Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

ВВЕДЕНИЕ

Во второй половине дня 29 апреля 1976 г. британское правительство объявило о том, что выполнение двухлетней программы исследований по волновой энергетике стоило свыше миллиона фунтов стерлингов. Заявление было сделано заместителем министра энергетики м-ром Алексом Иди, и на пресс-конференции официальные лица приложили все старания, чтобы принизить значимость проекта и игнорировать наши намеки на недостаточное финансирование проекта. Все же через год, 5 апреля 1977 г., сумма была несколько увеличена и составила 2,5 миллиона фунтов. Сообщил об этом снова м-р Иди. Третья „капля в море”, как выразился один комментатор, составила 2,9 миллиона фунтов и поступила из фонда альтернативных источников энергии; в это время уже сам м-р Энтони Ведгвуд Бенн сделал заявление в палате общин. Отстаивая ассигнования, он сказал, что „ускорение прогресса сдерживается не уровнем финансирования, а состоянием используемой техники”. Что касается исследований в области волновой энергетики, то правительство к этому времени ничего не сделало для пропаганды таких усилий. Существовала сильная тенденция принизить значение направления, которое предлагало, если воспользоваться словами первого отчета, „изменчивое и отчасти непредсказуемое снабжение электричеством”. Правительственные чиновники знают, как вылить ушат холодной воды на новую идею, особенно если она бросает вызов установившемуся порядку.

И все же мы, по-видимому, находимся на пороге развития нового направления, столь же значительного, как использование паровой энергии. Количество энергии в районе, именовавшемся „районом возможного местоположения волновой энергии”, от Гебридских островов к Корнуэллу и устью Бристольского канала и далее к северо-востоку Англии, было оценено как величина, пятикратно превышающая средний годовой запрос Центрального электроэнергетического управления. Эта оценка исходит не от ярого сторонника новых идей, пытающегося запустить руку в государственный карман. Оценка была сделана той самой группой, которая представит свои весьма неуклюжие объяснения в случае, если погаснет свет и остановятся заводы, т. е. группой экспертов того же Центрального управления. Ее авторитетный и всеобъемлющий доклад содержит множество оговорок относительно того, что представленные цифры следует интерпретировать осторожно. Перед нами по-прежнему стоят проблемы, решение которых возможно лишь после того, как большие генераторы будут вынесены в открытое море. Вопросы сводятся к следующему. Как собирать энергию волн? Как ее передавать? Какая часть ее дойдет до потребителя? При изложении фактов я не обойду возникающих трудностей. И надеюсь показать, что трудности эти можно разрешить.

Мы переживаем пленительный период - вот уже четыре года! - в изучении волновой энергетики, когда у каждого заинтересовавшегося предметом, от дилетанта до высококвалифицированного инженера, захватывает дух от практических возможностей проекта. Любой, подумав о них, вздрагивает: что за восхитительная идея! Мы окружены волнами. Море почти беспредельно. Волны вечны. Все, что нам требуется, - это водяное колесо и кабель. К тому же море самое бурное, а следовательно самое продуктивное, - зимой, как раз когда мы более всего нуждаемся в энергии. Мы получим электричество, не загрязняя среду при сжигании угля и нефти, не расщепляя уран, не заботясь о себестоимости „топлива”, не боясь, что запасы его когда-нибудь иссякнут.

Затем наступает отчаяние. Технические затраты будут огромны. Море разрушит все предоставленное его ярости. Содержание и ремонт будут в лучшем случае дорогостоящими, а в худшем - невозможными. Если мы заберем энергию моря, успокоив его поверхность, то берега и гавани будут засоряться. И как быть, если волнение прекратится неожиданно, что случается иногда даже в Северной Атлантике, а на силовые станции поступили запрос и требование принять волны в ближайшие минуты.

И наконец наступает третье, сбалансированное, состояние - узловая линия, по волновой терминологии.

Что касается затрат, то можно сконструировать дешевые устройства модульного типа. В отличие от угольных шахт, приливных плотин и электростанций, дело это не требует крупных денежных вложений. От разрушающей силы моря мы защищаемся, научившись строить порты и платформы для морской добычи нефти. Викторианская эпоха оставила нам такие дамбы и гавани, которые до сих пор противостоят всему, что обрушивает на них море. А содержание установок обойдется определенно дешевле, чем гарантированная постоянная добыча угля в шахтах. Трудности будут, но разве мы не преодолели их на нефтеносных залежах дна Северного моря? Последствия воздействия на среду должны быть, конечно, изучены, но если устройства вынести далеко в море, весьма вероятно, что пройдут века, прежде чем потери волновой энергии оставят какой-либо заметный след.

И наконец сомнения в непрерывности снабжения электроэнергией легко отводятся: никто не предлагает исключить другие способы производства энергии и положиться целиком на волновую энергетику. К тому же можно шире использовать гидроаккумулирующие системы и вырабатывать энергию непрерывно. Устройства следует установить на различных побережьях и очень маловероятно, что волнение будет отсутствовать одновременно на всех морях.

Чем глубже изучается перспектива, тем отчетливее выступают трудности, существующие решения и вероятность того, что мы первыми в мире окажемся в состоянии получать энергию моря в большом количестве, если решимся финансировать проект. Это во всяком случае поможет существенно ослабить темпы использования ископаемого топлива для производства электричества и покончить с нелепым истреблением нефти, угля и газа. Это уменьшит нашу зависимость от ядерной энергии. Это обеспечит нам технологический экспорт и патенты, которые будут стремиться приобрести другие страны.

И в конечном счете проект предлагает уверенную перспективу непрерывного поддержания общества, базирующегося на индустрии, без опасения, что в один прекрасный день - и, возможно, при нашей жизни - ископаемое топливо либо будет исчерпано, либо, если посчастливится, станет редким и дорогостоящим.

В такой ситуации возникает большой шум среди людей, связанных с „морским ветром”. Возникает конкуренция в производстве техники, наиболее отвечающей задаче. Рождаются слухи о некомпетентности кого-то там, предложившего альтернативное решение. Возникают столкновения групп с различными интересами - таких, например, которые хотят разместить технику у берегов или вблизи индустриальных центров; таких, которые презрительно относятся к проектам стационарных установок на дне моря, и таких, которые высмеивают сложность механических устройств на плаву. В тени этой борьбы мнений находится министр энергетики м-р Ведгвуд Бенн, хранящий необычное молчание. Его осторожность, по-видимому, находит поддержку у помощников и научных консультантов, которые, надо думать, испытывают замешательство от того, что могут оказаться теми, кто, представляя на рассмотрение бумагу, говорит: мы можем достичь изобилия. Я сочувствую им. Нелегко давать рекомендации, будучи официальным лицом.

Сам м-р Бенн, как шепчутся в Уайтхолле, имеет свою собственную причину ходить на цыпочках. Его преследует слово „Конкорд”. Он помнит, как дополнительные затраты и открытые угрозы Франции, необходимость увеличения занятости в Бристоле и ажиотаж в связи с дешевым престижем сделали отступление невозможным, даже когда финансовая катастрофа была на носу. Волновая энергетика с этой точки зрения может оказаться делом похуже. В Британии все любят море. Нация островитян - мы выросли в сознании, что море защитило нас от вторжения и обеспечило пищей. Морские традиции у нас сильны. Любой, кто хоть раз стоял на берегу, видел, как ревущие волны бесполезно растрачивают сверкающую энергию. Лишь только идея о волновой энергетике войдет в общественное сознание, она уже не выйдет из пего. А это будет означать, что для развертывания следующего этапа работ м-ру Бенну придется выписать чек, как мне представляется, на один миллиард фунтов. Это все еще будет несравненно меньше стоимости электростанций - обычных и атомных, плотин на Северне и угольных шахт.

У м-ра Бенна есть еще одна сильная побудительная причина, чтобы действовать, как утверждает сэр Коккерель, изобретатель Ховеркрафта.* (Ховеркрафт - судно на воздушной подушке. В 1951 г. Коккерель первым в мире построил экспериментальный катер на воздушной подушке по сопловой схеме с помощью кольцевого двухконтурного сопла. Впоследствии суда по такой схеме нашли широкое применение в многих странах. - Прим. ред.). Он высказал мысль, что если решение долго не принимать, то верфи и нефтяные буровые вышки, находящиеся в запущенном состоянии, будут совсем потеряны вместе с оборудованием, так как именно они больше всего нуждаются в генераторах волновой энергии.

Я хотел бы добавить к этому еще соображение, которое найдет отклик у м-ра Бенна. В начинающемся кризисе проект может сыграть такую же роль, как ТК** (ТК (Теннесси-корпорация) - федеральная корпорация, основанная в 1933 г. для производства дешевой электроэнергии, ирригации, контроля за режимом рек и т. д. в бассейне реки Теннесси, - Прим. пер.) в Соединенных Штатах.

Одним из героев м-ра Бенна всегда был президент Франклин Делано Рузвельт, к числу первоначальных достижений которого относятся мероприятия по выходу из депрессии 30-х годов. Он создал Теннесси-корпорацию. Это было время, когда, как и сегодня, финансирование неуклонно уменьшалось, а цены на мировых рынках подскочили. Американский юг находился в застое. Земля была истощена: поселенцы, осваивая страну, не думали о будущем. Деревья были уничтожены, что привело к затоплению территорий.

Корпорация построила дамбы, создала озера. Были восстановлены почвы, разбиты национальные парки, посажены деревья, чтобы осушить землю. И наряду со всем этим были выстроены гидроэлектростанции, давшие дешевую электрическую энергию. Аналогия полная.

Мероприятия начались в 1933 г. и к 1948 г. обошлись в 800 миллионов долларов - деталь для сравнения с сегодняшними ценами и сегодняшним бюджетом расходов правительства Соединенных Штатов. Нет никого, кто бы пожалел или хотя бы вспомнил о затратах. Это были, как говорят американцы, всего лишь деньги. Но это означало, что три миллиона человек выбились из нищеты; возросшая волна покупательной способности вынесла США из депрессии и, что еще важнее, из ужасного состояния потери уверенности в своих силах, которое могло низвести страну до уровня второстепенной державы. Другим примером являются Португалия и Голландия, каждая из которых была когда-то богатой и непоколебимой, а также Англия, упадок которой в течение последних 30 лет приобрел устойчивый характер.

Сегодняшняя картина промышленности дает очень мало оснований, способных убедить кого-нибудь в том, что наша судьба изменится. Все считают, что безработица сохранится приблизительно на прежнем уровне или даже возрастет. Кораблестроение - один из столпов процветания страны в прошлом - рушится. Верфи неисправны, либо влачат существование на правительственные субсидии, временно облегчающие поставку кораблей в другие страны. В числе районов с большей незанятостью находятся Клайд, Северо-Запад и Белфаст, где раньше строили океанские лайнеры. Высокий технический уровень и оборудование там еще сохранились. Там есть именно та техника, которая необходима при создании сооружений размером с гигантский нефтеналивной танкер, способных производить волновую энергию.

Но предположим, только предположим, скажет мрачнейший пессимист, что идея целиком провалится. Это законное предположение.

Мне представляется невероятным, что, проявив в последние четыре года такой талант и преданность исследованиям по волновой энергетике, мы построим сооружения, которые окажутся полностью негодными. Все инженеры и все ученые не могут разом ошибиться. Сколько энергии будет производиться, какой будет ее стоимость - вот возможное и желательное направление дискуссии. Это вопросы ожидаемой выгоды. В подходе к энергетике нам необходимо выработать новый образ мышления.

Мы не можем вести бесконечные разговоры о том, какой вид горючего предпочтительней. Сегодня мы знаем, что запасы нефти и угля рано или поздно иссякнут и потребуются новые, необычные источники энергии. Кроме того, существует политический мотив: расширить рынок рабочей силы, сделать работу производительной и поднять жизненный уровень в стране путем непрерывного выпуска промышленных товаров, требующихся нам и остальному миру.

Деньги есть. В результате сокращения правительственного бюджета страна имеет около 2 миллиардов фунтов в год. Мы можем временно оживить экономику, снизив цены на транзисторы, товары, предназначенные для развлечений, и на более быстрые, более вместительные автомобили, которые пожирают бензин быстрее, чем паразиты разрушают каменную кладку кафедральных соборов; или вложив деньги в повышение уровня производства.

М-р Бенн стоит на пороге решения, столь же значительного по последствиям, как решение, которое в 1933 г. предстояло принять Рузвельту - политику, являющемуся для Бенна образцом. А для широкой публики сегодня появилась возможность осознать значение нового этапа технического развития, столь же важного, как тот, в основе которого лежало другое британское изобретение - использование паровой энергии.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'