Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Пётр Кузьмич Козлов (1863-1935)

Козлов П. К.
Козлов П. К.

Пётр Кузьмич Козлов является одним из величайших исследователей Центральной Азии. Сподвижник и продолжатель трудов Н. М. Пржевальского, он вместе с последним в основном довершил ликвидацию "белого пятна" на карте Центральной Азии. Исследования и открытия П. К. Козлова в области природы и археологии снискали ему почётное имя далеко за пределами нашей родины.

Пётр Кузьмич Козлов родился 16 октября 1863 года в г. Духовщина Смоленской губернии. Отец его был мелким прасолом. Это был человек малокультурный, малограмотный, не обращавший внимания на своих детей и не заботившийся об их образовании и воспитании. Мать также была поглощена заботами о хозяйстве. Таким образом, П. К. Козлов рос вне влияния семьи. Однако благодаря пытливому и любознательному характеру он рано пристрастился к книгам, особенно географическим и к книгам о путешествиях, которыми буквально зачитывался.

Двенадцати лет он был отдан в школу. В то время в ореоле мировой славы был русский путешественник по Центральной Азии Николай Михайлович Пржевальский. Газеты и журналы были полны сообщениями о его географических открытиях. Его портреты печатались почти во всех периодических изданиях. Молодёжь с восторгом читала увлекательные описания путешествий Пржевальского, и не один юноша, читая об открытиях и подвигах этого замечательного неустрашимого путешественника, загорался мечтою о таких же подвигах. П. К. Козлов жадно ловил всё, что печатали о Пржевальском. Статьи и книги самого Пржевальского зажгли в нём беспредельную любовь к просторам Азии, а личность знаменитого путешественника в воображении юноши принимала облик почти сказочного героя.

Шестнадцати лет П. К. Козлов окончил четырёхклассную школу и, так как надо было зарабатывать на жизнь, поступил на службу в контору пивоваренного завода в 66 километрах от родной Духовщины, в местечке Слобода Поречского уезда. Однообразная, неинтересная работа в конторе завода не могла удовлетворить живую натуру П. К. Козлова. Он жадно тянулся к учению и стал готовиться к поступлению в учительский институт. Но в один из летних вечеров 1882 г. судьба сделала иной выбор. Как писал впоследствии он сам: "Тот день я никогда, никогда не забуду, тот день для меня из знаменательных знаменательный".

Юноша сидел на крыльце. На небе замерцали первые звёзды. Его глазам открывались бесконечные просторы вселенной, а мысли, как всегда, витали в Центральной Азии. Погружённый в свои думы, П. К. Козлов неожиданно услышал:

- Что вы тут делаете, молодой человек?

Он оглянулся и застыл от изумления и счастья: перед ним стоял сам Н. М. Пржевальский, образ которого он так хорошо представлял себе по портретам. Н. М. Пржевальский приехал сюда из своего поместья Отрадного той же Смоленской губернии. Он подыскивал себе здесь уютный уголок, в котором мог бы в промежутках между путешествиями писать свои книги.

- О чём вы так глубоко задумались? - просто спросил Н. М. Пржевальский.

С едва сдерживаемым волнением, с трудом находя нужные слова, И. К. Козлов ответил:

- Я думаю о том, что в далёком Тибете эти звёзды должны казаться ещё более сверкающими, чем здесь, а мне никогда, никогда не придётся любоваться ими с тех далёких, пустынных высот...

Николай Михайлович помолчал, а потом тихо сказал:

- Так вот о чём вы думаете, юноша!.. Зайдите ко мне. Я хочу поговорить с вами.

Почувствовав в Козлове человека, искренне любящего дело, которому он сам был беззаветно предан, Николай Михайлович Пржевальский принял горячее участие в жизни юноши. Осенью 1882 г. он поселил П. К. Козлова у себя и стал руководить его учебными занятиями.

Первые дни жизни в усадьбе Пржевальского П. К. Козлову казались просто "сказочным сном". Юноша находился под обаянием захватывающих рассказов Пржевальского о прелестях страннической жизни, о величии и красоте природы Азии.

"Ведь так недавно ещё я только мечтал, только грезил, - писал П. К. Козлов, - как может мечтать и грезить шестнадцатилетний мальчик под сильным впечатлением чтения газет и журналов о возвращении в Петербург славной экспедиции Пржевальского..., мечтал и грезил, будучи страшно далёк от реальной мысли когда-либо встретиться лицом к лицу с Пржевальским... И вдруг мечта и грёзы мои осуществились: вдруг, неожиданно, тот великий Пржевальский, к которому было направлено всё моё стремление, появился в Слободе, очаровался её дикой прелестью и поселился в ней...".

П. К. Козлов твёрдо решил ехать в ближайшем будущем спутником Пржевальского. Но это было не так просто. Н. М. Пржевальский составлял свои экспедиции исключительно из военных. Поэтому П. К. Козлову волей-неволей надо было сделаться военным.

Но прежде всего он счёл для себя необходимым закончить среднее образование. В январе 1883 г. П. К. Козлов успешно сдал экзамен за полный курс реального училища. После этого он поступил на военную службу вольноопределяющимся и, прослужив три месяца, был зачислен в экспедицию Н. М. Пржевальского.

- Радости моей не было конца, - пишет П. К. Козлов. - Счастливый, бесконечно счастливый, переживал я первую весну настоящей жизни.

П. К. Козлов совершил шесть путешествий в Центральную Азию, где исследовал Монголию, пустыню Гоби и Кам (восточную часть Тибетского нагорья). Первые три путешествия проведены им под начальством - последовательно - Н. М. Пржевальского, М. В. Певцова и В. И. Роборовского.

Первое путешествие П. К. Козлова в экспедиции Н. М. Пржевальского по исследованию Северного Тибета и Восточного Туркестана явилось для него блестящей практической школой. Под руководством опытного и просвещённого исследователя, самого Н. М. Пржевальского, он получил хорошую закалку, столь необходимую для преодоления тяжёлых условий суровой природы Центральной Азии, и боевое крещение в борьбе с превосходящими численностью вооружёнными силами населения, неоднократно натравливаемого на горсть русских путешественников фанатиками-ламами и другими вражескими элементами областей Азии.

Возвратившись из своего первого путешествия (1883-1885), П. К. Козлов поступил в военное училище, по окончании которого был произведён в офицеры.

Осенью 1888 г. П. К. Козлов отправился вместе с Н. М. Пржевальским в своё второе путешествие. Однако в самом начале этого путешествия близ г. Каракола (на берегу озера Иссык-Куль) начальник экспедиции Н. М. Пржевальский заболел и вскоре умер. Похоронен он был, как и просил, на берегу озера Иссык-Куль.

Прерванная смертью Н. М. Пржевальского экспедиция возобновилась осенью 1889 г. под начальством полковника, а впоследствии генерал-майора М. В. Певцова, автора известной книги "Очерк путешествия по Монголии и северным провинциям Внутреннего Китая" (Омск, 1883). Экспедиция собрала богатый географический и естественно-исторический материал, немалая доля которого принадлежала П. К. Козлову, исследовавшему районы Восточного Туркестана.

Третья экспедиция (с 1893 по 1895 гг.), участником которой был П. К. Козлов, проходила под начальством бывшего старшего помощника Пржевальского - В. И. Роборовского. Она имела своей задачей исследование района горного хребта Нань-шаня и северо-восточного угла Тибета.

В этом путешествии роль П. К. Козлова была особенно активна. Он самостоятельно, отдельно от каравана, производил обследования окрестностей, проходя по некоторым маршрутам до 1000 км, кроме того, он дал подавляющее количество образцов зоологической коллекции. На полпути тяжело заболел В. И. Роборовский; П. К. Козлов принял на себя руководство экспедицией и благополучно довёл её до конца. Он представил полный отчёт об экспедиции, изданный под заглавием "Отчёт помощника начальника экспедиции П. К. Козлова".

В 1899 г. П. К. Козлов совершил своё первое самостоятельное путешествие в качестве начальника Монголо-Тибетской экспедиции. В экспедиции участвовало 18 человек, из них 14 человек конвоя. Маршрут начинался от почтовой станции Алтайской вблизи Монгольской границы; далее он шёл сначала по Монгольскому Алтаю, затем по Центральному Гоби и по Каму - почти неизвестной учёному миру восточной части Тибетского нагорья.

В результате этого путешествия П. К. Козлов дал подробные описания многочисленных физико-географических объектов маршрута - озёр (в том числе озера Куку-нор, лежащего на высоте 3,2 км и имеющего в окружности 385 км), истоков рек Мэконга, Я-лун-цзяна (крупного притока р. Ян-цзы-цзян), ряда величайших гор, в том числе двух мощных хребтов в системе Куэнь-луня, неизвестных до тех пор науке. Один из них П. К. Козлов назвал хребтом Дютрейль-де-Рэнса, по имени известного французского путешественника по Центральной Азии, незадолго перед тем погибшего в этих местах от рук тибетцев, а другой - хребтом Вудвиль-Рокхиль, в честь английского путешественника.

Кроме того, П. К. Козлов дал блестящие очерки по экономике и быту населения Центральной Азии, среди которых выделяется описание любопытных обычаев цайдамских монголов с исключительно сложным ритуалом празднования важнейших событий жизни - рождения ребёнка, свадеб, похорон и т. д. Из этой экспедиции П. К. Козлов вывез обильную коллекцию фауны и флоры пройденных местностей.

Во время экспедиции путешественникам не раз приходилось пробивать себе дорогу кровопролитными сражениями с крупными вооружёнными отрядами, численностью до 250-300 человек, натравленными на экспедицию местными фанатически настроенными ламами. Почти двухлетняя оторванность экспедиции от внешнего мира, вследствие окружения её враждебным кольцом, явилась причиной упорного слуха, дошедшего до Петербурга, о полной её гибели.

Монголо-Тибетская экспедиция описана П. К. Козловым в двух больших томах: I том - "Монголия и Кам" и II том - "Кам и обратный путь". За это путешествие П. К. Козлову была присуждена Русским географическим обществом золотая медаль. В 1907-1909 гг. П. К. Козлов совершил своё пятое путешествие (Монголо-Сычуанская экспедиция) по маршруту через Кяхту на Ургу (Улан-Батор) и далее в глубь Центральной Азии. Оно ознаменовалось открытием в песках Гоби мёртвого города Хара-Хото, давшего археологический материал огромной историко-культурной ценности. Исключительное значение имеет обнаруженная при раскопках Хара-Хото библиотека в 2000 книг, в основном состоящая из книг на "неизвестном" языке государства Си-ся, оказавшемся тангутским языком. Это было открытие исключительного значения! Ни в одном из иностранных музеев или библиотек не имеется сколько-нибудь значительной коллекции тангутских книг. Даже в таких крупнейших хранилищах, как Британский музей в Лондоне, тангутские книги встречаются лишь единицами. Прочие находки в Хара-Хото имеют также важное историко-культурное значение, так как наглядно рисуют многие стороны культуры и быта древнего тангутского государства Си-ся.

Раскопки 'Хара-Хото'
Раскопки 'Хара-Хото'

Замечательна обнаруженная в Хара-Хото коллекция ксилографий (клише) для печатания книг и культовых изображений, указывающая на знакомство Востока с книгопечатанием за сотни лет до появления последнего в Европе. Она опровергает немецкие "авторитеты", приписывающие честь открытия типографской печати Гутенбергу.

Большой интерес представляет открытая в Хара-Хото коллекция печатных бумажных денег, являющихся единственной в мире коллекцией бумажных денег Танской династии XIII-XIV вв.

Раскопки в Хара-Хото дали также богатый набор статуй, статуэток и всевозможных фигурок культового значения и более 300 буддийских икон, писаных на дереве, шёлке, полотне и бумаге, многие из которых имеют большое художественное значение.

После открытия мёртвого города Хара-Хото экспедиция П. К. Козлова подвергла тщательному изучению озеро Куку-нор с островом Койсу, а затем огромную мало известную территорию Амдо в излучине среднего течения р. Хуан-хэ. Из этой экспедиции так же, как и из предыдущей, П. К. Козлов помимо ценного географического материала вывез многочисленные коллекции животных и растений, среди которых оказалось немало новых видов и даже родов.

Пятое путешествие П. К. Козлова описано им в большом томе под заглавием "Монголия и Амдо и мёртвый город Хара-Хото". Во время шестого путешествия, совершённого им в 1923-1926 гг., П. К. Козлов исследовал сравнительно небольшую территорию Северной Монголии. Однако и здесь он получил крупные научные результаты: в горах Ноин-Ула (в 130 км к северо-западу от столицы Монголии Урги, ныне Улан-Батора) П. К. Козлов открыл 212 могильников, оказавшихся по исследованиям археологов гуннскими погребениями 2000-летней давности. Это было величайшим археологическим открытием XX века. В могильниках обнаружены многочисленные предметы, по которым можно восстановить экономику и быт гуннов за время по крайней мере со II века до н. э. по I век н. э. В их числе находилось большое количество художественно исполненных тканей и ковров времён греко-бактрийского царства, которое длилось с III века до н. э. до II века н. э. и располагалось примерно в северной части современной территории Ирана, в Афганистане и северо-западной части Индии. Административно-политическим центром был город Бактра (ныне Балх). По обилию образцов греко-бактрийского искусства ноинулинская коллекция не имеет себе равных среди коллекций такого рода во всём мире.

Шестое путешествие П. К. Козлова было последним. После этого он жил на покое сначала в Ленинграде, а затем в 50 км от Старой Руссы (Новгородской области), в деревне Стречно. В этом местечке он построил маленький бревенчатый домик в две комнаты и поселился в нём со своей женой. Скоро П. К. Козлов приобрёл большую популярность среди местной молодёжи. Он организовал кружок юных натуралистов, которых стал обучать сбору коллекций, точному научному определению животных и растений, препарированию птиц и зверей. Теперь в Стречно находится "уголок памяти П. К. Козлова", где хранятся эти коллекции вместе с частью его личной библиотеки.

П. К. Козлов был превосходным рассказчиком и лектором. В перерывах между путешествиями он часто выступал в различных аудиториях с захватывающими внимание слушателей рассказами о своих путешествиях. Не менее интересны и его выступления в печати. Перу П. К. Козлова принадлежит свыше 60 произведений.

Умер он от склероза сердца в санатории под Ленинградом 26 сентября 1935 года.

Пётр Кузьмич Козлов как исследователь Центральной Азии пользовался широкой мировой известностью.

Русское географическое общество наградило П. К. Козлова медалью имени Н. М. Пржевальского и избрало его почётным членом, а Украинской Академией наук он был в 1928 г. избран действительным членом.

Среди исследователей Центральной Азии Пётр Кузьмич Козлов занимает одно из самых почётных мест. В области археологических открытий в Центральной Азии он является положительно уникумом среди всех исследователей XX века.

П. К. Козлов дорог нам не только как талантливый исследователь природы, экономики, быта и археологии Центральной Азии, но и как русский патриот, явивший собой образец мужества, храбрости и беззаветной преданности делу своей родины, ради славы которой он не щадил даже жизни.

Главнейшие труды П. К. Козлова: По Монголии до границ Тибета (Монголия и Нам), Спб., 1905; Кам и обратный путь, Спб., 1906; Монголия и Амдо и мёртвый город Хара-Хото, М.- Пг., 1923; Краткий отчёт о Монголо-Тибетской экспедиции Рус. географического общества 1923-1926 гг., Л., 1928; Трёхлетнее путешествие по Монголии и Тибету, Спб., 1913; Николай Михайлович Пржевальский, первый исследователь природы Центральной Азии, Спб., 1913; В сердце Азии (памяти Н. М. Пржевальского), Спб., 1914; Тибет и далай-лама, Пг., 1920.

О П. К. Козлове:Иванов А. И., Из находок П. К. Козлова в г. Хара-Хото, Спб., 1909; Павлов Н. В., Путешественник и географ Пётр Кузьмич Козлов (1863-1935), М., 1940.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'