Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск





предыдущая главасодержаниеследующая глава

2. Древняя металлургия

"Моление Даниила Заточника" - политический документ начала XIII в., не имеющий решительно никакого отношения не только к металлургии и металлообработке, но и вообще к промышленности и технике. "Моление Даниила Заточника" вместе с тем чрезвычайно яркий и важный документ для изучения вопросов, к которым он по своему содержанию, как до сих пор считалось, никакого отношения не имеет.

Заточник искал милости у князя и поставил много общеполитических вопросов. Он неприязненно характеризовал бояр, монастырское духовенство, женщин и писал о многом другом, ни разу не затрагивая интересующие нас вопросы. Излагая общеполитические и бытовые вопросы, он прибегал к некоторым сравнениям и образам, видимо общепринятым в обычной речи того времени. Эти житейские образы и сравнения примечательны.

Послание Заточника начинается словами:

"Вострубим убо братие аки в златокованную трубу в разум ума своего и начнем бити в серебреныя арганы во известие мудрости".

Далее в тексте встречаем изречения Даниила Заточника:

"Лучше бы ми железо варити, нежели со злою женою быти".

"Не огнь творит разжение железу, но надмение мешное".

"Безумных бо ни куют, ни льют, но сами ся ражают".

"Ржа ест железо, а печаль ум человеку".

"Злато бо искушается огнем, а человек напастьми".

Эти и подобные им изречения применены в тексте как взятые из самых обычных дел, подобных черпанию воды из колодца или выпечке хлеба. Именно так упоминаются многие металлургические и металлические дела в наших древних былинах, песнях и иных произведениях народного эпоса.

Названия, упоминания и образы, подобные приведенным, показывают, что труд по добыче и обработке металла был в древней Руси одним из самых обычных и распространенных.

Отсутствие в то же время в памятниках древней письменности каких-либо специальных описаний металлургических и металлообрабатывающих процессов объясняется очень просто: не было особой нужды их описывать. Они были общеизвестны народу, для которого производство железа издавна было столь же жизненно необходимым и столь же освоенным, как производство хлеба.

Раскопки русских городов VII-VIII вв. показывают, что в этих городах работало немало ремесленников, занятых добычей и обработкой металлов.

Археологические исследования Сарского городища, на месте которого стоит город Ростов, открыли здесь значительное число погребений прядильщиков, кожевников, плотников, гончаров, а также кузнецов и литейщиков. В могилах древнерусских металлистов найдены: литейные формы, льячки, тигли, медные и железные шлаки, крицы, кузнечные клещи. При раскопках Гнездовского городища, предшественника Смоленска, установлено наличие здесь в прошлом в достаточной мере развитого ремесла пс металлу. Немало подобных открытий сделано также и в других местах.

Богатейшие материалы по древней добыче и обработке металла дали раскопки Райковецкого городища близ г. Бердичева, произведенные в 1930-1932 гг.

Райковецкое поселение было сооружено, видимо, в конце XI в. как один из многих укрепленных пунктов для обороны страны. Около середины XIII в. меч и огонь истребили здесь все живое. Пепел пожара и легшие на него вековые наслоения скрывали погибшее поселение до наших дней. Теперь здесь найдены остатки железоделательного сыродутного горна, конусовидное "сопло" для дутья, железные крицы, железная руда, шлаки.

Железо добывали из местной болотной руды, находившейся в большом количестве у берегов речек Гнилопяти и Тетерева. Железо "варили" в сыродутных горнах, в которых происходило прямое восстановление руды, дававшее ковкое железо. Здесь найдена кузница, в которой перерабатывалось местное железо. В кузнице обнаружены: железная клиновидная наковальня, железные молотки, матрицы и шаблоны, куски железа, уголь и изделия - наконечники стрел, части меча, долота, замки, топоры.

В самом городище найдены тысячи разнообразных железных изделий местных кузнецов: рала, чересла, косы, серпы, лопаты, топоры, струги, долота, мечи, сабли, наконечники стрел и копий, булавы, стремена, ножи, замки и многое иное.

Широко были распространены подобные производства и во многих других местах. Самые наименования отдельных местностей показывают, что они еще в отдаленные времена славились своими делами по металлу. Так, в духовной Димитрия Донского упоминаются: волость Рудь, Железкова слобода в Крапивенском уезде. Летописи сохранили нам имена некоторых из древних искусников в работах по металлу. В новгородских летописях упоминаются: "Страшко серебреник" - 1200 г.; "Антон котельник" - 1216 г.; "Микифор щитник" - 1228 г.; "Нежила серебреник" - 1228 г.

Древние летописцы отметили очень много работ, выполненных именно мастерами по металлу. Сообщая о том, как в 1125 г. покрыли свинцовыми листами церковь Богородицы в Суздале, летописец записал о делах епископа Иоанна, организовавшего эту работу:

"... не ища мастеров от немець (т. е. зарубежных. - В. Д.), но налезе мастеря от клеврет святыя богородицы и от своих - иных льяти, иных крыти, иных извистью белити".

В тяжелые годы монголо-татарского разорения передовые наши деятели позаботились о том, чтобы спасти от варварского уничтожения представителей русского ремесла. Именно так поступил Даниил Галицкий, под сильную руку которого спасались мастера от Батыя и его полчищ. Немало мастеров пришло тогда в созданный замечательным полководцем и правителем укрепленный оплот - Холм:

"...идяху день и во день и у ночи и мастере всяции бежаху от татар; седельницы и лучницы и тульнице и кузнеце железу и меди и сребру - к бе жизнь, наполниша дворы окрест града, поле и села".

О размерах работ в те дни говорит создание в церкви св. Иоанна замечательного помоста: "...внутренний ей помост бе слит от меди и от олова чиста".

Документы повествуют о том, что на Руси издревле умели создавать "колоколы дивны слышанием".

Один из таких колоколов отлит в 1341 г. для Юрьевского собора во Львове, как показывает датированная 6849 г. надпись на самом колоколе: "сольян бысть колокол сии Юрью при князи Дмитрии игуменом Евфимьем".

В том же XIV в. пользовались известностью такие мастера, как литейщик Борис, отливший в Москве три больших и два малых колокола - 1346 г.; златокузнецы - Парамжа, делавший икону и крест в 1356 г., Макар и Шишка, изготовившие в 1389 г, "пояс золот".

Сохранилось имя мастера Федора, лившего в 1420 г. доски свинцовые для кровли Троицкого собора в Пскове. В 1475 г. новгородский литейщик Микула успешно отливал колокола. В том же году прославился своими работами серебреник Прокофий Макаров. К XV в. относится труд фрола Братилова, делавшего кратир для одной из новгородских церквей.

Русские издавна умели создавать такие условия, при которых в нашей стране находили себе вторую родину замечательные зарубежные "хитрецы" и "художники" важнейших технических дел. В 1475 г. с послом Ивана III Семеном Толбузиным приехал в Россию Аристотель Фиоравенти вместе с сыном и "паробком Петрушей". В 1490 г. приехал "пушечный мастер Яков Фрязин с женою". В 1494 г. прибыл Петр Фрязин, он же "пушечник Петр". В середине XVI в. на Руси появился замечательный пушечный мастер Кашпир Ганусов.

К 1483 г. относится старейшее из дошедших до нас имен пушечных русских мастеров - мастера Якова. Он делал пищали "русского литья", дошедшие до нас с датами и его именем. К 1491 г. относится пищаль, на которой сохранились имена русских мастеров - "Ваня да Васюк".

Сохранившиеся далеко не полные документальные данные показывают, что в отдельных районах существовали по тому времени чрезвычайно широко распространенные железоделательные промыслы, созданные по собственному почину и разумению представителями народа.

Один из таких районов народных железоделательных промыслов существовал на древних русских землях Во декой пятины, примерно в 160 км к северо-западу от Новгорода.

На рубеже XV-XVI вв. здесь, в Копорском и Ямском уездах, недалеко от побережья Финского залива, близ Лужской губы и Копорского залива, действовало множество мелких предприятий по добыче железа в сыродутных горных.

При составлении писцовых книг по Каргальскому погосту писцы учли в 12 поселениях Казимировской волости по речке Систи, впадающей в Копорский залив: "...а угодья в той волости 15 домниц, а руду копают на Красных горах". На каждый примерно седьмой крестьянский двор здесь приходилось по одной домнице - небольшой железоделательной печи, действовавшей по сыродутному принципу, то есть по принципу прямого получения железа непосредственно из руды. С отдельных домниц ежегодно взыскивали оброк 80-110 пудов, следовательно такая печь ежегодно давала сотни пудов металла.

Современные исследователи этого района дали следующие числа домниц для отдельных погостов: Каргальский - 67, Николо-Толдожский - 62, Замостский и часть Каргальского - 23, Дудоровский - 38, Покровско-Дягелинский - 14.

204 домницы - это не то, что было, а только то, что пока удалось учесть через 450 лет и для небольшой прибрежной полосы шириной в 30-40 км.

К тому же 1500 г. относятся документальные данные о железоделательном районе между р. Мгой, впадающей в Неву, и р. Назией, текущей в Ладожское озеро. Только в деревне Галтиной с ее 12 дворами писцы записали: "...а домниц у них 10 и печей 10 и руду копают на своей земле". В деревне Папороте числился заселенным 1 двор с тремя людьми, "...а домница и печь у них одна". Подобных известий для рассматриваемого района можно привести очень много как о производстве железа в домницах, так и о переработке его многочисленными кузнецами, вырабатывавшими кричное и прутовое железо, топоры, лемехи, "рукоятные сковороды".

Сохранились сведения о широком распространении железоделательных народных промыслов в районе Устюжны Железнопольской, примерно в 400 км от Новгорода в бассейне р. Мологи. Побывавший здесь в 1757 г. новгородский губернатор писал, что ему показалось, будто он "заехал в предместье Вулкана".

Железное поле - так именовался этот район, издревле облюбованный русскими железодельцами. С незапамятных времен сооружалось бесчисленное множество "горнов для делания железа" возле самой Устюжны Железнопольской, в погосте Железная Дубрава и в других местах. В самой Устюжне на посаде в конце XVI в. действовало 119 ремесленников, занятых делом железа: 66 молотников, 34 кузнеца, 12 угольников, остальные - железники, укладники, гвоздари, котельники, сковородочники, замочники. Немало железодельцев было вне посада по всему району.

Устюжна поставляла железо на рынок, снабжала монастыри и города, выполняла огромные по тому времени правительственные заказы.

Здесь делали "железо на варничной обиход" (для солеварен), "железо кричное и опарошное и прутовое и железа плужные и сохи и гвозди". По заказам правительства ковали небольшие пушки - "волконейки", изготовляли десятки и сотни тысяч ядер в те далекие века.

Все это вызвал к жизни и развивал по своему разумению русский народ, по своему почину и без всякого вмешательства со стороны создавший много сотен лет тому назад немало других железоделательных районов.

Имеются сведения, что в XVI в. домницы действовали в районе Тулы и в других местах центральной части нашей страны - Кашире, Серпухове. В 1571 г. в волости Железный Борок возле Буя писцами взяты на учет "две домницы да две кузницы". Костромские вотчинные книги 1596 г. упоминают также о домницах, называя в числе прочего "двор домницы" в деревне Фролово и домницу в Мартьяново. "Соловецкий летописец" говорит о существовании железоделательного производства в XVI в. на землях Соловецкого монастыря.

От Красных гор на побережье Финского залива до Вычегды и Приуралья документы называют народные железоделательные промыслы, существовавшие более трех-четырех веков тому назад. В том числе в 1583 г. упоминается железоделательное предприятие на р. Лахоме в районе Вычегды, снабженное водяным двигателем, приводившим в действие "самоков". Известие о "пруде Лахомском", созданном для металлургического завода, показывает, что еще в XVI в. русские водяные люди сумели приспособить механический двигатель для нужд металлургического производства.

Распространение железоделательного производства еще в XVI в. было столь значительным в России, что оно постоянно привлекало внимание иноземцев, посещавших нашу страну. Герберштейн, побывавший у нас в первой четверти XVI в., особо отметил, что великий князь Василий Иванович "овладел городом Серпуховом, расположенным в восьми милях от Коширы на реке Оке, где даже и на ровном месте добывается железная руда". В 60-х годах XVI в. Рафаэль Барберини писал, что в районе Каширы находятся "большие железные и стальные рудокопни". На исходе XVI в. Флетчер записал о добыче железа в России: "...его весьма много добывается в Корелии, Каргополе, Устюге железном".

Сохранилось много имен русских мастеров по металлу, работавших в XVI в. Среди них были представители разных специальностей: серебреник Куземка Плотников Булгаков-1500 г.; литейщики крупных колоколов Печерского монастыря под Псковом: Козьма Васильев, Матвей Михайлов, Козьма Михайлов, Логин Семенов - 1552 г.; литейщик колоколов для церкви Александровской слободы под Москвой Иван Афанасьев - 1571 г. и другие.

В XVI в. русские мастера успешно изготовляли пушки: Булгак Новгородов - 1513 г: творец своеобразной пищали, бронзовой гаубицы (гауфницы), шедевра по форме и конструкции, мастер Игнатей - 1542 г., литейщик пушек Ивана Грозного, действовавших под Полоцком, Степан Петров. В 50-60-х годах XVI в. русский мастер Богдан создал много пушек состоявших затем на вооружении в Смоленске, Соловках, Владимире, Старице. У Богдана были ученики, в том числе "Богданов ученик Пятой", имя которого стояло на одной из смоленских пищалей.

С 1586 г. каждый из побывавших в московском Кремле отдает дань почета пушечному и колокольному литцу Андрею Чехову, или Чохову, отлившему царь-пушку весом в 2400 пудов (сорок тонн). Его имя сохранилось на пушках: "Троил" (430 пуд.), "Аспид" (370 пуд.) и многих других. Великий мастер пушечных дел, он воспитал многих учеников, среди которых особо выделяются Дружина Романов, Богдан Молчанов, Василии Андреев, Микита Провоторхов.

Перечень старых русских мастеров по металлу можно было бы еще долго продолжать, хотя только ничтожная часть их имен дошла до наших дней. Некоторое представление о количестве таких мастеров дают цифры по Новгороду. В 80-х годах XVI в. здесь насчитывалось 5465 ремесленников. В их числе металлистов: 222 серебреника, 112 кузнецов, 38 ножевников, 35 котельников, 31 железник, 21 гвоздочник, 17 замочников, 12 ведерников, 9 Стрельников, 8 медников, 7 игольников, 6 булавочников, 5 золотарей, 5 секирников, 5 скобочников, 4 денежника, 4 укладника, 3 лемешника, 3 плавильщика, 2 бронника, 2 колечника, 2 сабельника, 1 забойник, 1 подковщик и другие.

Подобная специализация ремесла - следствие многовекового развития металлообработки.

В рассматриваемое время немало мастеров-металлистов работало в других русских городах: Устюжна Железнопольская, Серпухов, Коломна, Гула, Можайск, Свияжск, Казань и другие.

предыдущая главасодержаниеследующая глава

http://uvs96.ru/ установка кондиционеров екатеринбург.




Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'