Колодец вовсе не бездонен

«Задачами советского водного законодательства являются регулирование отношений в целях обеспечения & интересах настоящего и будущих поколений научно обоснованного, рационального использования вод для нужд населения и народного хозяйства, охраны вод от загрязнения, засорения и истощения, улучшения состояния водных объектов...? (Основы водного законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 1).

Рассказывают, что бедуины, прилетевшие в США, на все чудеса современной техники и прочие ухищрения цивилизации глядели с бесстрастием, достойным жителей великой пустыни Сахары. Ничем не могли удивить их, пронять, как ни изощрялись предприимчивые гиды. И только когда привезли бедуинов на берег Ниагарского водопада, удалось американцам наконец достичь того, что они тщетно пытались сделать при помощи современных чудес электроники и древнего как мир стриптиза. Гости были ошеломлены этим нескончаемым потоком чистой прохладной воды, не хотели уходить от него, все смотрели и смотрели с восторгом и говорили, что,когда вернутся домой, никто не поверит, что, на свете существует такое чудо из чудес.

Они-то знали цену воде.

Мы этой цены не знаем. Нет, вообще-то кое-что знаем и даже немало, как нам кажется, но в том-то вся и беда, что эти «знания вообще», что не можем мы ежедневно, ежечасно испытывать тот восторг, который ощущают жители пустынь при виде такой обыденной для нас воды. А не мешало бы и нам проникнуться хоть чуть-чуть этим их восторгом. Ибо вода и в самом деле одно из первых чудес среди Главных чудес природы.

Вода, в сущности, относится к земным (да и космическим тоже) минералам. Но это настолько странный, из ряда вон выходящий, даже при рассмотрении невооруженным современной физической и химической аппаратурой глазом, что его по праву можно рассматривать отдельно. Примечательно, в процентном отношении гидросфера занимает примерно столько же поверхности Земли, сколько вода по объему в теле человека, что-то в пределах двух третей того и другого. Но комментировать этот факт мы не собираемся, мало ли бывает случайных совпадений. Еще примечательнее то, что вода буквально про низывает как тело (во всяком случае изученные человеком слои биосферы) Земли, так и тела всех без исключения живых существ. И если косное вещество биосферы в принципе вполне может существовать без воды, то живое - ни в коем случае. Даже вымороженные в космическом абсолютном нуле (-273°С) или прожаренные на солнечном жару споры должны, для того чтобы оставить себе надежду возродиться когда-нибудь к жизни, сохранить какой-то минимум воды. Ибо даже с частичной потерей воды живое теряет и жизнь, а уж с полной - и подавно.

Удивительные, во многом и до сих пор загадочные, свойства воды всегда интриговали людей. Ее физические свойства служат серьезнейшим опровержением механистическому подходу к явлениям даже косной природы. Изменчивость водной стихии издревле служила дежурным тропом поэтам всех времен и народов. Химики выяснили, что не только океанские или речные массы воды изменчивы; сама по себе она, даже в стакане, в спокойном и невозмутимом, казалось бы, состоянии постоянно меняется. Из школьной химии мы знаем, что молекула обычной воды имеет постоянную структуру - два атома водорода и один кислорода. Так-то это так, но оказывается еще, что три эти атома сочетаются в каждой молекуле по-разному, и сочетаний этих 42! Правда, устойчивыми из них являются только 9, но и того достаточно, чтобы сказать: на самом деле мы пьем воду, состоящую из смеси вод девяти химических свойств. И все эти разнообразные молекулы одной и той же воды постоянно взаимодействуют между собой, изменяют свою структуру и, следовательно, состав. Бот и получается, что не только нельзя дважды войти в одну и ту же реку, как утверждал Гераклит, но и выпить дважды одну и ту же воду невозможно. И может быть, недаром у древних греков самым ярким символом изменчивости было морское божество - Протей.

Легко расступающаяся, легко же и дробящаяся на капли, вода обладает, оказывается, большой силой сцепления молекул. Поставьте в стакан с водой тонкую стеклянную трубку, жидкость тут же поднимется в трубке выше уровня стакана. Очевидное это свойство - результат преодоления атмосферного давления силой сцепления молекул воды. И иголка держится на ее поверхности отнюдь не потому, что на стали оказался слой жира, как уверяли, во всяком случае нас, школьные учителя. А из-за большого поверхностного натяжения слоя воды. Причем чем чище вода, тем сильнее поверхностное натяжение. Ученые утверждают, что если бы им удалось совершенно избавить воду от примеси, то по озеру такой воды можно было бы и летом кататься на коньках.

При нагревании тела расширяются, при охлаждении - сжимаются. Эта аксиома, с учетом которой строятся все человеческие сооружения, подверженные климатическим или иным колебаниям температуры, опровергается водою. До 4°С выше нуля она еще согласна вести себя, как все остальные земные тела, но при температуре ниже этого уровня она вопреки аксиоме начинает расширяться и, превращаясь в лед, увеличивается в объеме примерно на 11 процентов - коэффициент расширения для природных тел невиданный, даже если исключить тот феномен, что это происходит отнюдь не при нагреве. Сила ее расширения при этом колоссальна, давление на стенки, сдерживающие ее желание расширяться, доходит до 2500 кгс/см²! Удара в две с половиной тонны весом на каждый квадратный сантиметр поверхности не выдерживает самая прочная порода и сталь. А сама она к увеличению давления гораздо индифферентнее, чем любое твердое вещество, и пробовать спрессовать ее во вдвое меньший объем - только даром время и силы терять. При увеличении давления она, опять же вопреки всем правилам, установленным для других минералов, начинает замерзать при более низкой температуре - минус 3° и ниже. Потому-то и не промерзают глубины океанов до дна (правда, тут еще помогает и повышенная соленость).

И, пожалуй, главная для живых существ особенность - вода вступает в, если перефразировать метафору академика Ферсмана, дружеские связи со всеми минералами Земли. «Вода точит камень» не потому, что легчайшая струйка воды нежно касается грубой твердости гранитного валуна или скалы. А потому, что растворяет минералы, из которых состоит гранит и прочие твердые породы, и рассеивает их по земле, морям и океанам на радость жизни.

Для организма биосферы вода имеет главенствующее значение. В сущности, конечно, отделять ее от атмосферы или литосферы, выделять и отдавать предпочтение какому-либо из этих трех косных компонентов биосферы нельзя - все они необходимы друг другу и жизни, и это лишь кажется, что, поскольку бывает и полностью водная жизнь, она вполне могла бы обойтись без атмосферы. Ни в коем случае. И не только потому, что без защитного атмосферного слоя и самих вод Мирового океана, рек и озер не существовало бы, но еще и потому, что именно атмосфера снабжает эти воды кислородом, азотом, углекислотой, необходимой для существования жизни в воде, перемешивает водные толщи, обогащая их этими веществами, равномерно распределяя в водах минеральные соли Земли.

Современные ученые полагают, что жизнь на Земле зародилась в водах Мирового океана. Если даже это и не так, если местом зарождения жизни в действительности было какое-то иное место (некоторые, как мы знаем, утверждают, что она могла зародиться в Космосе), то уж, без всякого сомнения, ее существование и развитие без вод Мирового океана было бы невозможно. Это вода укрывала первые, робкие и слабые ростки жизни от всяческих невзгод: жуткой жары или, наоборот, жуткого холода поверхности Земли, плохо защищенной от огромного перепада температур первобытной углекислотной атмосферой, защищала от жестких космических излучений, способных убить все живое во мгновение ока, питала растворенными ею минеральными и органическими веществами первые микроорганизмы, а позже давала возможность осуществлять фотосинтез - то самое преобразование углекислотной атмосферы в кислородную, благодаря которому мы существуем. В этом процессе хлорофилл расщепляет именно воду, усваивая водород для собственных нужд и высвобождая свободный-кислород, которым мы дышим.

В сущности, любой организм, тело любого растения и животного представляет собою как бы губку, пропитанную водой, жадно вбирающую ее из источников и атмосферы.

Сок растений, протоплазма клеток и кровь животных, межтканевая жидкость и лимфа, жидкие среды глазного яблока и ликвор спинного мозга, смазки суставов и плевры, другие специализированные жидкостные среды, - все это существует и работает на основе воды, легко растворяющей минеральные соли и легко же с ними расстающейся, проникающей вместе с ними под воздействием гидростатического давления, создаваемого работой сердца, сквозь стенки кровеносных сосудов всех тканей организма.

Подсчитано, что в среднем человек за сутки принимает с пищей 2,5 литра воды (точнее - 2,2, а еще 0,3 литра образуется в ходе обменных процессов из жиров организма). Считается, что столько же и выводится из его тела за те же сутки: с мочой, потом, другими выделениями (причем с дыханием и потом выходит до 40 процентов воды). Однако это вовсе не значит, что организм схож с водопроводной трубой и все, что выпито, тотчас же протекает, не задерживаясь. Исследователи установили, что выпитая нынче вода уйдет из организма только через 6, а то и через 12 дней - все зависит от микроклиматических условий, в которых находится тот или иной человек, и других факторов. И за это время она успевает проделать гигантскую работу.

Путь воды начинается в желудке и кишечнике, где она, растворив переваренные частицы питательных веществ, поступающих с пищей, проникает, перенося их через стенки пищеварительного тракта, в кровь. Насыщенная аминокислотами, глюкозой и другими сахарами, жирными кислотами, минералами разносит она их по кровотоку и межтканевой жидкости к каждой из миллиардов клеток, из которых состоит наш организм. Вместе с ними проникает она через мембрану (когда возникает необходимость выровнять осмотическое давление) в плазму клетки, выносит оттуда продукты распада, образовавшиеся при синтезе питательных веществ, и вновь по кровотоку устремляется к почкам и печени, где и откладываются ненужные и вредные вещества, выводящиеся потом из организма с мочой, которая является не чем иным, как отработавшей свою 6-12-суточную смену и свершившей свыше 1000 оборотов по организму водой с растворенными в ней отходами жизнедеятельности нашего тела.

Так удаляется более половины суточной нормы воды. Еще четверть выделяется с потом и опять же уносит значительную долю всевозможных отходов и примерно пятая часть ее (свыше 400 граммов) улетучивается вместе с дыханием.

Запасы воды в нашем организме велики - от 30 до 50 литров (в зависимости от веса тела и пола человека: в женском теле воды на 10 процентов меньше, чем в мужском). Но все это - тот основной неделимый фонд, который организм не может расходовать, не подвергая себя опасности. Даже при незначительном обезвоживании плазма крови и другие внеклеточные жидкостные среды организма начинают густеть, следовательно, концентрация солей в них повышается, изменяется - увеличивается осмотическое давление, вода клеток и эритроцитов устремляется в зоны большей концентрации солей, клетки сморщиваются и...

Лучше уж этого «и» не допускать.

Правда, существуют животные - верблюды, курдючные овцы, суслики, тушканчики, - которые сравнительно долго могут обходиться без воды, превращая специально для этого накопленный жир в воду. И при этом получается довольно большой выход влаги: из 100 граммов жиров организм синтезирует 107 миллилитров воды. И хотя человеческий организм так же получает из жиров около 300 мл воды, доказывать, что ты верблюд, все же не стоит. Поэтому как можно осторожнее относитесь к доморощенным диетам, рекомендующим минимальное потребление воды. Лишнюю воду организм (мы говорим о норме, а не о болезнях, при которых приходится применять мочегонные средства, чтобы увеличить диурез, а тем самым «осушить» внутренние жидкостные среды от излишков воды) всегда выводит, не задерживая. И тысячелетняя практика йогов показывает - это всегда идет на пользу.

Вода, которую мы пьем, различается не только по структуре сочетаний атомов молекул. В разных районах не то что там земного шара или континентов - областей страны и даже в расположенных неподалеку друг от друга колодцах - вода различается по химическому составу растворенных в ней солей. И хотя полностью их влияние на здоровье человека еще не исследовано, но некоторые общие принципы этих влияний выяснены.

Давным-давно известно, что чистейшая вода горных альпийских потоков порождает кретинизм. Происходит это потому, что она слишком стерильна и не содержит тех микроскопических примесей йода, которые необходимы для нормального функционирования щитовидной железы. И хотя, как выяснено, главную насущную дозу йода человек получает с растительной пищей, но и в этом виновной оказывается стерильная вода: в районах, с нейодированной водой и растительная пища содержит слишком малое (накопленное, видимо, из воздуха) количество - зерно в 10, а картофель в 30 раз меньше, чем в районах с нормальной водой.

И потребность-то в нем до смешного мала. По данным Международной комиссии по радиологической защите, обстоятельно исследовавшей этот вопрос, в среднем в организм человека континентальных районов мира попадает в сутки всего пять сотых микрограмма йода (в приморских районах - 35 мкг)! И даже этой мельчашей дозы нам достаточно, чтобы не заболеть.

Не менее важно, оказывается, и то, сколько содержится в воде кальция. Все мы знаем, что бывает она мягкой, когда мыло дает обильную пену и смыть его с рук доставляет немало труда; и жесткой, в которой мыло вовсе почти не мылится. Последняя - с повышенным, по сравнению с нормой, содержанием кальция.

Недавние исследования в Японии, в 49 штатах Северной Америки, во всех регионах Англии показали прямую зависимость сердечно-сосудистых заболеваний от содержания кальция в воде. Оказалось, что чем вода мягче, тем больше таких заболеваний в расчете на 100 000 жителей. Так, в Англии было обследовано 83 города в самых различных районах страны. Оказалось, что смертность от сердечно-сосудистых заболеваний мужчин в возрасте 45-64 лет имеет четкую обратно пропорциональную зависимость с содержанием в воде кальция. Так, в Галифаксе, где его концентрация имеет 34 миллиграмма на литр, с 1958 по 1964 год умерло от них 862 мужчины, а в Испуиче, где потребляют воду с концентрацией кальция 358 мг/л, за то же время - 499 человек. Удалось вывести и некую закономерность: «В среднем с каждым увеличением содержания кальция на 25 мг/л смертность снижается примерно на 50 человек на 100 000 жителей», - пишет М. Гарднер, специалист по общественной медицине Саутгемптонского университета.

В США, в штате Флорида население округа Монро до некоторых пор употребляло поверхностные воды, накапливающиеся в результате выпадения дождей в различных водоемах и неглубоких колодцах. Естественно, вода была мягкой, того же кальция содержалось всего 0,5 миллиграммов на литр. После того как в округе были пробурены глубокие артезианские колодцы и его жители стали получать жесткую воду с содержанием кальция 220 мг/литр, всего за четыре года смертность от сердечно-сосудистых заболеваний снизилась ровно наполовину.

Однако несмотря на выявление столь четкой зависимости заболеваний сердца от уровня содержания в воде кальция, в некоторых других районах земного шара выявить такую взаимосвязь не удалось. И это говорит о том, что проблема гораздо сложнее, чем первоначально полагали ученые. Скорее всего человеческому организму для нормальной жизнедеятельности необходим целый комплекс растворенных в воде природных минеральных солей, причем в определенных концентрациях и соотношениях (так, выяснено, что на сердечно-сосудистую систему влияет соотношение кальций:натрий - чем меньше в воде первого и больше второго, тем выше процент заболеваний), а кальций является в данном случае индикатором этой концентрации, что, конечно же, не умаляет его значимость для нормальной работы организма.

Вот почему никакая искусственно опресненная вода не может заменить воды природной. Понятно, что искушенный ум «технаря» тут же выдаст резонное возралсение: «А почему бы не минерализовать опресненную воду до природных кондиций?» Да потому, что это очень и очень дорогостоящая процедура. Одно только кальцинирование опресненной воды представляет собой сегодня почти неразрешимую проблему: для этого необходимо пропускать ее сквозь огромную толщу природных известняков - практически закачивать в недра Земли, чтобы уже потом добывать обогащенную кальцием. А еще в природной воде содержатся необходимейшие нашему организму ионы лития, ванадия, марганца, хрома, магния и других микроэлементов и все в определенной концентрации, определенных соотношениях.

Уже в 60-х годах нашего столетия обнаружилась в мире нехватка чистой природной воды. Оказалось, что ее поразительно мало для неимоверно разрастающегося человечества и еще более неимоверно разрастающейся промышленности. Мы с гордостью произносим, что Байкал заключает в себе 20 процентов всей пресной воды земного шара. Но подумайте только: что на карте мира представляет собой это озеро? Еле заметная точка в масштабах Земли. А в этой точке сосредоточена пятая часть всех пресных вод! Еще одна точка - Великие американские озера, да ниточки - опять же в масштабах земного шара - Амазонки и Ла-Платы несут более половины пресных вод Земли, и только примерно четвертая часть ее мировых запасов распределяется более или менее равномерно, да и то в умеренных поясах планеты.

Сегодня более четверти населения земного шара, примерно 1 миллиард 250 миллионов человек, что составляет более чем четырехкратное количество населения Советского Союза, страдает от острой нехватки пресной воды. Во многих районах ее ценность намного превысила цену полезных ископаемых. Например, в странах Персидского залива литр пресной воды стоит столько же, сколько три литра нефти. И совсем недалек тот день, когда вместо газопроводов и нефтепроводов станут строить грандиозные межконтинентальные водопроводы и торговать питьевой водой будет гораздо выгоднее, чем всеми остальными природными ресурсами. Ибо если без нефти, газа, угля, руд металлов и прочих ископаемых еще и можно хоть как-то прожить, то без питьевой воды жить, как мы знаем, невозможно.

В этом смысле наша страна является одним из самых богатых регионов - запасы пресной воды составляют примерно четвертую часть от общемировых. Только вот если дело дойдет до торговли ей, мы едва ли сильно разбогатеем. Разве что пустим в распыл Байкал, в котором содержится 80 процентов всех наших запасов. Ибо все остальные большие водоемы и речные артерии почти полностью непригодны уже сегодня для питья без самой серьезнейшей и дорогостоящей очистки воды. И если нынешний воздух сравнивают с аэрозолью, то воду в них можно вполне назвать суспензией, настолько насыщена она всевозможными примесями - загрязнениями промышленности, транспорта, сельского хозяйства.

«Водопользователи обязаны:

рационально использовать водные объекты, заботиться об экономном расходовании воды, восстановлении и улучшении качества вод;

принимать меры к полному прекращению сброса в водные объекты сточных вод, содержащих загрязняющие вещества;

не допускать нарушения прав, предоставленных другим водопользователям, а также нанесения ущерба хозяйственным природным объектам (землям, лесам, животному миру, полезным ископаемым и другим);

содержать в исправном состоянии очистные и другие водохозяйственные сооружения и технические устройства, влияющие на состояние вод, улучшать их эксплуатационные качества...» (Основы водного законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 17).

Мы уже говорили о тесной взаимосвязи атмосферы и вод Земли, о том, что воздух насыщает воду кислородом, углекислотой и прочими необходимыми для развития водных растений и животных газами и веществами. К сожалению, нынче атмосфера снабжает реки, озера, моря и океаны не только этими необ-ходимостями, но еще и всеми теми вредными соединениями, что выбрасывают в атмосферу промышленность и транспорт. Большая часть их - те, что не успели задержаться в наших легких и вообще в организме, в листьях растений, оседают на поверхность водоемов и землю вместе с дождями, росой, прочими осадками и просто сами по себе. С земли они смываются дождевой и снеговой водой и по капиллярам ручейков и мелких речек стекают в крупные водные артерии биосферы, накапливаются в озерах и морях, отравляя в них жизнь.

Ну и, конечно же, огромную массу отравляющих веществ несут в воды Земли промышленные, транспортные и бытовые стоки, смывая с сельскохозяйственных угодий тысячи и тысячи тонн инсектицидов, гербицидов и прочих пестицидов.

Сброс загрязненных сточных вод промышленностью, синтетических моющих средств с бытовыми сточными водами, смыв инсектицидов и гербицидов с полей и других сельскохозяйственных угодий в реки и озера, загрязнение флотом мира, особенно нефтеналивными судами, морей и океанов нефтепродуктами - величайшая угроза для жизни не только водных растений и животных, но и для самого человека. В одном кубическом сантиметре воды у истоков Рейна содержится от 30 до 100 микробов, а в низовьях от 100 до 200 тысяч. Каждый день в низовья

этой реки скатываются 30 тысяч тонн всевозможных химических соединений. Б США только в озеро Верх нее поступает ежегодно 20 миллионов тонн промышленных отходов, а озеро Эри вообще превращено в отстойник сточных вод. Большинство химических соединений, попадающих в гидросферу Земли с промышленными отходами, бытовыми стоками и смывом с сельскохозяйственных угодий, имеют стойкую тенденцию накапливаться в организмах водных растений и животных. Те же инсектициды способны концентрироваться, в 100-500 тысяч раз превышая в живых организмах содержание их в воде. На озере Клир-Лейк в Калифорнии при обработке берегов инсектицидом в самых незначительных дозах некоторое время спустя обнаружили, что планктон накопил уже его в 400 раз больше первоначальной концентрации, рыбы, питающиеся планктоном, - еще больше, хищные рыбы - больше уже в 16 000-180 000 раз, а гагары, питающиеся этой рыбой, почти все погибли. Их численность упала с 1000 пар до 36 бесплодных особей. Не менее значительно и то, что большинство этих соединений угнетают процесс фотосинтеза водорослей, а значит, гибель угрожает и растениям и животным гидросферы и за счет отсутствия пищи, и из-за того, что кислород водной среды исчезает, не восполняется водорослями. Причем концентрация вредных веществ может быть ничтожно мала. Присутствие только одного грамма хлорорганических инсектицидов в миллионе граммов (тонне) воды уничтожает до 95 процентов содержащегося в этой воде планктона всего за каких-нибудь 4 часа!

Уменьшение биомассы планктона и, как следствие этого, животного мира гидросферы, приводит к сокращению популяций и наземных животных. Тех, что питаются водной растительностью и живностью, - водоплавающих птиц, выдры, норки и т. д. И в конечном счете, все это неблагоприятно сказывается на самом человеке.

Питаясь загрязненным воздухом, загрязненными водами и загрязненной почвой, наземные растения, в том числе и культурные злаки, овоши, фрукты, аккумулируют в себе эти вредные химические соединения. Питаясь этими растениями, животные, в том числе домашний скот, накапливают еще большую концентрацию этих вредных веществ в тканях своих организмов. Иногда это приводит к гибели: те же хлорорганические инсектициды отрицательно влияют на нервную и эндокринную систему позвоночных животных (помните пример с гагарами?). В том числе и у человека, который не может не питаться хлебом, овощами, фруктами и мясом. В 1961 году в теле каждого жителя США в среднем обнаружилось 925 миллиграммов хлорорганических веществ, во Франции - 370 мг. Причем год от года это количество все более и более нарастает. А период существования этих веществ, без потери ими высокотоксичных свойств, от 33 до 240 лет. Не менее вредны и другие химические соединения, способные накапливаться и все больше концентрироваться в организме растений - животных - человека. В том числе большая из них часть канцерогенна, вызывает у людей раковые заболевания. Другие - мутагенны: проникая сквозь барьер плаценты в зародыш плода животных и человека, они вызывают необратимые мутационные изменения наследственных признаков, нарушая стройную и строгую взаимосвязь всех систем организма, начиная от ДНК-РНК и заканчивая нервной системой и мозгом.

Никто не проверяет в домашней лаборатории добытую им самим или купленную на рынке речную и морскую живность - рыбу, креветок, мидий, устриц - на присутствие в них вредных химических веществ. Да и дичь - уток и гусей не подвергают химическому анализу. Так что вполне возможно, гибель для подавляющего большинства людей грозит именно отсюда. И уже без сомнения - от грозящего голода. Сокращение мировой добычи «даров рек и морей» и вполне возможное почти полное их исчезновение в гидросфере Земли уничтожает один из главнейших источников продуктов питания всего человечества. А в нынешнем мире и так, по данным ЮНЕСКО, умирает от голода и недоедания свыше 400 тысяч человек каждый год.

Это не пустое пророчество, а трезвый расчет, ибо очистку вод от загрязнений сегодня считают слишком дорогим удовольствием. И в самом деле - дорого. Очистка от загрязнений, да и то не полная, только вод реки Делавэр в США обходится ежегодно в 500 миллионов долларов, к концу 80-х годов достигнет миллиарда, а, если и дальше будет продолжаться загрязнение ее воды, к 2000 году придется расходовать свыше 2 миллиардов долларов каждый год! Помножьте это на количество загрязненных рек и озер всего мира и подсчитайте: хватит ли бюджетов всех стран на эти расходы? Да тут придется все национальные доходы отдавать на очистку рек.

Не стоит думать, что все это происходит только «там», «у них» «на Западе», как до поры до времени вольно или невольно уверяла нас печать. Рейн и Делавэр текут по нашей земле, только называются они по-другому: Волга, Кубань, Днестр, Клязьма, Дон и т. д.

«Все воды (водные объекты) подлежат охране от загрязнения, засорения и истощения, которые могут причинить вред здоровью населения, а также повлечь уменьшение рыбных запасов, ухудшение условий водоснабжения и другие неблагоприятные явления вследствие изменения физических, химических, биологических свойств вод, снижения их способности к естественному очищению, нарушения гидрологического и гидрогеологического режима вод...» (Основы водного законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 37).

В своих истоках речка Клязьма, пожалуй, почище Рейна. Но вот десяток-другой километров ниже от кристально чистых истоков река несет уже не воду, а какое-то черное месиво с ежесекундно подымающимися из глубин пузырями дурно пахнущих газов. И все это в конечном счете попадает, особенно во время паводков, в Оку, а потом в Волгу. Клязьма не единственный мертвый и омертвляющий приток Оки. Протва и Пра, а в особенности Москва-река, ниже столицы, несут тысячи и тысячи тонн загрязненных всевозможными отходами человеческой деятельности вод. Да и в саму Оку сливается громадное количество отбросов различных производств, расположенных в городах и поселках по берегам реки, которая выносит эту суспензию в Волгу. У Волги в свою очередь тоже немало притоков, и почти все они в той или иной мере несут отравляющие воду вещества. Несут постоянно изо дня в день, из месяца в месяц, из десятилетия в десятилетие. И монотонное это течение разнообразится разве лишь только резким повышением концентрации отравляющих веществ из-за залповых сбросов, которые, несмотря на все строжайшие запреты, продолжаются и до сих пор и будут еще продолжаться в необозримом будущем.

В январе 1988 года Череповецкий металлургический комбинат произвел залповый сброс неочищенных стоков коксохимического производства в речку Серовку, приток Шексны. По Шексне эти отравляющие вещества попали в Рыбинское водохранилище и Волгу. Было отравлено 95 тысяч гектаров вод Рыбинского водохранилища, в том числе 500 гектаров заповедных нерестилищ. Госарбитраж при Совете Министров РСФСР взыскал с комбината за этот сброс и отравление водоемов около 20 миллионов рублей. Однако из фонда социально-культурного назначения в этот штраф было взыскано всего только 40 тысяч рублей - сумма мизерная для гиганта металлургии. Да еще несколько руководителей предприятия внесли 100-рублевые штрафы из своего кармана. Результат не замедлил сказаться: в апреле того же года на том же самом комбинате был снова произведен залповый сброс 30 тонн мазута. И это вдобавок к тем отходам нефтепродуктов, сульфатам, органическим и метал-лосодержащим отравляющим веществам, которые сбрасывают череповецкие металлурги в Серовку и Шексну постоянно, привычно, ежедневно, ежечасно.

И если бы это было на одном только Череповецком комбинате! Как говорится, «от Москвы до самых до окраин, с Южных гор до Северных морей» - буквально повсюду идет загрязнение рек и озер промышленными стоками. Даже наиболее благополучные в этом отношении предприятия, сбрасывающие свои отработанные воды с содержанием вредных примесей в разрешенных так называемых «предельно допустимых концентрациях» (ПДК), отравляют водоемы. Во-первых потому, что десяток расположенных в