Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Что вы знаете о методе "провоцированных ситуаций"? Цикл передач "Секретное зеркало". Операции под кодовыми именами "Меченые атомы", "Зеленые глаза", "Испорченный транзистор"

- В журналистике, я читал, есть еще и так называемый метод "провоцированных ситуаций". Часто ли он применяется?

- Действительно, есть такой метод. Но советские журналисты прибегают к нему редко и с большой осторожностью. Так, чтобы пи в коем случае не задеть "провокацией" человеческое достоинство. Западные репортеры используют этот прием охотно и часто.

Американские социологи У. Гуд и П. Хатт советуют прибегать в интервью к заведомо провокационным вопросам. Например: "Когда вы перестали бить свою жену?" Авторы рекомендаций считают, что в этом случае либо собеседник "расколется" и будет рассказывать, как он несчастлив в семейной жизни, умоляя понять его, либо возмущенно отвергнет напраслину. В любом случае "лед" стереотипных ответов будет сломан: социологи и журналисты проникнут за ограду отчужденности.

Имеются в зарубежных журналистских пособиях и более развернутые рекомендации по "провоцированию" обстоятельств. Например, вы договариваетесь с персоналом кафе (за плату, разумеется) о безобидном эксперименте. Входит случайный посетитель. Вы подсаживаетесь к его столику, внимательно вглядываясь в принесенное блюдо.

- Что это у вас в тарелке? - невинно спрашиваете соседа.

- Жареное мясо.

- Я вижу, оно прошлогоднее, как и у меня, впрочем.

- Верно, официант, что вы нам подали? - И т. н. Можно разыгрывать множество вариантов. Как правило, они удаются даже новичкам.

Для чего все это? Для того, чтобы вызвать неподдельные эмоции собеседника. Их можно запечатлеть скрытой кинокамерой, записать на портативный магнитофон и "продать" для комического шоу. Этот метод блестяще высмеял Ч. Чаплин в кинофильме "Король в Нью-Йорке". Званый обед оказался для отставного короля публичным розыгрышем. Скрытая телекамера показывала огромной аудитории его интимную декламацию для узкого круга "друзей". Несовпадение двух ситуаций, провоцируемой и реальной, почти всегда дает неотразимый комический эффект.

В западной журналистике есть признанные "короли" подобных приемов. Например, итальянец Н. Лой спровоцировал более трехсот инцидентов для цикла телевизионных передач "Секретное зеркало". Среди не подозревавших подвоха прохожих он изображал "безработного", "кондуктора автобуса", "обманутого мужа". Публика воспринимала розыгрыш как реальное происшествие; кино- и телекамеры тщательно запечатлевали происходившее. Количество включенных телевизоров резко подскакивало вверх, а вместе с ними и профессиональный престиж интервьюера-мистификатора.

Но есть вариант организованных журналистами событий, который не наносит морального ущерба его участникам. Это "неожиданные встречи", Их нередко применяет и наше телевидение. По свидетельству профессора МГУ А. Юровского, одна из первых неожиданных встреч на советском телеэкране произошла 11 ноября 1939 года. В студию на Шаболовке пригласили участника гражданской войны, бывшего командира кавалерийской дивизии О. Городовикова. И здесь совершенно неожиданно для себя комдив увидел друга-ординарца, с которым не встречался двадцать лет. Встреча эта сравнительно узкому кругу телезрителей той поры запомнилась надолго. Впечатляла подлинность чувств: радости встречи, изумления, восторга, гордости друг за друга.

Советские тележурналисты нередко организуют подобные встречи. Им предшествует длительная кропотливая работа: поиск нужных людей, организация их свидания. Такое "провоцирование" события никому не приносит вреда - только радость и новое узнавание: для людей, которые встречаются, для тех, кто следит за экраном.

Цикл передач с "провоцированием ситуаций" создало Эстонское телевидение. Вот одна из них.

Человек с экрана сообщает, что сейчас за углом произойдет преступление. И оно происходит: два тележурналиста в рабочих комбинезонах подъезжают на грузовике к строительной площадке и на глазах у отдыхающих строителей грузят кирпич в машину. Проходит минута, другая. Погрузка продолжается. Телезрители видят происходящее благодаря камерам, замаскированным недалеко от площадки. Наконец к "преступникам" подходят двое рабочих: "Куда кирпич грузите?" - "Начальство приказало!" - отвечает один из телерепортеров. Погрузка продолжается. Забрав все наличные кирпичи, "преступники" отъезжают. Тотчас незамаскированный телерепортер подходит к рабочим и расспрашивает о происшедшем. Оказывается, один из строителей запомнил номер грузовика. Проверка коллектива на внимание к социалистической собственности дала результат. Этот телерепортаж заставил задуматься, внимательнее посмотреть вокруг не только строителей.

С большим успехом применил этот метод отдел социально-бытовых проблем "Литературной газеты". Его сотрудники с законной гордостью рассказывают об эффекте операций под названием: "Меченые атомы", "Зеленые глаза", "Испорченный транзистор". Места действий их различны, а цели похожи: докопаться до слабых мест в системе бытового обслуживания, выяснить их причины. Организатор акции "Меченые атомы" журналист А. Рубинов в один из ничем не выдающихся дней опустил в несколько десятков почтовых ящиков Москвы двести писем. Половину из них А. Рубинов адресовал самому себе, остальные отправил десяти корреспондентам "Литературной газеты" в разные концы страны. Письма, опущенные одновременно, и стали "мечеными атомами". Одни из них вернулись к отправителю через сутки, другие - в пределах Москвы! - через неделю. Работа почтовых отделений предстала перед журналистом как на рентгеновском снимке. Его критическую публикацию было невозможно опровергнуть.

Операция "Зеленые глаза" исследовала работу таксомоторной службы в столице.

На вопрос, как работают теле- и радиоателье, попытались ответить с помощью операции под названием "Испорченный транзистор". А. Рубинов в сопровождении коллеги (свидетель!) в нескольких мастерских пытался "отремонтировать" "испорченный" транзистор со специально вынутой второстепенной деталью. Лишь в одной из них "диагноз" установили быстро и точно, взяли нормальную плату за микрополомку. В остальных, что называется, морочили голову. Почему? Что мешает добросовестной работе службы быта? Свои размышления журналист вынес на суд читателей. Они вызвали большое число заинтересованных откликов.

И все же такие приемы требуют весьма тщательной подготовки и точной "дозировки". Иначе возникают недопустимые "розыгрыши". Об одном таком случае рассказала "Литературная газета".

На советском туристском теплоходе произошло несчастье: в результате неосторожного обращения с кипятильником получил ожоги мальчик двенадцати лет. Капитан теплохода обратился по радио к команде с просьбой срочно дать свою кожу для пересадки. В судовую амбулаторию один за другим стали вбегать члены экипажа - матросы, боцман, девушки-повара... Скоро коридор амбулатории оказался переполненным, за дверьми собралось еще много людей, готовых отдать свою кожу пострадавшему ребенку.

- Так много не понадобится нам, товарищи, - обращается к добровольцам капитан, пристально глядя на собравшихся. - Поэтому вы уж простите... Я хочу вас также предупредить, что это будет очень болезненно, это очень больно, останутся шрамы на теле... Ну, пять-шесть человек, больше не нужно... Кто боится? Кто передумал?..

Из амбулатории, хотя у каждого есть такое право, никто не уходит.

- Что касается кожи, то мы ее здесь снять не сможем, то есть отделить... Для этого нужны специальные врачи, - еще раз испытывает капитан решимость собравшихся. - Все будет сделано в Батуми. "Скорая помощь" приедет за теми, кого мы отберем... Кто передумал?

По-прежиему никто не уходит. Напротив, в коридор амбулатории протискиваются новые люди.

Капитан (правда, отчего-то голос у него при всем при том довольно спокойный) предлагает остаться тем, кто прибежал первым. В числе первых оказался и старый боцман. Он тоже не хочет уходить.

- Пусть ему мой кусочек на память останется, - упрямится он.

- Куда ж ты лезешь? - по-свойски, как другу, говорит ему капитан. - У тебя же трое детей... (Как ни странно, лицо капитана в эту минуту скорее выражает радость, чем тревогу.) Куда ж ты лезешь? - в который раз спрашивает он боцмана, а тот все равно не уходит.

Ну а теперь пора сказать, что никакого несчастья на теплоходе на самом деле не случилось. Кинооператоры Киевской студии научно-популярных фильмов совместно с социальными психологами и руководством теплохода создавали фильм о способности советских людей отозваться на чужую беду и помочь пострадавшему. Для съемки был "спровоцирован" драматический момент.

Конечно, он дал "первоклассный" по точности и выразительности материал кинооператорам и социальным психологам, но этическая правомерность такого эксперимента очень сомнительна.

Довольно руководство корабля: проверка доказала высокий моральный дух плавсостава. Но не слишком ли высока нравственная цена за богатые информативные результаты? Не осталась ли в душах людей горечь от того, что их искренний порыв обернулся пустышкой?

Серьезные и ответственные вопросы. Их необходимо учитывать журналистам, когда - пусть с самыми благородными установками - они готовятся к "скрытым" способам сбора материала. Например, к съемке скрытой камерой.

Опытный тележурналист М. Голдовская рассказывает: "Во время работы над фильмом "Юрий Завадский" нам удалось снять выразительный, яркий эпизод, добавляющий ценные краски к образу Юрия Александровича: после репетиции он гневно и резко отчитывал молодого актера, который недостаточно серьезно отнесся к роли. Актер по-настоящему переживал случившееся, выглядел жалким, пристыженным. Было очень заманчиво показать эту сцену. Мы долго сомневались, вставляли ее в картину и снова вынимали. Наконец сократили так, что в фонограмме не осталось фамилии и имени провинившегося артиста. Конечно, эпизод от этого проиграл, но иначе поступить мы не могли".

Утрируя, можно сказать, что приходится жертвовать профессиональной "выгодой" ради пользы нравственной - менее зримой, но более существенной, ради уважения к человеческому достоинству.

Так же твердо, как в медицине, действует в нашей журналистике профессиональная этическая заповедь "не навреди!". Лучше поступиться и затраченным временем, и авторским честолюбием, и даже служебным выговором, грозящим за неоперативность, чем вынести на публичное обозрение какие-то моменты, которые могут духовно травмировать человека.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'