумысных ферм, доказана на практике высокая молочная продуктивность кобылиц, особенно тяжеловозных пород. В этом отношении хорошая кобыла не так уж уступает корове. Зафиксирован и абсолютный рекорд - 6100 литров в год. Он принадлежит питомице кумысной фермы опытного завода ВНИИК кобыле Рябине советской тяжеловозной породы.

В небольшом кумысном цехе доставленное нами молоко сразу же пошло в работу. Его профильтровали, сдобрили закваской, приготовленной на чистых культурах молочнокислой болгарской палочки и молочных дрожжей, тщательно перемешали, оставили в покое на час-полтора для вызревания, снова основательно перемешали, охладили и разлили в бутылки.

Кумыс - дефицит, кумыс - редкое лекарство, кумыс - деликатес. Каждая его бутылка на учете. И все же хозяева были гостеприимны до конца. Одну бутылку открыли, и мы с удовольствием выпили по стакану пенного, слегка бодрящего напитка.

Люди, убежденные в необходимости своего дела, щедры на доводы в его пользу. И Анатолий Никитович Кошаров, и его предшественник на директорском посту, ныне научный консультант института, доктор сельхознаук Юрий Николаевич Барминцев, и Муза Сергеевна Мироненко, перечислив достоинства кумыса, неизменно напоминали нам, что Лев Толстой прошел в молодые годы курс кумысолечения. И не будь кумыса, неизвестно еще, успел бы великий писатель написать все, что он написал.

Если помните, по прибыльности продуктивное коневодство занимает второе место - 7,2% всех доходов отрасли. Так вот, эту статью можно разбить на две: четверть доходов дает молоко, остальное - мясо.

Историки и иппологи утверждают, что люди стали есть конину задолго до того, как оседлали и запрягли лошадь. И для многих народов мясо лошади до сих пор остается традиционной и излюбленной пищей. Диетологи отмечают, что уже упоминавшиеся полиненасыщенные кислоты помогают выводить из организма зловредный холестерин. А пищевики-технологи уверяют, что без конского мяса изготовить деликатесные колбасы твердых сортов просто невозможно. Наконец, по оценкам экономистов себестоимость конины при табунном содержании лошадей в 1,5, а в иных местах и в 2 раза меньше себестоимости любого другого мяса.

Почему так дешево? Да потому, что табуны круглый год на подножном корму, потому, что лошади местных пород прекрасно приспособлены к тебеневке - зимней пастьбе и достают копытом пропитание из-под полуметрового снежного покрова, превосходя в этом даже северных оленей. Потому, что для табунного коневодства не нужны капитальные помещения, а необходимые страховые запасы кормов невелики. Потому, что табун может совершить суточный переход на 25-30 километров, чтобы сменить пастбище или добраться до отдаленного водопоя. В общем, потому, что лошадь вообще удивительное животное.

Кормовая база табунного коневодства - отдаленные пастбища в степи, пустыне, тайге, тундре, в горах. 1 Табуны не конкурируют с отарами овец и стадами крупного рогатого скота, не мешают им. И потому растут табуны в Казахстане и Якутии, Хакассии и Туве, в Читинской области и на Алтае.

В отдаленных восточных районах страны, в Забайкалье, на трассе БАМа огромные площади естественных пастбищ, где, вкладывая совсем немного средств, можно создавать конесовхозы на 5-10 тысяч голов. Такие хозяйства высокорентабельны, причем не в теории, не по проектным оценкам. Лучшие конесовхозы, такие, как "Витимский" в Бурятии, приносят немалые прибыли. А то, что коневодство ни в коей мере не мешает основным животноводческим направлениям, доказано Копытом совхозов в Западном Казахстане, где на тысячу овец приходится сотня табунных лошадей. Благодаря лучшему использованию пастбищ выход сельскохозяйственной продукции со 100 гектаров угодий возрастает на 10-15 процентов.

Высокорентабельное уже сейчас, табунное коневодство может стать еще более рентабельным. На это направлена прежде всего селекционная работа. Например, под руководством специалистов ВНИИКа улучшена распространенная в Казахстане табунная лошадь джабе. Скрещивая местных лошадей с рысаками и донскими верховыми, селекционеры создали новую породу. Средний жеребец джабе весит немногим больше 400 килограммов, а жеребец новой, кушумской породы, созданной на основе джабе, - 550.

Как и всякой тонкой и сложной отрасли хозяйства, продуктивному коневодству требуются опытные специалисты. В печальные для коневодства годы их выпуск резко сократился. "Если так дело пойдет и дальше, - говорят в институте, - то мы, коневоды, вымрем, как мамонты". Между тем для подъема отрасли, и в первую очередь ее продуктивных направлений, специалисты необходимы - не животноводы вообще, а настоящие знатоки лошади.

Лошадь в хозяйстве - сила, и лошадиную силу нужно использовать по-хозяйски. Нужно, чтобы коневодство - и рабочее, и продуктивное - заняло достойное место среди других животноводческих направлений.

...Заместитель директора ВНИИКа по научной работе кандидат сельхознаук Андрей Борисович Фомин с карандашом в руках сосредоточенно изучал программки ипподромов - Московского, Киевского, Харьковского. В служебном своем кабинете, в рабочее время. И знакомился он с результатами бегов отнюдь не из досужего любопытства.

Отношение к ипподромам разное. Для большинства их посетителей это место отдыха, место, где разворачивается красивое и увлекательное зрелище. Кое-кто считает ипподром рассадником порока, ибо там тотализатор. А для специалистов коневодства это - испытательный полигон, где на практике проверяются результаты селекции. Совершенствование пород лошадей - сложная научно-исследовательская и практическая работа, и логическим завершением каждого ее этапа служат ипподромные испытания. Между прочим, новые автомобили тоже подвергаются полигонным испытаниям, а самолеты - летным. И в принципе можно было бы заключать пари и на их исход.

Специалисты ВНИИКа планируют и координируют селекционную работу, которая ведется на десятках конных заводов и племенных хозяйств, по основным для нашей страны породам лошадей - чистокровной верховой, арабской чистокровной, ахалтекинской, буденновской, донской, тракененской, орловской, русской рысистой, русской и советской тяжеловозным. Они составляют племенные книги по каждой породе, не упускают из виду ни одной стоящей лошади, рекомендуют хозяйствам наиболее перспективные для получения идеального потомства родительские пары. Фомин ведет в институте работу с русской рысистой породой, он на коневодческом жаргоне рысачник.

Прародителем отечественных рысаков был серебристо-белый арабский жеребец Сметанка, завезенный А. Г. Орловым в Россию в 1776 году. Однако черты настоящего орловца, черты замечательной породы, ставшей нашей национальной гордостью, впервые полностью проявились го внуке легендарного Сметанки серо-пегом Барсе, о котором сохранилось такое свидетельство: "...был большого росту, все части имел соответствующие росту, имел легкость, большую силу и бежал рысью отлично резво. Находился в заводе 17 лет, от него произошла уже настоящая рысистая порода лошадей, которая и ныне существует в хорошем значении". Качества Барса Первого, Барса-родоначальника, перешли к его детям, внукам, правнукам и праправнукам. Это высокий рост и крепкое сложение, нарядность и легкость, сила и резвость, выносливость и ровная красивая рысь, наконец, исключительно важные для общения с человеком черты характера, которые лошадники называют добронравностью и доброезжестью.

Целое столетие орловский рысак оставался лучшей в Европе, а может быть, и в мире легкоупряжной лошадью. Если прибегнуть к современным сравнениям, был он для России и такси, и личным транспортом, и транспортом служебным. И еще была у орловца важнейшая для российского хозяйства миссия: его использовали как улучшателя. Орловскую кровь вливали и местным рабочим породам, и строевым военным лошадям - вливали силу, выносливость, работоспособность.

Казалось, орловец вне конкуренции. Но в прошлом веке у него появился соперник - американский рысак, или, точнее, американская стандартбредная лошадь. Ипподромный тотализатор стал дополнительным стимулом повышения резвости, и заокеанские селекционеры сконцентрировали все внимание именно на этом качестве, в то время как русские коневоды по-прежнему стремились сохранить всю гамму лучших черт Барса-родоначальника. Американский рысак - лошадь резвая, но низкорослая, невидная - стал обходить орловца на ипподромной дорожке. Отечественные конные заводы начали закупать за океаном резвых производителей, полным ходом пошла метизация орловского рысака, которая поставила под угрозу само существование этой породы.

В советские годы орловца удалось спасти, отделив его от носителей заокеанской крови. А из метисов, полуорловцев-полуамериканцев, путем кропотливой селекционной работы вывели самостоятельную породу - русскую рысистую. Так что теперь у нас два рысака. Селекционеры стремятся сохранить их главные качества как улучшателей и в то же время повысить резвость, ибо это традиционный показатель работоспособности и наглядный результат селекционной работы, да к тому же самые резвые лошади продаются на аукционах за бешеные деньги.

В общем, наши селекционеры, как говорит Фомин, привыкли гнаться за двумя зайцами. И вопреки пословице преуспевают в поимке обоих. Скажем, Полигон, показавший в 1984 году великолепную резвость, - жеребец рослый, обладающий великолепным экстерьером, завидный улучшатель для любого коневодческого хозяйства.

Корову, дающую 6000 литров молока в год, мы считаем отличной, ту, что дает 4000 литров, - хорошей. Рысака, пробегающего ипподромный круг (1600 метров) за 2 минуты 5 секунд, рысачники готовы носить на руках. Если же лошадь бежит круг за три минуты, это не рысак. Значит, в коневодстве необходима особая, беспрецедентная в других животноводческих отраслях направленность селекции. И в то же время нельзя упускать целый набор других генетических признаков. Ведь, приобретая жеребца-производителя, колхоз, как правило, меньше всего озабочен ипподромными успехами его будущих сыновей и дочерей. Покупатель охотно выкладывает деньги за сильную, массивную лошадь, которая даст крепкое, годное к сельской работе потомство. И еще покупатель платит за красоту лошади, ибо для него она нередко еще и транспортное средство, тяга выездного экипажа.

Чистопородная лошадь - сложный, изменчивый, капризный биологический объект. И это относится, понятно, не только к рысакам. Например, в селекции тяжеловозных пород надо учитывать не только силу, мощь, выносливость, экстерьер, привесы молодняка, но и молочную продуктивность кобылиц, форму их вымени - чтобы сподручнее было применять машинное доение.

Во ВНИИКе для подбора жеребцов в производящий состав применяют оценку по так называемому индексу работоспособности. Что это такое? Подсчитывают среднюю сумму, которую дети оцениваемого жеребца выиграли за год на ипподромных тотализаторах, и учитывают долю потомства с резвостью 2,10 и быстрее. После несложной обработки двух показателей получают, индекс, по которому ранжируют десятки используемых на конезаводах производителей. В таблицу, которую показал нам Андрей Борисович, вписаны клички лучших рысистых жеребцов страны. Первый десяток имен начертан красным, последующие - синим, остальные - черным. От первых нужно получать как можно больше потомства - до сотни сыновей и дочерей в год, вторую группу рекомендуется использовать с осторожностью, а от третьих получать потомство не стоит. Каждый год таблица перекраивается. Вот и сейчас, показывает Фомин, жеребцы Паркет, Заботливый, Абрикос, Лаэрт по индексу работоспособности неуклонно идут вверх, а Властный, Стремительный и Тополь, напротив, спустились на несколько строчек вниз (не раз мы бывали в кабинете Андрея Борисовича и каждый раз находили в красном, синем и черном списках новые имена). Разумеется, надо держать в уме еще несколько сотен маток: в производстве потомства, как известно, принимают участие оба пола. Так что без знаний и интуиции селекционера таблица ничего не стоит, но если знания и интуиция есть, она полезна.

Честно говоря, не знаем, ответили ли мы на вопрос, который нет-нет да задают коневодам: кому нужны сегодня рысаки? Да, они по-прежнему остаются главными улучшателями. С их участием, напомним, вывели кушумскую породу лошадей, по всем статьям превосходящую распространенную в Казахстане табунную породу джабе. Но даже рысачники порой признают, что в будущем улучшателем рабочей лошади станет скорее всего тяжеловоз, с его статностью и мощью.

А что же рысак? Не знаем. Но уверены: к прекрасным животным нельзя подходить с одной лишь скучной утилитарной меркой. В конце концов, коренным в русской тройке может быть рысак, и только рысак. А можно ли без тройки?

Однако это уже из области эмоций. А мы договорились обходиться без них...

В небольшой светлой комнате стоят металлические баки, похожие на какие-то химические аппараты - то ли смесители, то ли кристаллизаторы. Из-под их массивных крышек на ниточках свисают картонные бирки с именами, которые заставят сильнее забиться сердце заядлого лошадника: Анилин, Абсент, Лоу Гановер...

В 1971 году у десятилетнего Анилина - чистокровной верховой породы, трехкратного победителя приза Европы, названного при жизни лошадью века, - взяли семя, заморозили и хранят до сих пор. Сколько уж лет нет в живых выдающегося жеребца, но каждый год лучшие кобылы приносят от него крепких, здоровых жеребят. Семя Анилина и других знаменитых производителей хранится в банке, созданном в лаборатории физиологии размножения ВНИИКа. Активы банка - в тех самых металлических баках, дьюарах, заполненных жидким азотом.

Искусственное осеменение консервированной в глубоком холоде спермой в животноводстве не новость. Для крупного рогатого скота эта технология разработана давно. Но у разных животных множество физиологических различий: семя жеребца отличается от бычьего и объемом разовой порции, и химическим составом, и типом дыхания. Спермии быка получают энергию от гликолиза Сахаров - это анаэробное дыхание; спермии жеребца черпают энергию из окислительных реакций Сахаров, по аэробному механизму. Все эти отличия и вызвали необходимость в новой технологии.

Взятое у жеребца семя разбавляют специальной жидкостью и герметизируют в алюминиевых тубах для зубной пасты. В жидкости содержатся питательные вещества (лактоза), буферные смеси для поддержания кислотности среды (сода, нитрат натрия), агенты, тормозящие ферментативные процессы (хелатон, или двунатриевая соль этилендиаминтетраацетата), добавки, бережно обволакивающие каждый сперматозоид (лецитин, яичный желток), наконец, криопротектор глицерин). Замороженное без такой защитной среды семя гибнет. Гибнет оно и при неправильном замораживании: быстрое снижение температуры приводит к образованию мелких кристалликов льда, которые пронизывают тело и жгутик сперматозоида, убивая его. При медленном же ступенчатом замораживании - сначала в обычном холодильнике, потом в парах азота и лишь после этого в жидком азоте - вырастают крупные ледяные дендриты, между которыми спермии остаются в целости и сохранности. И после размораживания сохраняют жизнеспособность.

В жидком азоте при температуре - 196°С семя хранится десятилетия, и лучшие качества отцов передаются потомству. Это подтверждает статистика: в группе лошадей, полученных в последние годы естественным осеменением, 13% рысаков класса 2.10 и резвее, а среди полученных искусственным осеменением из замороженной спермы лучших производителей - 25,6%.

Несколько лет назад на беговом небосклоне яркой звездой вспыхнула четырехлетка Аллея, выигравшая несколько важных призов и показавшая рекордную для всех кобыл и сверстников-жеребцов резвость - 2.02,8. Она родилась на Омском конном заводе, ее мать Атлантида никогда не покидала родных мест, а отец Лоу Гановер (среди детей которого 121 рысак класса 2.10, 22 рысака - 2.05 и 5 рысаков - безминутных, то есть пробегавших круг быстрее 2 минут) - с Дубровского конезавода. Разве могло сибирское хозяйство рассчитывать на Лоу, если бы не новый способ разведения? Лошадь живет больше 20 лет, и выдающийся жеребец, - из тех, кто в красной зоне таблицы Фомина, - может на склоне лет стать патриархом, главой целого клана, насчитывающего сотни детей, внуков и правнуков. У кобыл судьба иная: они не успевают оставить после себя более 10-12 дочерей и сыновей.

Старший научный сотрудник ВНИИК кандидат биологических наук Станислав Гурьевич Лебедев показал нам пробирку, на дне которой под слоем бесцветной жидкости покоился прозрачный шарик размером с икринку. Трудно поверить, но это восьмидневный эмбрион лошади. Если научиться пересаживать его от одной кобылы к другой, репродуктивную способность лучших элитных маток можно увеличить по меньшей мере в 10 раз. Теоретически кобылу, представляющую наибольший интерес для селекции, можно оплодотворять семенем выдающихся производителей несколько раз в год и каждый раз пересаживать зародыш рядовым лошадям, которые будут донашивать жеребенка. А потомство сохранит лучшие качества элитных родителей. Это теоретически. А на практике?

С. Г. Лебедев разработал методику трансплантации зародыша. Манеж, где делается пересадка, похож на операционную: хирургическая чистота, бактерицидные лампы, стерильная камера-термостат с микроскопом для изучения эмбриона. Манеж похож на операционную, но методика Лебедева нехирургическая: он вымывает зародыш у кобылы-донора и с помощью несложных приспособлений вводит его кобыле-реципиенту. Никаких разрезов, никаких швов, во время процедуры животных даже не фиксируют в станке.

Мы вышли из манежа и оказались на лугу, где паслись лошади. Станислав Гурьевич представил их нам. Все - кобылы, все - жеребые. Две гнедые носят жеребят, зачатых пегими. У пегих жеребята свои собственные. А масти подобраны так, чтобы была большая вероятность рождения пегих жеребят у гнедых матерей. Для наглядности.

Когда мы уходили, лошади шли за нами, деликатно прихватывая губами рукава наших курток. Они проводили нас до самой ограды.

А через несколько недель нам позвонили из института и сообщили, что у гнедой Лозы родился-таки пегий жеребенок. Его назвали Алмазом. А некоторое время спустя кобыла Деликатная принесла пего-чубарую Чародейку. Все матери - доноры и реципиенты - здоровы. Алмаз и Чародейка развиваются нормально.

И напоследок совсем коротко о самом институте. Трехэтажный лабораторно-административный корпус, дома сотрудников стоят в старинном парке, со всех сторон окруженном левадами, где пасутся лошади всевозможных пород и мастей.

Есть небольшой табунок пони, на которых сотрудники отдела селекции изучают наследственную передачу масти. Эта работа имеет и чисто теоретическое и практическое значение: цирки и зоопарки запрашивают лошадей самых неожиданных расцветок, да и мировой рынок подвержен в этом смысле крутым поворотам моды; грубо говоря, чем чуднее масть, тем дороже лошадь.

Есть на территории института довольно обширный спортивно-тренировочный сектор, где тоже ведется исследовательская работа. Кандидат биологических наук Виталий Николаевич Дорофеев разработал здесь ускоренный метод выявления спортивных способностей молодняка и подготовки лошадей для спорта. И эта работа, интересная сама по себе, тоже не без серьезного хозяйственного эффекта - спортивные лошади дороги, да и долгая их подготовка влетает в копеечку.

Или вот еще одно исследование, которое может быть отнесено к спортивным. Любители конного спорта прекрасно знают, что одна из самых серьезных ошибок рысака и его наездника - это сбой, переход с рыси на галоп. За такие ошибки участников безжалостно карают - снимают с заезда. Лошадь допускает сбой, когда не поспевает за соперниками, отстает. Поэтому она переходит на более быстрый и естественный для нее аллюр - галоп. До сих пор считалось, что при этом она получает возможность отдышаться, восстановить силы, затраты которых огромны: на ипподромном круге рысак расходует в 60 раз больше энергии, чем в состоянии покоя, на резвой рыси легочная вентиляция превышает 2 тысячи литров в минуту. Так вот, специалисты ВНИИКа провели исследование, которое опровергло укоренившееся представление. На рыси у жеребца Долгожданного снимали осциллограмму дыхания и других физиологических показателей. И установили, что при внезапном переходе с рыси на галоп дыхание не восстанавливается, а, наоборот, становится сбивчивым и неритмичным. При восстановлении же "законного" аллюра дыхательные и двигательные мышцы рысака вновь начинают работать согласованно.

Между прочим, когда кто-нибудь из фаворитов заезда сбивается с рыси, у сотен болельщиков на трибунах замирает сердце и задерживается дыхание. Наверное, было бы интересно посмотреть их электрокардиограммы и осциллограммы дыхания. Но мы отвлеклись - это уже дело врачей, а не исследователей-коневодов...

При институте опытный конный завод - большое многоотраслевое хозяйство, которое вполне может прокормить не один институт: годовая прибыль - свыше миллиона рублей. И это, кстати, тоже неплохой довод в пользу эффективности отрасли.

А еще при институте планируют построить главный корпус Всесоюзного селекционного центра с конюшнями для выдающихся лошадей, с большим банком семени, где будет собран главный капитал нашего коневодства - драгоценные гены.

Вообще, это особый мир, населенный одержимыми людьми, лошадниками в третьем и четвертом поколениях, населенный красивыми и умными животными. Здесь разговоры о лошадях сопровождают тебя с утра до позднего вечера, здесь засыпаешь под лошадиное ржание и просыпаешься от него.

Отрасль возрождается. Она упоминается в решениях партийных съездов, в Продовольственной программе, ей посвящено постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, в печати все чаще появляются статьи о неиспользованных и нераскрытых ресурсах коневодства. У одной из этих статей запоминающийся заголовок: "НТР, не гони лошадей!"

Научно-техническая революция много дала человечеству и даст еще значительно больше. Но даже если техника окончательно вытеснит из хозяйства рабочую лошадь. Лошадь по-прежнему будет нужна. Потому что без пенья птиц, без лая собак мир скучен. Без лошадиного ржанья тоже.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'