Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

НАВОЗ, НАВОЗ И ЕЩЁ РАЗ НАВОЗ

В XVIII веке не было человека, который сыграл бы такую важную роль в решении проблемы удобрения полей, как А. Т. Болотов.

Различая унавоживание пашен и их удобрение, он считал второе выражение более полным, понимая под ним Употребление не только навоза, но и других веществ, повышающих плодородие почвы.

Ученый писал: «Унавоживание, или, собственне сказать, удобрение пашенных земель, составляет не только наизнаменитейший, но я столь важный пункт в сельской омостроительстве, что хотя о сем предмете и много уже говорено как в Трудах нашего Экономического общества, так и в других экономических книгах, однако не бесполезны могут быть и дальнейшие о сем предмете замечания, и сколько б о том говорено еще не было, но все же не может быть излишним».

Титульный лист 14-й части Трудов Вольного экономического общества
Титульный лист 14-й части Трудов Вольного экономического общества

Наиболее полно вопрос об удобрении почвы был разработан Болотовым в его крупном трактате «Об удобрении земель», опубликованном в «Трудах» Вольного экономического общества (ВЭО) в 1770 г. В отличие от других авторов Андрей Тимофеевич подвел под свою работу строгий научный фундамент.

Он писал: «Мы, рассматривая далее, видим, что все оные главные классы вещей натуральных очень тесно между собою связаны и сопряжены, ибо не только все многоразличные в них находящиеся вещи удивительным образом между собою перемешаны, но зависят почти все взаимно друг от друга».

Проводя сравнительный анализ природных объектов, Болотов отмечал большую близость растений к неживой природе. Поэтому ученый делал вывод о том, что рост и развитие растений в первую очередь зависят от наличия в почве тех веществ, которые входят в состав их структур. Он отмечал, что почва должна содержать в себе достаточное количество элементов, которые входят в состав растений, а также находиться в таком состоянии, чтобы питательные вещества из нее могли свободно поступать в растение.

Он писал: «Не видим ли мы, со сколь различным успехом произрастения растут на доброй и худой земли и во время доброй и худой погоды? Что иное сие значит, как только то, что, в рассуждении земли, одна земля имеет в себе более таких частиц, из которых произрастание составляет или которые росту его поспешествуют, и оные Уделяется ему способно, а другая либо сама собой в помянутых потребных к тому частичках оскудение имеет, либо за какими-нибудь препятствиями оных произрастанию способно уделять не может».

На основании своих теоретических концепций Болотов определял задачи удобрения земель так: «...удобрение земель не в чем ином состоять может, как либо в приумножении в землю помянутых плодоносных и хлебородие производящих частиц, либо в отвращении и уничтожении помянутых препятствий... посему примечания о удобрении земель могут на двое разделиться».

В своей работе Андрей Тимофеевич также кратко излагал историю применения удобрений. Он показал, как практика земледелия пришла к использованию золы, извести и других минеральных удобрений, которые заменили навоз, применявшийся ранее.

Совершенно по другому объясняла способ питания растений наука того времени. Большинство ученых Западной Европы придерживались тогда так называемой водной теории питания растений. Даже в 1800 г. на конкурсе, объявленном Берлинской Академией наук на тему: «Об источниках питательных веществ для растений», премию получила работа Шрадера, в которой утверждалось: «Растения создают содержащиеся в них зольные вещества путем жизненного их процесса только из воды».

Основой этой теории послужили опыты Ван-Гельмонта, который выращивал дерево в кадке с предварительно взвешейной землей. Без употребления каких-либо удобрений, применяя лишь полив водой, ученый вырастил крупное растение. Затем оно было извлечено из кадки, очищено от почвы и взвешено. Взвесил Ван-Гельмонт и почву.

Что же оказалось? Почва уменьшилась в весе на мало заметную величину, а масса дерева в сотни раз превысила убыль почвы. Был сделан вывод: растения развиваются; только за счет воды.

Между тем наблюдения четко свидетельствовали о том, что на разных почвах растения растут неодинаково. Это касалось как количественной, так и качественной стороны развития их тканей и органов. В то же время количество воды в условиях небольшого ареала, как правило, одинаково, ибо главный ее источник — атмосферные осадки. Болотов, руководствуясь повседневной практикой выращивания растений в различных условиях, подверг теорию водного питания резкой критике.

Он противопоставил ей собственные взгляды на питание растений. Подчеркивая важную роль воды, он вместе с тем считал, что зольные элементы растения получают из почвы, что и определяет ее особое значение в земледелии.

Таким образом, Андрей Тимофеевич, обобщив знание земледельческой практики и свой собственный опыт, сделал правильный вывод о минеральном питании растений путем усвоения ими необходимых элементов из почвы.

Выступив с критикой водной теории питания растений, он намного опередил зарубежных ученых того времени.

Хотя Болотов уже хорошо знал, что удобрениями могут служить многие материалы, тем не менее основную роль в повышении плодородия почвы он отводил навозу.

Рассматривая в своих работах проблему применения этого удобрения, Болотов прежде всего останавливался на вопросе: почему многие хозяйства испытывают недостаток навоза? Основную причину он находил в неправильном соотношении полеводства и животноводства: количество пашни не соответствовало во многих хозяйствах количеству скота. Это обстоятельство казалось ученому настолько важным, что он посвятил его рассмотрению специальную статью «Замечания о неравенстве в нашем отечестве, а больше еще в карачевских местах, скотоводства с земледелием».

В ней он писал: «Соблюдение должной пропорции между скотоводством и хлебопашеством есть главнейший пункт внимания сельского хозяйства. Сии две вещи так между собою связаны, что если одна упущена будет, то неминуемо нанесет вред и другой».

Между прочим, это положение, высказанное Болотовым 200 лет назад, не следует забывать и сейчас, поскольку в погоне за пресловутой специализацией иногда хозяйства остаются совсем без скота и, вынужденные пользоваться только минеральными удобрениями, доводят свои почвы до такой степени лишения гумуса, что на них даже сорняки не растут.

Болотов внимательно проанализировал причину недостаточного развития скотоводства в России. Он установил, что у многих хозяев пашни много, а сенокосных угодий мало. Ученый очень неодобрительно относился к помещикам, которые в силу старых традиций не хотели превращать пашню в луга. Болотов также отмечал, что во многих хозяйствах отсутствуют пастбища, в результате чего весной пасут скот по лугам, что сильно снижает их продуктивность и уменьшает возможность заготовить больше корма на зиму; а после подъема паров скот, вообще, остается без выпасов и бродит голодный по перепаханным полям. Ученый рекомендовал выделять специальные участки для пастбищ и разделять их на части таким образом, чтоб скот пасся в каждом загоне не более трех дней. Он разработал такой порядок выпаса скота: сначала лошади, затем крупный рогатый скот и далее овцы. Болотов писал, что свиней на пастбища пускать не следует, так как они будут портить его, а пасти их по парам. В безлесных районах Андрей Тимофеевич рекомендовал пастбища обсаживать лесом, чтобы скот в жаркое время мог отдыхать в тени. Кроме того, Болотов указывал, что большинство хозяев имеют никуда не годные скотные дворы и конюшни, содержание скота плохое, особенно в зимнее время, поэтому он убыточен и его стараются держать поменьше. Кормится скот без норм, и у животных нет кормушек. При переводе на зимнее содержание дают корм вволю, большая часть его затаптывается, заносится снегом. К весне, как правило, корма не хватает, скот гибнет или сильно тощает, продукции от него нет, на лошадях работать нельзя. Крестьяне ждут, когда лошади поправятся на траве. В результате происходит запаздывание с весенними полевыми работами. А известно, что весенний день год кормит. При таком состоянии животноводства, считал Болотов, навоза не накопишь. Поэтому Андрей Тимофеевич разработал технологию накопления, хранения и использования навоза.

Первым делом хозяин должен был позаботиться о подстилке. Некоторые смотрели на нее только как на утеплитель, поэтому употребляли ее только в сильные холода. Болотов рассматривал подстилку также и как основу навоза, рекомендуя настилать ее всегда, а не только в холодное время. Андрей Тимофеевич подчеркивал, что, если соломы в хозяйстве не хватает, нужно заготавливать другой материал: осоку, камыш, листья, торф. Он считал, что тот, кто хочет иметь навоз, должен иметь много подстилки.

Важной составной частью навоза Болотов считал мочу животных, так как в ней содержатся питательные для растений соли. Поэтому он подчеркивал, что содержание скота должно быть таким, чтобы моча не терялась. Лучше всего, по мнению Андрея Тимофеевича, устраивать жижестоки и жижеприемники. Если условия позволяют, хорошо держать скот, не убирая навоза, а лишь регулярно добавляя новую подстилку. Ученый отмечал, что при таком способе содержания животные все время будут находиться на теплом ложе, а хозяйство получит навоз самого высокого качества.

Значительная часть работы «Об удобрении земель» отведена употреблению навоза. В ней Болотов упрекал земледельцев в том, что, испытывая недостаток этого удобрения, они тем не менее совершенно неправильно используют его, варварски разбазаривая последние крохи. В то время самым распространенным способом была летняя вывозка навоза, который разбрасывался крайне неравномерно, мелкими кучками и лежал под солнцем, а иногда и под дождями недели две-три, а то и дольше. Удобрение высыхало, развеивалось ветром и, конечно, теряло свои качества.

Болотов предлагал свой способ использования навоза. В отличие от существовавшей практики у него в имении вывозили навоз на уже вспаханное и предварительно раз-маркированное поле, в равных количествах на каждую клетку. Удобрение тут же разбрасывали и немедленно запахивали. Равномерное распределение и быстрая заделка в рыхлую почву обеспечивали хорошие результаты.

Не оставил без внимания Андрей Тимофеевич и вопрос рационального использования удобренных полей. Зная, что действие навоза не ограничивается одной культурой, а продолжается несколько лет, он проследил, как отзываются разные растения на посев по свежему навозу и в последующие годы. Вывод его был таков: лучше всего по свежему навозу сеять озимую рожь, так как она не боится избытков навоза.

Ученый писал: «Ибо как бы много земля навозом не увалена была, но редко в здешних местах случается, чтобы она не устояла и повалилась, как то с другими хлебами случается, буде они на свежем навозе посеются».

Озимая пшеница в опытах Болотова оказалась более капризной и по свежему навозному удобрению сильно полегала, что приводило к резкому снижению урожая.

В поисках путей предохранения этой культуры от полегания Болотов испытал много приемов. Лучшим из них оказался посев ее на второй год после внесения навоза. Но трехпольная система земледелия такой возможности не предоставляла, а перейти на четырехполье не позволяло чересполосное владение землей. В конце концов Болотов остановился на том, что стал вносить навоз под пшеницу не летом, как делали обычно, а осенью предыдущего года, после уборки ярового хлеба. О результатах этого опыта он сообщал: «Посеянная на сем месте пшеница не только нимало не полеглась, но и родилась гораздо лучше прочей и имела такой умолот, какой в здешних местах не слыхан, ибо вымолачивали более четверти из копны, и родилась она сама-пятьнадцата». Если принять что сеяли 2—3 ц/га (условно), то и по современным меркам урожай был неплохим — 30—45 ц/га.

Бывая в своих деревнях, находящихся в Воронежской губернии, Болотов обратил внимание на одно, как ему казалось, странное обстоятельство: крестьяне тех мест не вывозили навоз на поля, а или употребляли на устройство плотин, или сваливали в овраги. На вопрос Болотова о причинах такого неразумного использования удобрения крестьяне отвечали, что земля родит хорошо, а на унавоженных полях появляется много сорняков. Андрей Тимофеевич решил это проверить. Проведя ряд опытов с удобрениями черноземов тех мест, он убедился, что применение навоза (особенно перепревшего) значительно повышает урожай. Засорение полей при употреблении навоза (главным образом свежего) тоже подтвердилось, но Болотов тут же разработал меры борьбы с сорняками.

Крестьяне опытным путем установили, что для получения хорошего урожая на дерново-подзолистых почвах средней полосы России нужно при трехпольной системе земледелия вносить в паровое поле примерно 2400 пудов навоза на десятину. Имевшийся скот, как правило, не обеспечивал удобрением весь пар. Поэтому чаще всего навоз вывозился только на ближние поля.

Болотов не только критиковал хозяев за такую практику, но и старался найти такой способ, чтобы и дальние поля получали удобрения. Одним из путей он считал массовое изготовление различного рода компостов. В одной статье ему удалось перечислить свыше 50 веществ, которые можно использовать в качестве компонентов компостов.

Например, Болотов, зная, что во многих хозяйствах имеются покрытые кочками луга, которые почти никогда не используются, предлагал срезать кочки и употреблять их для изготовления компостов. Хозяйства, которые будут следовать его советам, получат двойную выгоду: луга станут ровными, на них можно будет заготавливать сено, а дерновые кочки в компосте дадут хорошее удобрение.

Для удобрения дальних полей Болотов также предлагал запахивать растения, которые почему-либо не могли дать ожидаемого от них урожая. Как известно, в современном земледелии так называемые зеленые удобрения применяются довольно широко. Главной культурой, используемой для этих целей, в настоящее время служит люпин.

В одной из статей Андрей Тимофеевич сообщал о своем опыте удобрения полей болотной тиной. Основанием для постановки опыта послужило случайное обстоятельство. При осушении болота тину и грязь выбрасывали на поле, примыкавшее к нему. Затем на этой пашне сеяли рожь. Еще до зимы Андрей Тимофеевич обратил внимание на то, что рожь в местах, где была тина, всходит значительно лучше. Летом это впечатление подтвердилось урожаем. Тем не менее Болотов решил проверить этот факт специальным опытом, успешное окончание которого убедило его, что болотная типа (по современной терминологии сапропель) — хорошее удобрение.

Следует отметить, что Андрей Тимофеевич уже знал разницу между удобрениями, доставляющими растениям питательные вещества, и удобрениями, улучшающими почву. Так, он советовал применять мергель для уменьшения кислотности почвы и осушения слишком низких и влажных земель.

Болотов главную роль в поднятии производительности сельского хозяйства отводил удобрению почвы. Чтобы в достаточной мере оценить его заслуги в этом направлении, следует подчеркнуть, что западноевропейские ученые XVIII века недооценивали значение удобрений. Например, англичанин Тулл и француз Дюгамель считали, что можно вполне заменить навоз систематической поверхностной обработкой почвы в период роста растений.

Нужно сказать, что учение Болотова о роли навоза в земледелии не утратило своего значения и в наше время. Несмотря на хорошее обеспечение современного сельского хозяйства минеральными удобрениями, навоз остается одним из основных средств для повышения плодородия почвы.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2015
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'