Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск




Аренда крытых беседок. Отдых на природе аренда victory-park.ru.



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Кто и зачем пишет в газеты письма? Командировка по письму читателя - исток лучших журналистских публикаций. Судьба письма на газетной полосе. Письма о житейских конфликтах - как разрешает их журналист и редакция? Рубрика "Литературной газеты" "Если бы директором был я..."

- Просматривая газеты, невольно обращаешь внимание на сообщения такого рода: "За месяц получено столько-то читательских писем". И цифры просто астрономические. Ясно, что опубликовать такую махину никаких резервов не хватит. Как с ними поступают?

- Да, полмиллиона писем в год в "Правду", "Известия", "Комсомолку" - цифра внушительная. Но она не пугает, а радует журналистов.

 Письма пишут разные:  
 Слезные, болезные,
 Иногда прекрасные,
 Чаще - бесполезные.

Известная строфа К. Симонова - лирическое отношение поэта к частной переписке. Для редакции бесполезных писем, как правило, не бывает. Любое может натолкнуть на тему, вызвать на разговор, побудить к спору или просто заставить задуматься. А есть и такие, которые звучат как сигнал бедствия, взывают о помощи. Писательницей Ф. Вигдоровой создан сборник из произведений, рожденных письмами-зовом. Очерки в нем написаны на сюжеты, которые неистощимо изобретает жизнь.

"Дорогая редакция, уважаемые товарищи, пожалуйста, помогите. Я прошу: не отвечайте по почте, позвоните, вызовите меня, сделайте это скорее... Мой ученик попал под суд и приговорен к пяти годам заключения. Я прошу вас: выслушайте меня. Я приду и все расскажу вам. Скорее!"

Этим письмом открывается первый очерк сборника.

Журналист никогда не пройдет мимо такого человеческого документа. Вмешаться немедленно в конфликт, предотвратить возможную трагедию - профессиональная заповедь.

Не только срочная медицинская помощь спасает людей от катастроф. Порой столь же срочно необходима помощь душевная: внимание, участие, просто доброе слово. Иногда лишь за ним, добрым словом, советом, и обращаются в газету. И нередко, высказав все, что наболело, заверяют редакцию: "Ответ мне не нужен".

Именно этими словами заканчивается читательская исповедь, помещенная "Литературной газетой" в рубрике "Письма о нравственности". "Я ничего от вас не хочу. Мне просто надо было кому-то рассказать, как все было, с чего началось и чем закончилось. Спасибо, что написанное мною кто-то прочитал. В моей душе будет немного спокойнее, что обо мне кто-то знает".

Читаешь такие строки и думаешь, как точен был А. Герцен, одинаково внимательно относившийся к переписке и с друзьями и с недругами, ибо и в той и в другой, как он говорил, "запеклась кровь событий" - воплотились истинные движения души.

Кто и зачем пишет в газеты письма?
Кто и зачем пишет в газеты письма?

Лучшие наши редакции бережно работают с каждым без исключения письмом. А приходит их немало. Зависимость такова: чем тщательней, внимательней редакция работает с письмами, тем ярче и действенней ее материалы, тем больше приток новых, писем - откликов, благодарностей, просьб о помощи, заявок на публикации.

Бывают вовсе экзотические досылки - мячи для тенниса, например, набор слесарных инструментов. Что это, зачем, откуда взялось? Обычно объясняется все просто: читатель откликнулся делом на упоминавшиеся в газете недостатки. В спортсекции недостает теннисных мячей - вот посылаю. В школе не оборудован кабинет труда - примите мою помощь.

И в каждой редакции - от центральной до многотиражной - есть отдел писем, есть час письма. Возможно, "отдел" и громко сказано. В многотиражке бывает всего-то одна штатная должность. Но и в этом случае за письма - их учет, хранение, обработку - строжайшая ответственность.

"Час письма" в "Комсомольской правде" - многолетняя традиция. Редколлегия обсуждает читательские сообщения. Среди них и самые сложные ПО постановке вопросов, и самые спорные по предложенным мерам, и самые срочные по наболевшим конфликтам...

Думает редактор, обмениваются репликами заведующие отделами:. "Это может пойти в следующий номер", "Эти дадим под рубрику "Письма спорят", "Это используем в передовой"...

"Час письма" - так называется и постоянная полоса в "Комсомольской правде". В "Правде" отведены той же цели страницы с аншлагами: "Письма", "Переписка с читателями", "Отклики", в "Известиях" подобная тематическая страница выходит под заголовком "Письма читателей".

В "Известия" пришло письмо от водителей автобусов из Харькова. Авторы писали: "Наверное, всем хорошо известно, сколь тяжела наша работа, какого требует напряжения. Чтобы отработать смену, водителю нужен полноценный отдых. В последнее время в нашем молодежном общежитии значительно улучшились бытовые условия. Работает буфет, есть гладильные комнаты, библиотека пополнилась новыми книгами, появилась комната для занятий. На окнах теперь шторы, на полу дорожки, на столах графины. Казалось бы, живи и радуйся. Но все же общежитие не стало для нас родным домом. Причина? Комендант Белякова. Не хочется после работы идти к себе, чтобы с ней не встречаться. Груба, заносчива, может запросто обидеть человека, обозвать. Диктует свою волю, требует выполнения нелепых распоряжений..."

Нередкая житейская история. Редакция, получив такое письмо, может послать его для проверки и принятия мер в местные руководящие органы. А может силами своих журналистов изучить конфликт, определить разумную позицию, дать варианты решения. Как правило, житейские конфликты расследовать особенно тяжело. "Сколько людей, - говорят, - столько характеров". Не сложиться добрые отношения могут и без чьей-либо явной вины - просто из-за несходства характеров. Ученые подсчитали, что психологическая совместимость требует сочетания почти по пятидесяти признакам. Не потому ли истинные содружества - редкость. А сучки и задоринки довольно частое явление. Так нет ли раздраженного преувеличения в письме харьковчан?

Такие сомнения - неизбежный этап работы с письмом. Бываем они оправдываются. Но об этом позднее.

Корреспондент "Известий" Г. Комраков по следам письма направился в Харьков. И размышлял в пути о грозной комендантше. И представлялась она "фигурой редкостных габаритов", этаким фельдфебелем в юбке - громогласным и несокрушимым. "А встретила меня, - продолжает журналист, - женщина хрупкая, миловидная, молодая, с удивленными глазами: "Из Москвы? Вот мороки задали!" И уже через десять минут я знал, что комендантом Ольга Ивановна работает недавно, а раньше служила бухгалтером. Что именно при ней в общежитии появились гладильные комнаты, буфет, комната для занятий, шторы на окнах, графины на столах.

- А до вас ничего не было?

- До меня общежитие называли бараком. Спросите кого угодно, подтвердят.

Спрашивал. Подтвердили".

Значит, старается человек, за дело болеет, кругом одобрения заслуживает? Нет, не кругом. Журналист увидел: старается, но не всегда так, как подобает, - жалобы водителей законны. Публикация Г. Комракова "Комендантский час" вызвала поток писем из общежитий со сходными условиями. Газета затронула очень важные вопросы повседневного быта.

Заметной вехой в истории работы с письмами стала рубрика "Литературной газеты" "Если бы директором был я...". Открытая весной 1974 года, она действует вот уже более десяти лет и каждый раз поднимает насущные проблемы. Она постоянно побуждает читателей к поиску, к проявлению гражданственной активности. Причем не завтра, не когда-нибудь, а сейчас, немедленно. Оглянись вокруг, как бы приглашает газета, посмотри, что и как можно улучшить, и напиши нам. Потом "Патентное бюро" на страницах "Литературки" публикует краткие деловые предложения:

"ЕСЛИ БЫ ДИРЕКТОРОМ БЫЛ Я, то создал бы дубль-Эрмитажи, дубль-Третьяковки - из копий, одних только копий, которые отличаются от оригинала только в глазах большого специалиста.

И послал бы свои "дубли" на постоянное жительство в новые города, которые когда еще обзаведутся своими оригинальными музеями. А в переполненных Эрмитаже и Третьяковке, может быть, стало бы чуточку свободнее".

"ЕСЛИ БЫ ДИРЕКТОРОМ БЫЛ Я, то сократил бы на вокзалах, в аэропортах число носильщиков, а увеличил бы число тележек. Тележки выдавал бы бесплатно, как в хороших универсамах, где введено самообслуживание".

Через некоторое время к "Патентному бюро" прибавились рубрики "Продолжение темы" и "По следам директорских идей".

Затянувшуюся историю одной "директорской" идеи легко проследить по заголовкам.

"Ночной автобус?" - робко спросила первой ленинградка М. Росина в номере "ЛГ" от 17 апреля 1974 года и убедительно обосновала свое предложение о введении ночного транспорта.

"Ночной автобус. Нужен ли он?" - спрашивал заголовок обзора писем, посвященного предложению ленинградской читательницы. Там приводились аргументы пассажиров, которые дружно, безоговорочно выступили за ночной автобус, и аргументы некоторых руководителей предприятий пассажирского транспорта, которые были уверены, что пассажирам ночной автобус не нужен.

"Ночной автобус, вероятно, будет..." - сообщалось в заголовке нового обзора почты.

Потом пришло несколько ликующих писем: только что ночной автобус пущен во Львове! Затем - в Киеве, затем - во Владивостоке. Автору этого "директорского" предложения редакция присудила шутливый (но одновременно и серьезный!) "Диплом директора" № 1 вместе с премией - квитанцией на годовую подписку "Литературной газеты".

В течение многих лет свои идеи и предложения прислали в редакцию более 100 тысяч читателей. И среди них буквально единицы продиктованы узкими частными интересами. Основная масса писем вызвана заботой об общем деле, об интересах родного предприятия, страны в целом. Были, как водится, и комичные факты. Один автор из Запорожья считает, что изучение иностранных языков надо формировать следующим образом: "...в классах с 1-го по 3-й надо изучать английский, с 4-го по 6-й - немецкий, с 7-го по 9-й - французский, в 10-м - эсперанто".

Другой, из Тулы, предлагает начать обучение раньше: в яслях и детском саду давать уроки шахмат, шашек, тенниса, катания на коньках и волейбола, знакомить с русскими и зарубежными поэтами-классиками.

Редакция комментирует: "А не уплотнить ли, - подумали мы, - программу яслей - заканчивать еще там изучение немецкого, английского, французского, в старшей группе - эсперанто? А с русской и зарубежной классикой покончить на следующей ступени - уже в младшей группе детского сада. Очень тогда легко будет учить в средней школе! Не будет проблемы перегрузки школьников, над которой столько сейчас бьются. Останутся непройденными лишь игры в песочнице и пускание мыльных пузырей. Этим можно будет заняться с первого по десятый класс".

В данном случае заблуждение читателей бесспорно. Не называя их фамилий, дать им это понять - значит помочь скорректировать неправильные взгляды.

Ну а если заблуждение, высказанное в письме, не частность, не курьез, а глубоко и принципиально? Здесь вряд ли помогут обстоятельный ответ или юмористическая реплика. Здесь поможет широкая дискуссия, в которой выскажутся десятки, иногда и сотни людей. Перед лавиной убедительных доказательств неверные позиции, как правило, дают трещину. Хоть те, кто их отстаивает, и не торопятся в этом признаться.

Широкий резонанс, бурный обмен мнениями вызвало письмо в "Комсомолку" "Моя хата с... кафелем". Под таким заголовком редакция опубликовала письмо, которое прозвучало буквально гимном накопительству смолоду. В нем говорилось: "...За пять лет мы не имели ни выходных, ни праздников, ни малейшего свободного времени. И вот на месте старенького деревенского домика возник двухэтажный особняк с отоплением, газом, ванной, классически выложенной кафелем кухней - неосуществимой мечтой большинства хозяек, и пр. и пр. И этот полированный, роскошный рай мы создали сами.

Нам по 24 года. У нас есть все, чего другие достигают лишь на склоне лет. Наш бюджет составляет около 300 рублей в месяц. Еще у нас есть сад (45 соток), где и яблочки, и клубничка, и огурчики с помидорчиками произрастают. Еще не забывайте, что мы строители: можем и подзарабатывать. Проще: калымить...

Вот так мы и живем - "оголтелые частные собственники". И заметьте, очень довольны жизнью, имеем: всегда хорошее настроение и железное здоровье". Подпись: "Андрей и Лариса К." Обратного адреса не значится.

Есть мнение газетчиков, что такие вот письма, фактически анонимные, нужно без проволочек сдавать в архив. Правильнее, однако, другое: разобраться по существу конфликта. Редакция "Комсомольской правды" увидела в этом письме своеобразную декларацию, отразившую острые проблемы текущей жизни. Она увидела в этом письме как бы оселок, на котором можно отточить различные позиции и взгляды молодых читателей. "Затравку дискуссии дало послесловие к письму, предлагавшее как бы полярные варианты отношения: "...Представим себе такой возможный диалог:

- Это письмо пугает. Шесть лет - лучшие годы! - истрачены на что? Лишь на себя.

- Это письмо радует: ни дня безделья! Без разделения на "себя" и "общество"..."

В столкновении различных мнений прочерчивается русло дискуссии: "На этот счет высказаны крайние точки зрения. Утверждают, что в таких случаях истина лежит посредине. Думается, в данном случае лежит проблема. Это - ценности, жизни.

Ценности истинные и мнимые.

Ценности современные и устаревшие.

Ценности, которые можно оценить, и ничем не

оценимые ценности.

Ценности, наконец, мои и наши.

Проблему давайте обсуждать сообща".

Замысел оказался точен: ближайшие две недели после публикации принесли почти полторы тысячи откликов. Письма спорили, иронизировали, сомневались, возмущались. Авторы - уже потому, что взялись за перо - думали, действовали, переживали, боролись. Через три с половиной месяца - свой взгляд на ценности истинные и мнимые по письму "Моя хата с... кафелем" изложило 4045 читателей. Предварительный итог дискуссии подвела тематическая полоса под заголовком "Труд: мотивы, цель, результат". Центральным в полосе стоял материал старшего лейтенанта из Таллина В. Тыцких "Формула счастья". Он завершался словами: "Я воспринимаю таких, как Андрей и Лариса, как глубоко несчастных людей (хотя они и не подозревают об этом). Они сами отказались (хорошо, если на время, а не навсегда) от настоящей жизни, которая дает неизмеримо больше человеку, чем любое мыслимое материальное богатство. Такие люди не вызывают желания помочь им, ибо беда их - порождение их собственных "принципов". В конце концов выбор пути к счастью, определение его формулы - дело в значительной степени личное. Тут, если не просят, вмешиваться трудно.

Но и не вмешиваться - нельзя". Журналистская строка к этому и призвана - вмешиваться и помогать.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2015
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'