Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск





предыдущая главасодержаниеследующая глава

X. Народ-техник

1. Былое

Русский народ всегда любил технику, умел по-своему двигать ее вперед и внес в ее мировое развитие свой великий вклад.

Таков основной вывод, вытекающий из изучения истории русской техники.

Народное творчество в технике во всей его силе, многосторонности и своеобразии раскрывается всякий раз при обращении к документальным материалам архивов, книгохранилищ, музеев, научных учреждений и при исследовании на местах, где с давних времен народ создавал рудники, заводы, плотины, дороги и иные сооружения.

Народные думы и заботы о технике на всем протяжении русской истории постоянно проявлялись и проявляются во всем многообразии народной жизни. По всей стране у нас расходились в прошлом и расходятся теперь крылатые речения, в которых запечатлены думы народа о технике, всегда умевшего ставить и разрешать задачи, жизненно необходимые для страны.

Люди огненных работ - горнозаводские труженики, механикусы и мастера машинного царства, мастера сокровенных превращений вещества, водяные люди - гидротехники, творцы электротехники и вожи звездных дорог, как мы назвали борцов за покорение воздушной стихии и космических пространств, - только о них шла речь в нашем исследовании, но они отнюдь не исчерпывают перечня представителей русского созидательного труда в технике.

Летописи, изборники, грамоты, акты, уставы, писцовые книги и иные памятники древнерусской письменности, повествуя только лишь о ничтожной части того, что было, рассказывают о многих древних новаторах. Есть среди них градорубы и градодельцы, мужи каменные и мостники. а также иные творцы нового в строительной технике. Издревле работали в нашей стране лучники, пищальники, пушечники, зелейники-пороходелы, изготавливая все более совершенные виды оружия и доспехов. Лодьи, насады, учаны и иные суда исстари сооружали русские искусники, создавшие мористые кочи для легендарных арктических плаваний за столетия до наших дней Документы позволяют говорить о том, что еще в условиях древней Руси у нас были созданы: русская металлургия, механика, гидротехника, химия и иные отрасли самобытной техники.

Даже в узких рамках царской России русский народ совершил много новых дел в технике, начиная с самых отдаленных времен.

Заводские мастеровые, ремесленники, крестьяне, мещане, солдаты, казаки и представители иных слоев постоянно выдвигали новаторов в технике. Наличие среди таких новаторов в подавляющем большинстве выходцев из простого народа подтверждает народность русского творчества в технике.

Крестьянский сын Михаил Васильевич Ломоносов и его современники - солдатский сын Иван Иванович Ползунов и сын заводского мастерового Козьма Дмитриевич Фролов, - эти величайшие новаторы XVIII в. своим происхождением подтверждают высказанную мысль об участии различных слоев русского общества в борьбе за технический прогресс. Эти великие русские новаторы, выросшие на почве, подготовленной Петром I, имели своих непосредственных продолжателей в нашей стране.

Почин Ломоносова подхватили и продолжили его современники и потомки: в точной механике - Кулибин я его помощники, в производстве фарфора и цветных стекол - Виноградов, Дружинин и их товарищу, в химической технологии - Мусин-Пушкин, Севергин, Захаров и их соратники, в изучении электричества - Петров, Каразин и другие.

Почин Ползунова, как творца персой паровой машины для заводских нужд, подхватили еще в XVIII в. строители новых паровых машин - Борзой, Архипов и другие.

Начинания Фролова. как творца замечательных деривационных систем и иных новшеств в гидротехнике, продолжили в XVIII в. такиe выдающиеся мастера дериваций и плотиноегроения, как Головин, Бадьин и их современники, а в XIX в. - такие талантливые гидроэнергетики, как Сафонов, Ушков, Рожков и их товарищи по труду.

Мощь и размах творчества русского народа в технике сказались в создании многих школ в области технических наук. Мировой известностью пользуются русские научные школы, созданные такими деятелями, как Аносов и Чернов - в производстве стали, Бекетов и Федотьев- в изготовлении алюминия, Чебышев и Жуковский - в теоретической и прикладной механике, Журавский и Белелюбский - в мостостроении. Зинин и Менделеев - в технической химии, Маиевский и Гадолин - в артиллерийской технике, Столетов и Попов - в электротехнике, Макаров и Крылов - в кораблестроении, Жуковский, Чаплыгин и Циолковский - в авиации, и многие другие.

Мощь творческих сил русского народа сказалась и в том, что передовые представители русской технической мысли всегда отличались смелостью и революционностью дерзаний, размахом и глубиной замыслов, прозорливостью, а вместе с тем трезвостью, деловитостью, уменьем крепко стоять на почве практики, сочетая ее с передовей теорией.

История русской рукописной и печатной технической книги насыщена свидетельствами того, как русские новаторы изучали и умело использовали мировой опыт для движения техники вперед. Вряд ли найдется хотя бы одно крупное произведение в области технических наук, изданное за рубежом и оставшееся неизвестным передовым деятелям русской техники. Документы рассказывают о том, как за столетия до наших дней издания на русском, французском и других языках наши лучшие новаторы изучали даже в далекой Сибири.

Сила творчества русского народа сказалась в гом, что наши передовые новаторы, критически используя зарубежный опыт, сберегли свой самобытный облик и никогда не раболепствовали перед зарубежной техникой, отбирая от нее и переплавляя по-своему то, что они считали нужным использовать

Наши выдающиеся новаторы были лучшими представителями и своего народа, и своей эпохи. Далекие от какой-либо национальной ограниченности, они творили новое, оригинальное, самобытное, выполняя общечеловеческое дело продвижения мировой техники вперед.

Творя это общечеловеческое дело, передовые русские новаторы прежде всего служили своей Родине.

В "Беседе о том, что есть сын Отечества", А. Н. Радищев писал:

"Истинный человек и сын Отечества есть одно и то же".

Передовые русские техники-новаторы всегда были и истинными людьми и сынами Отечества. В полной мере относятся к ним слова Ломоносова:

 "Крепит Отечества любовь
 Сынов Российских дух и руку..."

Выдающийся русский новатор в области технической химии В. В. Марковников (изгнанный царским правительством из Московского университета) в качестве своего девиза повторял перефразированные им слова Некрасова: "Ученым можешь ты не быть, но гражданином быть обязан".

Эти слова были законом жизни для лучших представителей русского творчества в технике.

Беззаветное служение своей Родине и своему народу - типичная и самая важная черта русского творчества в технике.

Передовые русские техники всегда и прежде всего ставили и решали задачи в интересах народа. Такие выдающиеся представители русской технической мысли, как М. В. Ломоносов, Д. И. Менделеев, А. С. Попов и другие, уходя из жизни, оставляли великое научное наследие своему народу и всему человечеству. Вспомним бессмертное дело И. И. Ползуноза, поставившего своей благодарной целью "...облегчить труд по нас грядущим".

Служение народу передовых новаторов особенно наглядно проявлялось в тех творческих подъемах, которые имели место во время национально-освободительных войн.

Это ярко выражено в документах 1812 г., когда наши заводы выполняли заказы для боевого снабжения русской армии. Названные в нашей книге: мастеровой Зотин - изобретатель горной пушки, шихтмейстер Подоксенов - творец оригинальной машины для обработки цапф, плотинный мастер Егор Плохов и другие изобретатели машин для полировки снарядов - только немногие из выдвинутых тогда народом техников-новаторов, обеспечивших оружием и снарядами воинов, разгромивших наполеоновские полчища.

История русской техники знает также немало славных имен творцов специальных сталей, новаторов артиллерийской, военно-инженерной и кораблестроительной техники, военной электротехники и иных отраслей техники, служивших делу обороны страны.

Нелегко установить даже простой перечень выполненного русским народом для развития техники, но еще труднее определить меру того, что пришлось испытать в условиях царской России новаторам, творившим и шедшим вперед вопреки всем препятствиям.

Труд, терпение и воля к творчеству русских новатороз были трудом, терпением и волей самого народа. Народ выдвинул этих новаторов, и у народа же они черпали свои силы. И не господствующие классы, а сам народ славил наших техников-новаторов. Урал, Тула, Алтай и иные наши старые заводские места сохранили множество рабочих сказов, герои которых - представители созидательного труда, талантливые механикусы, люди, умевшие варить великолепные булаты и чудесные хрустальные лаки, ковавшие изумительные клинки, владевшие замечательным иным мастерством и отлично умевшие изобретать.

В те годы, когда, договорившись с Петербургом, Ирман и Меллер превратили на берегу Барнаульского пруда место установки первой в мире заводской паровой машины в "ползуновское пепелище", народ уже давно передавал из уст в уста вести о том, что творец этой нигде невиданной машины был крылатым человеком.

В этом образе запечатлен русский народ - народ крылатой и дерзновенной мысли, создавший так много нового.

Его творчество развивалось не где-то в стороне от столбовой дороги мирового прогресса. Русское творчество в технике, охватывая все ее отрасли, шло по тому же направлению и подчинялось тем же законам, как и развитие всего мирового творчества. Русская история техники знает много самобытного, но это самобытное развивалось в органической связи с общим ходом мировых дел. Русская история техники дает чрезвычайно много документальных материалов, рассказывающих об участии наших техников-новаторов в международном труде над созданием великих изобретений.

"Паровая машина была первым действительно интернациональным открытием, и факт этот, в свою очередь, свидетельствует об огромном историческом прогрессе" (Ф. Энгельс Диалектика природы, Соч. К. Маркса и Ф. Энгельса, т. XIV" стр. 570).

Вспоминая эти слова, мы гордимся тем, что в истории создания паровой машины, наряду с именами Герона Александрийского, Леонардо да Винчи, Джиамбаттиста делла Порта, Соломона де-Ко, Папина, Севери, Ньюкомена, Дезагюлье, Уатта, на вечные времена запечатлено имя Ивана Ивановича Ползунова, творца первой паровой машины для непосредственного привода заводских механизмов. В лице Ползунова русское творчество в технике внесло вклад в "первое действительно интернациональное открытие".

За первым интернациональным творческим завоеванием в технике последовали очень многие другие. Русская техническая мысль неуклонно продолжала принимать в них деятельное участие.

Русское творчество в технике способствовало созданию материальной базы для таких исторических дел, как промышленная революция XVIII в. в Англии. Основным поставщиком металла, жизненно необходимого для ее осуществления, как показано в нашей книге, были в те годы самые мощные в мире и самые совершенные по экономическим показателям доменные печи, созданные русскими техниками в том веке на Урале.

Изучая книги о путешествиях по России, написанные различными представителями зарубежного мира, посещавшими нашу страну, можно видеть, как много внимания уделено ими нашим промышленным и техническим делам. Именно такое внимание можно наблюдать у Герберштейна, Барберини, Флетчера в XVI в. и у многочисленных последующих иноземных путешественников по России. Мы имеем прямые свидетельства того, какой большой популярностью пользовались в XVIII в. издания нашей Академии наук. Мы помним и о том, как передовые зарубежные ученые спешили опубликовать извлечения из трудов русских новаторов по техническим наукам. Достаточно указать на то, как Треска публиковал в изданиях Парижской Академии наук извлечения из работ Вышнеградского по механическим регуляторам. Русским новаторам науки и техники посвящали свои труды отдельные зарубежные ученые, как поступил Гоу по отношению к Чернову со своей классической монографией. Также уместно обратить внимание на то, как охотно зарубежные журналы всегда предоставляли русским авторам свои страницы.

История многих зарубежных стран знает также особые, незаслуженно забытые виды помощи со стороны России в деле развития техники и технических наук. Достаточно напомнить о том, как Петр I, видя, что у Леупольда "мошна слаба есть", дал деньги на издание написанной последним многотомной классической технической энциклопедии, одного из лучших произведений зарубежной технической мысли XVIII в.

Помощь русских зарубежным новаторам проявилась и в том, что многие из них нашли в нашей стране вторую родину. В числе их можно назвать таких знатоков горнозаводских дел XVIII в., как Геннин, Шлаттер, Гаскойн, Канкрин, таких исследователей химико-технологических проблем, как Лаксман, Ловиц и многих других.

Правда, основная масса пришельцев из-за рубежа не оправдывала оказываемого им доверия, но суть не в них, а в том, что в нашей стране нашли благоприятную почву для своего творческого подъема такие гиганты, как Бернулли, Эйлер. А с теми из пришельцев, которые не оправдывали доверия и, опираясь на раболепствовавших перед ними представителей правящих классов, мешали движению вперед, русские новаторы боролись, памятуя слова, сказанные Ломоносовым в 1761 г.:

"Что ж до меня надлежит, то я к сему себя посвятил, чтобы до гроба моего с неприятельми наук Российских бороться... стоял за них с молода, на старость не покину".

Тяжел и горек был путь русских новаторов в стране, где властвовало самодержавие, но тем величавее и светлее их творческие подвиги. При крайне неблагоприятных условиях, не встречая поддержки, русские новаторы добились очень многого.

Нет той отрасли науки и техники, которая не была бы обогащена творчеством русского народа.

"Изобретено в России" - эти слова можно написать на большом числе впервые в истории появлявшихся технических средств. Первые в мире паровая зазодская машина, электроход, теплоход, электрический телеграф, гальваническая копия, радиоприемник и еще многое иное, о чем речь шла в нашей книге, представляют только немногое из того, что в нашей стране создано впервые. Именно в России впервые открыты такие технологические процессы, как получение азотистых соединений из воздуха при помощи электрической искры, извлечение золота из песков и руд цианированием, термитные процессы, крекинг нефти. Нашей стране принадлежат и первый в мире образец анилина, и первая медь, полученные на оснсае приемов, применяемых в наши дни, и очень многое иное, простой перечень которого требует много места и времени.

Мощь творчества русского народа в технике сказалась в том, что см не ограничивался практическими инженерными делами, изобретениями, разработкой новых технологических процессов, созданием новых видов промышленных продуктов. Он двигал вперед теорию и создавал новое, опираясь на разумное сочетание теории и практики, Еще и еще раз уместно вспомнить о плодах творчества в области технических наук русских ученых, создавших научные школы.

Типичную и важную сторону деятельности передовых русских техников-новаторов представляла их борьба за развитие технического образования в стране. Зачинателем этой борьбы был Петр I с такими его соратниками, как Г. Г. Скорняков-Писарев, В. Н. Татищев, К. Н, Зотов и другие. В середине XVIII в, был создан в Москве старейший русский университет, носящий ныне имя его основателя М. В. Ломоносова. Всем памятны его замечательные слова, призывавшие на борьбу за воспитание отечественных специалистов:

 "Дерзайте ныне ободренны 
 Раченьем вашим показать. 
 Что может собственных Платонов 
 И быстрых разумом Невтонов 
 Российская земля раждать".

М. Ф. Соймонов, В. В. Нарышкин и другие передовые деятели, основавшие в 1773 г. старейшее гражданское высшее техническое учебное заведение страны - Петербургский Горный институт, обеспечили первенство России перед Фракцией, Англией, США в создании высшего горнозаводского учебного заведения. Вместе с этим институтом выдающуюся роль для развития мировой технической науки сыграли основанные в дальнейшем: Институт инженеров путей сообщения и Технологический институт в Петербурге, Московское высшее техническое училище, Харьковский Технологический институт и другие высшие технические учебные заведения, на страницах истории которых записаны сотни имен замечательных русских борцов за новое в технике. Именно об этом говорит история основанного в 1899 г. самого крупного из высших технических учебных заведений нашей страны - Ленинградского Политехнического института. В его создании принимали участие такие корифеи мировой науки, как Дмитрий Иванович Менделеев, Дмитрий Константинович Чернов, Александр Степанович Попов, Михаил Осипович Доливо-Добровольский, Алексей Николаевич Крылов.

Типичной для передовых русских техников-новаторов была также борьба за развитие русской технической литературы. Со времени издания Ильей Копиевским таких петровских первенцев, как опубликованная в 1701 г. "Книга учащая морского плавания", и вплоть до издания трудов Н. Е. Жуковского, В. Л. Кирпичева, Н. П. Петрова и многих других дореволюционных классических трудов по технике и техническим наукам передовые русские новаторы трудились не покладая рук для создания русской самобытной технической литературы.

Даже при издании первых переводов зарубежных сочинений творцы русской технической литературы критически пересматривали их, как показывает переработка лично Петром I перевода книги "Новая манера укрепления городов, учиненная чрез господина Блонделя". В 1711 г. книга была опубликована в переработанном виде и со специальным добавлением, названным "Краткая инструкция о сочинении регулярной фортеции". Русские переводчики технических книг были еще в XVIII в. столь деятельными, что классический труд Вобана "Книга об атаке и обороне крепостей" был напечатан в России раньше, чем на родине ее автора. Иван Ремезов еще в 1744 г. дал русским читателям издание этой работы, все еще остававшейся тогда в зиде рукописи во Франции.

Передовые русские авторы еще в XVIII в. предъявляли к технической литературе столь высокие требования, что этим требованиям не удовлетворяли книги, изданные в Западной Европе.

В 1777 г. в предисловии к своему оригинальному учебнику "Артиллерийские предложения" Иван Вельяшев-Волынцов писал об авторах иностранных сочинений по артиллерии: "Авторы тех книг, как то: Бухнер Браун, Сен Реми и Бринк, не почерпая из немутного источника математических наук своего знания, писали только то, что от употребления своего к артиллерийской службе приметить могли, от чего многие начали думать, что в Артиллерии и без науки службу продолжать можно". Другие зарубежные авторы, по словам Вельяшева-Волынцова, впадали в противоположную крайность: давали теорию только в отрыве от практики, что "кроме изчисления тех линей, которые тела, будучи приведены порохом в движение, списывают, и силы их, с какими они упадают, много почти ничего сыскать не можно". Вот почему, учитывая еще и несоответствие зарубежных источников русской практике, он писал: "Еотьли заглянуть в книги, писанные о сей науке на других языках, то и в них (кроме несходности с употребляющимися здесь орудиями чертежей) научиться прямо, как совершенному Артиллерийсту надлежит, не можно".

В XVIII в. было положено начало и русской технической периодике.

Первый номер первенца русской повременной печати - петровских "Ведомостей" - содержал среди "достойных знания и памяти" сообщения о производстве черного металла и пушек, о разведках руд и нефти. С 1728 г. началось печатание статей по технике в первых журналах, издававшихся Академией наук. Этот почин подхватили в дальнейшем многие другие журналы XVIII в.

За первый же век существования русской гражданской печати было опубликовано до двух тысяч книг и статей по технике и техническим наукам.

Типичная для передовых русских деятелей забота о развитии технической литературы с течением времени все более возрастала. В 1804 г. В. М. Севергин выпустил первый номер "Технологического журнала". К 1825 г. русская техническая периодика столь окрепла, что основанный в тс время "Горный журнал" выдержал вековое испытание и издается по сей день.

Особое место занимает работа передовых русских новаторов по созданию учебников по технике и техническим наукам. Это - петровские первенцы: "Арифметика" Леонтия Магницкого и "Механика" Григория Скорнякова-Писарева. Это - учебники многих других русских авторов XVIII в., возглавленных М. В. Ломоносовым с его замечательным руководством "Первые основания металлургии, или рудных дел". Это - тысячи созданных в дальнейшем учебников, в том числе такие классические труды, как "Основы химии" Д. И. Менделеева и "Теоретическая механика" Н. Е. Жуковского, на которых воспитывались не только русские поколения.

Одно из многих доказательств именно такого положения дает история учебника фортификации, изданного в 1839-1846 гг. А. 3. Теляковским и немедленно переведенного на французский, шведский, испанский, немецкий языки. Книга Теляковского была принята как учебник в таком передовом учебном заведении Франции, как Сен-Сирская военная школа, основанная Наполеоном.

Передовые русские техники-новаторы выполнили выдающуюся работу по созданию инженерно-технических обществ. Первые шаги в этом направлении были сделаны организаторами созданного в 1765 г. Вольного экономического общества, занимавшегося вопросами создания сельскохозяйственных машин, сооружения прудов и плотин, развития техники переработки пищевых продуктов, волокна, кожи и т. д. В 1811 г. В. Н. Каразин создал в Харькове Филотехническое общество. Развитие этих начинаний привело во второй половине XIX в. к созданию Русского технического общества, Общества технологов, Политехнического общества, Общества гражданских инженеров, Электротехнического общества и других технических обществ, во главе которых обычно стояли выдающиеся русские деятели в области техники и технических наук.

Передовые русские новаторы еще в тяжелых условиях царской России использовали все возможные способы борьбы за развитие техники и технических наук, создавая и развивая высшую техническую школу, техническую литературу, технические общества. Немало поработали они для распространения технических знаний среди возможно более широких кругов, читая публичные лекции, издавая такие работы, как классические "Беседы о механике" В. Л. Кирпичева и им подобные.

А сколько еще можно было бы сказать о творчестве новаторов техники, в которых никогда не испытывал недостатка русский народ и которые постоянно наталкивались на рутину и косность в царской России.

В 1880 г. у В. В. Марковникова, создавшего так много нового в области химии и химической технологии, вырвались горькие слова о том, что если бы русский изобретатель нашел способ искусственного производства золота, то "пришлось бы наверно ехать продавать свой способ за границу".

Эти слова полностью подтверждаются всей историей русской техники, вплоть до истории технического развития золотопромышленности, в которой так же ярко, как и в истории других отраслей, проявилось основное противоречие в развитии техники в дореволюционной России. Это - противоречие между творческими силами великого русского народа и их использованием.

Передовые русские новаторы своей творческой деятельностью завоевали еще во второй четверти XIX в. для нашей страны право именоваться родиной современной техники добычи золота. Именно в те годы Брусницын, Черепанов, Китаев и другие впервые создали множество машин для извлечения россыпного золота, вплоть до высокоразвитых золотопромывальных машин Аносова, впервые в истории применившего в тридцатых годах XIX в. паровой двигатель для привода подобных машин. В 1843 г. П. Р. Багратион, открывший способ совершенного извлечения золота из россыпей и руд при помощи цианирования, изобрел технологический процесс, являющийся основным для современной мировой металлургии золота.

Но крепостники, властвовавшие в порабощенной стране, сковывали и омертвляли эти замечательные достижения русской технической мысли, предпочитая хищнически извлекать золото варварской разработкой за счет порчи ценнейших месторождений и прежде всего за счет все более лютой эксплоатации рабочих. Невежественные золотопромышленники Российской империи вела дело так, что самый распространенный из известных поныне способов извлечения золота, предложенный П. Р. Багратионом, был присвоен зарубежными дельцами и, "объявленный" способом Марк-Артура и Форреста, возвратился через полстолетия в Россию под видом американского изобретения. Так обстояло дело даже с добычей золота, служение которому составляет смысл и содержание всей жизни любого крепостника и капиталиста.

Противоречия, тормозившие развитие техники в царской России, особенно усилились в связи с вмешательством иностранного капитала в жизнь страны.

Передовые русские новаторы открыли еще во второй четверти XIX в. так много россыпных и коренных месторождений платины, что с того времени и по сей день весь мир знает, что Россия по запасам платины богаче всех остальных стран вместе взятых. В те же годы, продолжая начинания таких основоположников мировой технологии платины, как А. А. Мусин-Пушкин, передовые русские деятели А. Н. Архипов, П. Г. Соболевский, В. В. Любарский и другие разработали технологию платины и наладили промышленную переработку платиновых руд. Россия стала родиной техники очистки платиновой руды и разделения входящих в ее состав платины и таких спутников, как осмий, иридий и иные драгоценные металлы. Однако теперь операция очистки сырой платины, впервые разработанная для промышленных целей в России, называется иностранным словом - аффинаж.

Такое положение вызвано тем, что иностранный капитал сумел поставить в кабальную зависимость царскую Россию как владелицу крупнейших в мире платиновых месторождений.

В 1862 г. царское правительство предоставило английской фирме Джонсон, Маттей и Кº возможность стать мировым диктатором в платиновом деле. Этой фирме были проданы за бесценок все запасы русской сырой платины. К 1913 г. иностранцам принадлежало 92% всех капиталов, вложенных в платиновую промышленность царской России. На родине техники переработки сырой платины, т. е. аффинажа платины, создалось своеобразное положение. Почти всю сырую платину, поставщиком которой была Россия для всего мира, отправляли для переработки на зарубежные аффинажные заводы.

Так действовал в царской России иностранный капитал, опиравшийся на технику добычи золота и платины, созданную русскими новаторами, и стремившийся превратить эту технику в исключительное свое достояние, не допустить использования ее в России. Так действовал иностранный капитал во всех отраслях промышленности, в которые он проникал последовательно, закабаляя отрасль за отраслью, тормозя технический прогресс и все сильнее обостряя противоречие между русскими творческими силами и использованием их завоеваний для развития русской промышленности.

В 1895 г. получил широкую огласку разбор в Московском окружном суде дела, возбужденного "Конторой Л. Кноп" против Лапинской мануфактуры.

Английские дельцы, действовавшие под вывеской "Л. Кноп", вздумали "проучить" за неповиновение владельцев русского предприятия. Оказалось, что свыше полустолетия эта английская контора являлась диктатором з текстильной промышленности царской России.

Захватив в свои руки постройку предприятий, "Л. Кноп" жестко проводил политику, основанную на следующих принципах: 1) ввоз из Англии всего оборудования и материалов, "включая болты и гайки"; 2) установка устарелых конструкций машин и насаждение отсталой техники в России, вплоть до установки в конце XIX в. балансирных паровых машин, уместных в XVIII в.; 3) использование для работ исключительно иностранцев, ибо, как было установлено, эта контора "имеет исполнителями своими вэ всех отраслях, по отношению к технической стороне дела, исключительно одних только англичан... директора, механики, мастера - неизменно англичане".

В русской технической печати того времени писали об "Л. Кнопе": "Не было даже случая, чтобы контора рекомендовала русского техника на построенные ею фабрики". Английские дельцы, заносчивые и невежественные, относились с презрением к русским техникам и рабочим, допускам по отношению к последним "полное игнорирование нравственных и общечеловеческих потребностей".

От иностранных капиталистов, как известно, не отставали шедшие у них на поводу местные "тит титычи" и иные представители правящих классов дореволюционной России, справедливо наззанной великим критиком "темным царством".

О положении творцов новой техники в царской России с горечью говорил герой рассказа А. П. Чехова "Пассажир 1-го класса".

Этот талантливый инженер "построил на Руси десятка два великолепных мостов, соорудил в трех городах водопроводы, работал в России, Англии, в Бельгии", "написал много специальных статей по своей части". Занимаясь только между основными занятиями химией, он сделал важные открытия: "...занимаясь на досуге этой наукой, я нашел способы добывания некоторых органических кислот, так что имя мое вы найдете во всех заграничных учебниках химии". И вместе с тем герой рассказа с горечью говорил: "И что же? Ведь я уже стар, околевать собираюсь, можно сказать, а известен я столь же, как вон та черная собака, что бежит по насыпи... Кроме себя я мог бы указать вам на множество моих современников, людей замечательных по талантам и трудолюбию, но умерших в неизвестности. Все эти русские мореплаватели, химики, физики, механики, сельские хозяева - популярны ли они?". С полным правом А. П. Чехов вложил в уста своего героя слова о том, что в царской России нет ни одного корифея в области созидания, творчества, "который стал бы известен раньше, чем не прошла но земле слава, что он убит на дуэли, сошел с ума, пошел в ссылку".

Замалчивая творческие подвиги русских техников-новаторов, иностранные и отечественные капиталисты, орудовавшие в царской России, умела ловко обкрадывать творцов нового, присваивая их открытия и изобретения. Одно из обычных дел того времени, связанных с воровством изобретений, было рассмотрено Петербургским окружным судом в 1898 г. по жалобе русского изобретателя железобетона Александра Шиллера.

В 1889 г. изобретатель подал заявку на свое изобретение, но пока шло дело о выдаче привилегии, изобретение присвоили различные фирмы. В 1891 г. в Москве было создано фирмой "Юлий Гук и Кº" акционерное общество для незаконного использования этого изобретения. Затем обкрадыванием изобретателя занялись многие другие, в том числе фирма германского подданного "Гюртнер и Кº", который разбогател, пользуясь этим изобретением, и также создал акционерное общество, по словам изобретателя, "главный предмет производства которого составляют изделия, подделанные по моей привиллегии". Окружной суд признал, что изобретатель создал "совершенно самостоятельный способ производства железобетонных работ", украденный ловкими предпринимателями, широко использовавшими изобретение, вплоть до "производства железобетонных работ в императорском Зимнем дворце".

Обкрадыванию изобретателей дельцами благоприятствовали законы империи.

Лишь 17 июня 1812 г. был опубликован в виде манифеста первый в России закон о привилегиях на изобретения. По времени его опубликования феодально-крепостническая Россия значительно отставала от передовых стран, быстро шедших тогда по пути капиталистического развития. Для получения привилегии на изобретение были установлены огромные по тому времени суммы: при получении привилегии на 3 года взималась пошлина в сумме 300 руб., на 5 лет - 500 руб., на 10 лет - 1500 руб. О взносе таких сумм не могло даже и мечтать подавляющее большинство изобретателей. И в дальнейшем пошлины на получение привилегий на изобретения оставались непомерно большими. Даже в тех случаях, когда изобретателю удавалось получить привилегию, он обычно терял ее из-за отсутствия средств для дальнейших ежегодных взносов пошлин. В конце XIX в. из-за невзноса пошлин за второй и третий годы прекращалось действие 53,16% привилегий.

Иностранные и отечественные капиталисты, вершившие дела в царской России, ловко использовали все эти обстоятельства, вплоть до того, что нередко сами возбуждали дела против изобретателей с целью отнять у них права на их же изобретения. Одно из таких дел было возбуждено в 1896 г. фирмой "Огефен и Леман" против русского изобретателя Ф. Щербакова, создавшего оригинальную "колокольно-телеграфно-телефонную систему". Эта фирма поставила своей целью лишить Щербакова права на привилегию, присвоить его изобретение и затем приступить на своем заводе к изготовлению приборов Щербакова. В связи с тяжбой, продолжавшейся до 1906 г., изобретатель, доведенный до отчаяния, писал в жалобе, поданной им в Сенат:

"Хочешь лишиться чести и сделаться в глазах общества подлецом, то будь прежде всего гражданином Российской империи и сделай какое-нибудь имеющее меновую ценность изобретение".

Бесчисленное множество подобных фактов, типичных для недоброго старого времени, создает мрачный фон, своеобразно оттеняющий светлые подвиги передовых русских техников-новаторов, работавших в далеком прошлом. Каждый из этих передовых деятелей упорно боролся за новое в технике, стремясь по-своему служить Родине, отдавать все силы, знания, опыт и мысли своему народу. По вине правящих классов царской России создалось такое положение, что родина самых передовых техников и борцов за техническое образование была превращена в одну из самых отсталых стран по распространенности техничеексго образования. В 1897 г. в журнале "Техническое образование" писали, что среди руководителей промышленных предприятияй Московской губернии "число лиц, получивших высшее специальное образование, едва ли составит и один процент, а среднее - никак не превысит и десяти процентов".

Тем не менее роль передовых русских новаторов была неизмеримо больше, чем обычно считают. При этом следует учитывать не только непосредственное развитие техники. Творчество их имело выдающееся со-яиальное значение, выходящее далеко за пределы техники и технических наук.

12 июня 1928 г., выступая на заседании Центрального бюро краеведения, А. М. Горький в своем ответном слове показал, какое значение для его духовного роста имели техники-новаторы, выдвигавшиеся из народа. Горький тогда говорил: "...я начал жизнь среди людей, которые очень быстро заставили меня догадаться о том, что эти люди не могут написать книг, которые я читал, и что в книгах, которые я читал, нет этих людей... Так я думаю, что такие люди внушили мне очень рано догадку, что где-то есть другие люди, которые пишут книги, форсунки делают.

В нашем городе ходил по улице человек с рыжей лисьей бородкой и в криво надетом картузе, и все говорили, что он делает форсунки, и это сделало то, что этот человек чем-то отличался от всех других.

Звали его Василий Иванович Калашников.

И многое намекало мне, что возможны другие люди; и вот я начал присматриваться, искать, как их искать?..".

Волжский механик-новатор Калашников был одним из тех, кто побудил Алексея Пешкова идти вперед, искать, бороться и стать Максимом Горьким. Так те, что "форсунки делают", своим примером и делами вызывали стремление идти вперед, искать, творить новое, бороться за лучшее будущее.

Одно это обстоятельство дает полное основание для того, чтобы на страницах истории русской техники, наряду с великими деятелями, получившими мировую известность, было отведено место забытым новаторам. Ведь очень важно показать, что не только в столицах и промышленных центрах, а и в Чухломе, Касимове, Гороховце, Плесе, Грязовце, Вольске, Кунгуре, Торжке, Рославле и в тысячах других мало известных населенных пунктов, рассеянных пс всей стране, всегда трудились простые русские люди, боровшиеся за новое в технике, кто как мог и как умел.

По вине правящих классов царской России бессмысленно растрачивалась огромная часть их усилий, многие из них были не на правильном пути, но любой из них вносил свою большую или малую долю в общее дело борьбы народа за лучшую долю, и каждый из них совершил бы неизмеримо больше полезных дел, если бы о нем позаботились, помогли и направили его усилия в должную сторону. Но вместо помощи и поддержки их ждало порабощение крепостниками и капиталистами, безжалостно душившими и мявшими таланты, выходившие из народа.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'