Новости Библиотека Учёные Ссылки Карта сайта О проекте


Пользовательский поиск







предыдущая главасодержаниеследующая глава

И родилась Жизнь

Любому инженеру любой специальности да и не специалисту в области техники или точных наук вполне ясно, что прежде чем говорить об устойчивости или ненадежности, других эксплуатационных качествах того или иного объекта необходимо досконально знать, из каких материалов он состоит, конструкцию и технологию его сооружения, чтобы определить его возможности, способности вынести предполагаемые нагрузки. И уж коли речь зашла об антропогенном влиянии на природные объекты и Природу вообще, обойтись без знания хотя бы в общих чертах строения мира, в котором мы живем и действуем, невозможно. А поскольку современный человек, даже достаточно отрешенный от техники гуманитарий, гораздо больше знает об устройстве машин и конструкции небоскребов, нежели о Природе и ее явлениях, мы прежде всего остановимся на том, что представляет собою мир в свете современных научных знаний.

В начале начал, как говорят сегодня астрофизики, все вещество Вселенной - все эти мириады и мириады галактик, состоящих из мириад звезд, радиус большинства которых превышает радиус всей нашей солнечной системы, - было сконцентрировано в одной точке. Размеры этой точки оцениваются учеными по-разному: одни говорят, что была она объемом с горошину, другие полагают, что не превышала размеров спичечной головки, третьи и вовсе утверждают, что была она не больше атома. Но как бы там ни было, даже если бы эта «точка» была величиною с нашу Солнечную систему, и то вещество Вселенной находилось бы в ней в чрезвычайно сжатом и, в сущности, для нас пока еще неизвестном состоянии.

Вопрос о размерах частицы вовсе не праздный, как может показаться на первый взгляд. Ибо от ответа на него зависит и представление о том, из чего состояла, в каком виде пребывала в то время Праматерия, из которой развивалось вещество Вселенной, а значит, и ответ на самый главный вопрос: что же такое Материя, из которой состоит весь наш мир и мы с вами? И хотя полной ясности в этом нет, кое-что мы узнать можем.

Ну хотя бы на первый случай вот что: состояла ли эта частица из того самого вещества, что и нынешняя Вселенная? Для этого прежде всего нужно выяснить, до каких пределов оно может уплотниться. Самое плотное тело на Земле - ядро атома, плотность которого в 100 000 млрд. раз больше принятой за единицу измерения плотности воды 1 г/см3. Как выяснили астрофизики, в природе Вселенной существуют и сверхплотные тела - нейтронные звезды, вещество которых сжато в 10-100 раз больше, чем протоны и нейтроны ядра атома в обычном его состоянии.

Если припомнить воровскую модель атома, станет ясно, насколько «рыхла» его структура - в любом природном теле ядра составляющих его атомов отделены друг от друга энергетической оболочкой электронов. В нейтронных же звездах под воздействием огромной гравитационной силы свободные электроны вдавливаются в протоны, а образующиеся в результате этого и уже существовавшие нейтроны тесно прижимаются один к другому без каких бы то ни было энергетических и прочих зазоров. И это - предел для плотности вещества Вселенной. Правда, предполагается, что в «черных дырах», которыми так любят жонглировать писатели-фантасты и популяризаторы, плотность еще большая, так что и свет не может вырваться за их пределы, но хоть их существование допускал еще лет 200 назад Лаплас, они, сколько ни ищут их астрономы, до сих пор так и не обнаружены. Да и существование их подвергается вполне обоснованному сомнению, хотя и возможность эта вовсе не исключается.

Если бы земной шар вдруг обрел сверхплотность нейтронной звезды, то при той же массе, или - как говорится в просторечии - весе он имел бы размеры футбольного мяча. Солнце, которое имеет массу в 330 000 раз большую, чем Земля, в «нейтронном варианте» стало бы диаметром 3 километра.

А то, что интересует нас сейчас в особенности - Вселенная - собралась бы в тело всего только 50 световых лет - 500 000 млрд. километров в поперечнике.

Говоря «всего только», мы вовсе не иронизируем. Несмотря на огромность масштабов, которые и представить, не то что преодолеть самыми современными космическими кораблями, невозможно: в сравнении с тем пространством, которое занимает сегодня Вселенная, они ничтожны. Точка, поставленная карандашом на стене стоэтажного небоскреба или пирамиды Хеопса, относительно площади стены в миллионы раз больше соотношения нейтронной и нынешней Вселенной. Вот если бы мы поставили эту карандашную точку н^ поверхности в миллион квадратных километров, то тогда соотношение было бы вполне удовлетворительным. Только как обнаружить, как разглядеть ее на такой площади?

Но в этом сверхплотном состоянии вещество Вселенной сможет существовать всего какой-то миг, не больше. Огромная масса порождает чудовищные гравитационные силы, которые все ускоряют и ускоряют дальнейшее сжатие. Так камень, сброшенный с высоты, чем дольше падает, тем быстрее летит. Кстати, падение его обусловлено силами гравитации. Вот точно так же и вещество нейтронной Вселенной «падает» к щентру все быстрее и быстрее и все больше и больше сдавливается. Под воздействием огромного сжатия и не менее громадной температуры - тысячи миллиардов градусов! - нейтроны распадаются н а субатомные частицы, которые от продолжающегося усиливаться сжатия и увеличения температуры в одну секунду распадаются и превращаются - во что? Согласно знаменитой формуле А. Эйнштейна Е=мс2, в чистую энергию.

В то же мгновенье прекратилось сжатие - вещества нет, значит, нет и массы и присущей только ей силы гравитации. Мгновенно исчезла и миллиардо-градусная температура (как известно из школьного курса, она возникает при столкновении частиц вещества, а их уже нет). Пропали и электромагнитные поля, поля слабых и сильных взаимодействий, которыми обмениваются атомные и субатомные частицы - не стало их носителей.

Осталась только чистая энергия невероятной мощи, способная, согласно той же формуле Эйнштейна, швырнуть все вещество Вселенной массой 1050 мегатонн так, что она летела бы со скоростью 90 млрд. километров в секунду!

Ну а каковы все же были ее размеры? Вполне возможно - с горошину. Может быть, и со спичечную головку. Вероятно также - и с атом. Ибо энергия, хоть и имеет вполне явственные физические свойства, вещественностью не обладает. А только вещественное тело не может занять в пространстве того же места, в котором находится уже другое тело. Энергия же места в пространстве не занимает. Так же, как электромагнитные и гравитационные поля, которые вполне спокойно могут накладываться одно на другое хоть до бесконечности и ничуть не мешать друг другу сосуществовать в одном и том же пространстве и времени. Так же вот и энергия может существовать в огромных количествах в каком угодно малом объеме, вовсе не чувствуя себя стесненной.

А вот что она собою представляет, нам до сих пор неизвестно, даром что пользуемся энергией- точнее, ее разнообразными видами: химической, тепловой, электрической, ядерной и т. п. - с незапамятных времен, а вообще живые существа - с тех самых пор, как появилась Жизнь на Земле.

И из чего она состоит, не знаем. И состоит ли или является той неделимой начальной субстанцией, из какой и строится весь материальный мир, не знаем, не знаем, не знаем.

А очень хотелось бы знать. В энергии - и тайна единого поля, над которой бился Эйнштейн и по сей день бьются физики, и загадка бытия всего этого необъятного и разнообразного мира, разгадать которую пытались и пытаются лучшие умы человечества, и разгадка Будущего, в которое устремляется этот мир.

И вот к тому времени, с которого начался наш рассказ - хоть и не было в ту пору времени, а царила Бесконечная Вечность, - висела она, а точнее, не висела, а пребывала, таинственная и непостижимая, среди абсолютного нуля, абсолютного мрака, абсолютного безмолвия в абсолютной неподвижности абсолютной пустоты.

И тут можно бы было услышать возражение критика-педанта:

- Пустоты в природе не существует! Великие умы XX века А. Эйнштейн, В. И. Вернадский и многие другие категорически отрицали существование пустоты!

Пустота, которую физики предпочитают именовать вакуумом - в силу того что вакуум обладает, как известно, некоторыми физическими свойствами и, значит, входит в перечень явлений, которыми физики занимаются, - не может не существовать, что бы там ни говорили великие умы. Тем более, что и Эйнштейн и Вернадский отрицали существование пустоты в существующей Вселенной, точнее, в ее межзвездной среде, которая, хоть и чрезвычайно разрежена, но все же всегда содержит и газовые, и энергетические релятивистские, и пылевые частицы, пронизана гравитационными (пусть чрезвычайно слабыми) и электромагнитными полями, словом, населена.

Мы же в данном случае говорим о той поре, когда ни частиц, ни полей еще не было и в помине. Было ничто вокруг сгустка энергии - пустота.

Физики утверждают, что в ту пору «вакуум» пустоты обладал физическими свойствами, прямо противоположными тем, которые имеет вакуум на Земле. Если у нас он стремится втянуть в себя любое доступное ему вещество, то в ту пору он отталкивал все, к чему только ни прикасался. Запомним это свойство - пригодится в будущем для объяснения некоторых неясных еще явлений. По мнению тех же физиков, когда родилась Вселенная, «вакуум» пустоты вдруг неизвестно почему потерял это свойство и ныне он, так сказать, «вакуум без свойств», если не считать его земного собрата, который в миллионы раз более населен всевозможными частицами, несмотря на все технические ухищрения людей, разрежающих атмосферный воздух в вакуумных камерах. Свойства земного вакуума демонстрируются только в условиях давления земной атмосферы; в космическом пространстве он вполне бы мог сойти за чрезвычайно густую туманность.

И чтобы не путаться, мы будем называть кошку кошкой, а пустоту пустотой.

Большой взрыв нарушил мирное и спокойное пребывание энергии в dolce far niente (дольче фар ниенте (в сладком ничегонеделании (прим. ред.))), как говорят итальянцы. Как, почему это вдруг случилось, что потревожило равновесие и потому самое удобное, бесконечное и самое приемлемое состояние ее, об этом предстоит еще догадываться. Распирающая ли ее самое собственная мощь, ищущая выхода, действия, тому виною, отталкивающее ли, а потому сжимающее все больше и больше до какого-то наиминимальнейшего предела, за которым грозит полное исчезновение и как следствие возникшая необходимость ему противостоять, воздействие пустоты, а может быть, и то и другое сразу вывело сгусток чистой энергии из состояния покоя?

И - опять же вопрос совсем не праздный. От ответа на него зависит и ответ на животрепещущий «детский» вопрос: вечно ли будет существовать Вселенная, а вместе с нею, конечно, и человечество, или когда-нибудь все же наступит «конец света»? Ибо от предположения, что он наступит хотя бы даже через миллиарды лет, сердце сжимается от безысходности и становится скучно и вроде бы незачем жить.

Если Большой взрыв произошел по причинам, которые мы предположили, то это означает, что материя мира периодически пульсирует между какими-то крайними пределами. Сжатая до отказа энергия, достигнув критического состояния, «взбунтовавшись», разрывает сдерживающие ее оковы пустоты, распрямляется как пружина, мгновенно распространяясь в пространстве и преобразовываясь в вещество Вселенной. Первоначальный импульс заставляет разлетаться это вещество, но со временем, за десятки или сотни миллиардов лет, он ослабевает, силы гравитации - ньютоновского всемирного тяготения - берут верх, вещество начинает собираться в одно место и дальше все идет по сценарию, представленному в начале раздела. Вещество Вселенной вновь превращается в сгусток чистой энергии, он снова достигает определенного критического состояния, опять происходит Большой взрыв и т. д. их. п.

В этом случае материя мира будет, как ей и полагается, существовать бесконечно, но вот Вселенная и человечество увы! - нет. Более оптимистично для нас предположение, что первоначальный сгусток энергии потерял равновесное состояние не в резуль тате неизбежного кризиса, а совершенно случайно. Однако случай - всегда результат взаимодействия нескольких перекрещивающихся в одной точке явлений или сил и, хотим мы этого или не хотим, в данной ситуации нам снова придется вернуться к тому же самому взаимодействию сгустка энергии и пустоты, с которого начался разговор о причине Большого взрыва. Ибо ни плотно обжимающая сгусток пустота, ни сам сгусток энергии, находящийся в равновесном состоянии хоть какое-то самое малое время, не говоря уж о бесконечности, случайному изменению своих состояний не подвластны, Для того чтобы их изменить, требуется третья, сторонняя сила или вмешательство, а по условиям нашей задачи, принятой сегодняшней наукой, их в ту пору существовало только две: пустота и энергия - два противоположных, противопоставленных друг другу явления.

Есть еще, правда, сверхоптимистичное мнение, что Вселенная в том виде, который мы наблюдаем сейчас, существовала бесконечно изначально, точнее, и начала ее никогда не было, как не будет никогда конца, но это предположение противоречит наблюдаемой учеными эволюции вещества Вселенной. А сейчас мы расскажем о том, что же произошло, по мнению ученых, после Большого взрыва.

Сотворение мира, по мнению всех астро- и просто физиков произошло, в сущности, одномоментно. А вот каким образом это происходило, тут мнения расходятся.

Одна из гипотез, разработанная в свое время советским физиком Р. М. Мурадяном, предполагает, что в начале начал была частица, которую он назвал суперадроном, с массой, равной массе вещества нынешней Вселенной - 1056 г. Большой взрыв разнес этот сверхмассивный суперадрон на части, образовавшие протогалактические скопления. В свою очередь эти части распались на галактики. Представление об этом может дать праздничный фейерверк типа фонтан. В небо взлетает патрон и на определенной высоте выбрасывает заложенные в нем меньшие заряды, которые и рассыпают в ночном небе звезды содержащихся в них десятков ракет.

Гипотеза эта, довольно хорошо объясняя появление галактик и их скоплений, которые наблюдают астрономы, противоречит, однако, фундаментальным физическим законам поведения вещества. Огромная масса суперадрона исключает его распадение на отдельные куски - даже при вспышке сверхновой звезды ее вещество не отваливается кусками, а истекает сплошным облаком. А ведь любая сверхновая в сравнении с гипотетическим суперадроном все равно, что атом в сравнении с Солнцем (в данном случае мы берем массу, а не размеры и физическое состояние). И поэтому частицы, составляющие вещество звезды, гораздо крупнее, нежели частицы суперадрона. Представить же, что при столь чудовищном сжатии, его вещество было неоднородно и по границам этих неоднородностей распалось, попросту невозможно.

Другая гипотеза, изложенная в книге известного американского физика С. Вайнберга, полагает, что Большой взрыв был не таким, к которому мы привыкли - из определенного центра разлетается во все стороны вещество,- а сразу по всему полю, занимаемому в ту пору материей пространства. Вроде того, как на всей площади фотобумаги появляется сразу все изображение в быстродействующем проявителе. И разбегалось не вещество, а пространство, увлекая за собою, удаляя друг от друга его частицы.

Похоже на то, как если бы детский воздушный шарик внесли в вакуумную камеру. Разница давлений внутри его и снаружи мгновенно раздула бы шарик до гигантских размеров и между молекулами содержащегося в нем воздуха появились бы большие расстояния - они разбежались вместе с внутренним пространством шарика. Так что технически подобный процесс вполне возможен. Но вот физически...

Даже если допустить, что пространство может растягивать материю, как школьник резинку рогатки, то и в этом случае возникает множество сомнений в справедливости гипотезы. Подобное растяжение происходило бы одинаково в любой точке и пространства, и материи. Однородные частицы всегда находились бы на равном расстоянии одна от другой, и поэтому тех сгустков вещества Вселенной, которые мы видим в галактиках и звездах, образоваться попросту бы не смогло. И до сих пор пространство разносило бы эти мельчайшие частицы размером в атом, а то и еще меньше, по необъятным своим просторам, однообразно заполненным (а точнее, не заполненным) этими частицами, разбежавшимися бы к нашему времени на расстояния в миллиарды километров одна от другой. Потребовалось бы вмешательство сторонней, третьей силы, которая могла бы согнать эти частицы в сферы звезд и их скоплений - галактики. Да и на том этапе, когда расстояния между частицами были незначительны, для разделения их на отдельные, скажем, облака необходима бы была сторонняя, третья сила.

Но такой силы, как мы знаем сегодня, в физическом мире нет.

Противоречит эта гипотеза и общепринятому нынче представлению, что начало Вселенной было «горячим». Тепло возникает при столкновении частиц вещества, а не при их удалении друг от друга в пространстве.

Третья гипотеза, которую поддерживают многие ученые, и в частности выдающийся итальянский физик Т. Редже, похожа на кинофильм, снятый по сценарию, данному в начале раздела - о сжатии вещества Вселенной в одной точке, - только прокрученному в обратную сторону. Правда, о том, в каком состоянии находилась материя до Большого взрыва и даже во время него, осторожно умалчивается. «Никто не может гарантировать, что законы физики остаются справедливыми для такого состояния вещества, при котором весь Космос оказывается сжатым до размеров спичечной головки, - пишет Т. Редже. - Нам придется удовлетвориться тем, что отправной точкой мы будем считать десятитысячную долю секунды после самого начала» (Редже Т. Этюды о Вселенной. М., 1985, с. 55.).

Большой взрыв, полагает эта гипотеза, свершился обычным образом: из одной точки во все стороны начала мгновенно с огромной скоростью истекать материя. Специальные вычисления показали, что к мо менту, о котором говорит Т. Редже, ее радиус составлял 1/30 светового года - 300 млрд. километров. Впечатляющая для нас эта цифра по космическим масштабам ничтожна - в 500 миллиардов раз меньше радиуса наблюдаемой ныне Вселенной. И разместить стадо в миллион слонов в спичечной коробке покажется детской задачей в сравнении с тем, сколько было втиснуто в этом объеме вещества.

Да, вещества, ибо к этому моменту образовались и первые частицы, которые, как и полагается каждой уважающей себя частице, стали расталкивать друг друга в эдакой чудовищной тесноте и толчее и потому нагрели все и вся, и прежде всего себя, до 1000 млрд. градусов. Считается, впрочем, что образовалось не только вещество, но и антивещество, и потому частицы - мюоны и электрон-позитроны - появлялись парами. А вот почему эти пары не аннигилировали, не уничтожили тут же взаимно друг друга, не ясно.

Огромная скорость расширения разносит частицы все дальше одну от другой, становится все менее тесно, частицы все меньше сталкиваются и температура падает. Всего через секунду после Большого взрыва пропадают мюоны, начинается образование протонов и нейтронов, а из них атомных ядер в основном гелия. Этот нуклеосинтез заканчивается в течение первых трех минут.

Расчеты показали, что в этом случае во временном интервале, скажем, от одной до четырех секунд, радиус расширения увеличивается вдвое и во столько же раз уменьшается температура. 15 минут спустя радиус расширившегося вещества достигает 100 световых лет, а его температура становится сравнимой с наблюдаемой при термоядерных взрывах - 300 млн. градусов. С этого времени процесс расширения и снижения температуры начинает идти менее интенсивно: только миллион лет спустя вещество охладится настолько (до 4000°), что свободные электроны могут рекомбинировать с ядрами и образовывать устойчивые атомы водорода и гелия, из которых, в сущности, и синтезируются все элементы, содержащиеся в таблице периодической системы Менделеева. Словом, все происходит настолько стройно, что можно вполне построить линейный график:

График
График

Но и при всей стройности и здесь, мягко говоря, концы с концами не сходятся. Прежде всего изумляет скорость разбегания вещества. Мы даже не период берем до образования мюонов и электрон-позитронных пар - неизвестны исходные размеры и состояние материи. Но после этого уже вещество за каких-нибудь 15 минут - 1000 секунд - разбегается до радиуса 100 световых лет. Следовательно, со скоростью в 3 млн. раз превышающей скорость света!

Если бы это была чистая энергия, тогда еще как-то можно бы было согласиться - это неизвестно, что может распространяться с неизвестно какой, в сущности, любой, вплоть до бесконечной, скоростью. Но здесь же уже образовались не только мюоны, электроны и позитроны, но и протоны, нейтроны и ядра - те самые частицы, которым Эйнштейн положил запрет двигаться даже чуточку быстрее скорости света, не то что там в миллионы раз скорее!

И забавнее всего то, что эти, столь противоречащие друг другу выводы зиждутся на расчетах, основанных на одной и той же общей теории относительности.

Другое сомнение в линейном, из одного центра, расширении Вселенной возникает опять же в связи с дальнейшим ее развитием в ту, какую мы видим сейчас. Как могли образоваться галактики и звезды, а еще раньше сгущения вещества среди однородных, размазанных по всему пространству одинаково густо (или одинаково редко, все равно), одинаковых, находящихся на одном и том же расстоянии друг от друга частиц, совершенно непонятно. Правда, высказывается предположение, что изначально облако вещества было неоднородно, уже содержало какие-то отдельные сгустки, которые впоследствии и притянули, собрали вокруг себя материал для строительства галактик и звезд, но предположение это не серьезно. Во всяком случае фундаментальные физические законы отвергают его. И законы эти выведены на основании наблюдений за поведением вещества именно в том его состоянии, о котором идет речь.

И еще одно: что же затормозило тот чудовищно быстрый разлет вещества Вселенной? Ведь сопротивления оно не встречало никакого, ибо разлеталось в пустоте.

Предположить, что оно затормозило само себя, все равно, что поверить известному барону Мюнхгаузену, который рассказывал, что однажды, завязнув в болоте, он избавился от неминуемой смерти, выдернув за собственные волосы себя вместе с конем из трясины и выбросив на берег!

Или опять вмешалась некая третья сила?

Третий лишний, как говорится в известной детской игре. Правда, с образованием вещества Вселенной родились и сопутствующие ему силы - электрические, магнитные, гравитационные, но силы эти при тех неимоверных скоростях разлета были бессильны разорвать, разделить однородную плазму, даже чуточку притормозить ее движение были едва ли в состоянии. Это можно понять по примеру тех же сверхновых, в которых при импульсе взрыва в миллиарды раз меньшем гравитационные силы все же не могут удержать выброс вещества в космическое пространство.

Даже если предположить, что при чудовищной массе и гравитационные силы были под стать и как-нибудь все-таки могли задержать разлет вещества, то это все равно не объясняет факта образования галактик и звезд. Ну, остановилось в своем стремительном беге размазанное однородно по всему пространству однородное вещество и что дальше? А дальше, уж коли гравитация сдержала его от разлета, она будет его сжимать опять до состояния первоначальной точки. А потом снова энергия взбунтовалась бы и расшвыряла все вокруг себя и опять гравитация все стянула бы в одну точку и так до бесконечности происходила бы игра в «сожми - разожми», и ни той Вселенной, какая есть, ни звезд, ни галактик, ни нас с вами так и не появилось бы никогда.

Но и мы, и звезды-галактики, и Вселенная есть. Значит должно существовать и нечто, обусловившее образование нынешней Вселенной. А поскольку единственное «что-то», что могло в то время быть наряду с веществом, это, в сущности, ничто, пустота, то, хотим мы этого или нет, но придется обратить внимание на нее.

Обладала ли она активным, как полагает современная физика, свойством отталкивания вещества или пассивно только сопротивлялась его расширению, в принципе не так уж и важно. Важно, что пустота вступала во взаимодействие с веществом, а следовательно, могла противостоять, сдерживать беспрепятственный свободный разлет его в бесконечности. В этом случае, по-видимому, и появлялось то нарушение однородности, которое нас интересует. Ведь так или иначе, но в контакт с пустотою могло вступать не все вещество сразу, а только его пограничная часть. На границе расширения, вступая во взаимодействие с пустотою, вещество должно было уплотняться, как уплотняется подушечка ладони, когда мы толкаем неподатливую дверь. А может быть, напротив, разрежаться, что тоже исключить нельзя. Но как бы то ни было на самом деле, главное для нас в данном случае, что пограничное вещество было иным по отношению к следующей за ним массе.

Тут возможны два варианта отделения пограничного слоя от общей массы. В одном - заторможенный пограничный слой взламывается продолжающей разбегаться с прежней скоростью и мощью внутренней массой, вырывающейся за его пределы и образующей новый пограничный слой, который вновь взламывается и т. д. А уплотненные части этих слоев и стали теми самыми протоскоплениями, из которых образовались галактики и звезды.

В другом варианте деятельное участие в образовании протоскоплений принимает гравитация, присущая самому веществу. Испытывая сопротивление пустоты, расширяться оно могло лишь до какого-то предела, после которого первоначальный импульс Большого взрыва ослабевал и устанавливалось равновесие; ни та, ни другая сторона одолеть друг друга не могли и громадная сфера «зависала» в пустоте в неподвижности. Какое-то время (пусть даже мгновенье) спустя силы гравитации начинали собирать, сжимать к центру мобильную внутреннюю массу вещества, а более плотный и охлажденный - и потому более инертный - пограничный слой задерживался на месте и то ли разламывался на части давящей на него пустотою, то ли так и оставался сферой, впоследствии уже расколовшейся на куски под влиянием сил собственного притяжения. Такие циклы расширения - сжатия_ и снова расширения - сжатия могли повторяться неоднократно. Вполне возможно, что и похожее на пчелиные соты распределение галактик Вселенной, которое наблюдают нынче астрономы, обусловлено и обязано своим происхождением многократным сбросам пограничных слоев.

Так что, как видите, прибегать для объяснения образования скоплений вещества из однородности к помощи какой-то третьей силы вовсе не обязательно.

И вновь критик-педант (сидящий, впрочем, в каждом из нас) приводит свои резонные возражения:

- Так же, как и ко второй силе - этой вашей метафизической пустоте, которой нет и не может быть, потому что не может быть никогда! Даже если допустить, что она существовала, то все равно никоим образом не могла бы остановить расширяющуюся Вселенную, ибо это «ничто» вещество может преодолеть без всяких усилий, легче, чем мы воздушную среду, в которой движемся свободно, совсем не замечая ее сопротивления! Поэтому введение понятия пустоты, особенно во втором варианте, излишне. Вполне достаточно объяснить разделение вещества его пульсациями, возникающими попеременно что под влиянием сил расширения, то из-за воздействий чудовищных сил гравитации. Чудовищных. И в связи с огромностью самой массы, и в связи с тем, что, как показал еще Эйнштейн, силы гравитации возрастают пропорционально увеличению скорости движения тел. Возможно, что под влиянием этих пульсаций и сбрасывалось вещество. Но уж пустота тут совершенно ни при чем.

По ту сторону вещности физики в самом деле предпочитают не заглядывать, поскольку чувствуют, себя там неуютно: они привыкли иметь дело с веществом и его энергетическим излучением или эквивалентом. Что сверх того, что невозможно взвесить, измерить, исчислить - ас какой линейкой или весами подойти к пустоте? - для их науки действительно не существует. Но это отнюдь не означает, что несуществующее для физики не существует и в реальности. Было время - и не такое уж давнее, - когда для биологии не существовало, скажем, генетики, когда для физики не существовало электроники. Но ведь и гены живых организмов, и электричество со всеми его многообразными свойствами в природе существовали. И смешно бы выглядел сейчас человек, утверждающий, что радио или электроники и быть никогда не может, поскольку великий физик Ньютон ничего о них не знал и не говорил.

От одного из самых дальних от нас космических тел - квазара, частицы света - фотоны летят 15 миллиардов световых лет. Летят через космическое пространство, насыщенное пылью, излучениями, полями энергии, со скоростью света и ничто не в силах их остановить, и сами они и не думают останавливаться. Задача для учащихся начальной школы: что могло бы остановить частицы вещества, летящего в 3 млн. раз быстрее? И как и куда бы рассеялись в этом случае частицы к нашему времени, коли их ничто не могло остановить и собрать в газовые туманности?

Словом, если бы не было пустоты с ее удивительными свойствами, если принять за действительный факт утверждение, что ее нет, значит, должно существовать еще что-то, способное все это проделать.

Что?

Мы уж не говорим о совершенно очевидном факте, что расширяться вещество может только во что-то не заполненное тем же самым веществом в том же самом состоянии. Нагреваясь, газ, вода, твердые тела расширяются не в самих себе, а в пространстве - это использовали браться Монгольфье в своем воздушном шаре, это учитывают путейцы, оставляя зазоры на стыках рельс и бетонных плит, это понимает и домашняя хозяйка, ставя на огонь кастрюлю, налитую водой отнюдь не вровень с краями. Так во что же могло расширяться вещество Вселенной, во что оно - по наблюдениям астрономов - расширяется до сих пор?

Даже гипотеза «фотографического позитива» С. Вайнберга и других его единомышленников не исключает существования пустоты: для того чтобы изображение, или вещество Вселенной, проявилось по всей площади, надо, по меньшей мере, быть этой площади. Пустой площади - фотобумаги или пространства - все едино.

Самое печальное заключается в том, что отрицание существования пустоты учеными имеет не научную, а идеологическую подоплеку. Существование чего-то по ту сторону вещности ассоциируется у них с существованием пресловутого потустороннего мира теологии, хотя всякому ясно, что пустота с заселенным ангелами раем и чертями и грешниками адом ничего общего не имеет. Мало того, ее существование по ту сторону вещности является прямым отрицанием и рая и ада. Но вот поди ж ты! Инерция мышления примитивного материализма XVIII - XIX веков, шарахающегося испуганно от всего, что нельзя пощупать и на зуб попробовать, и сегодня заставляет шарахаться, отрицать очевидное и выдумывать самые сложнейшие, громоздкие и неправедные обходные гипотезы и пути, чтобы как-то ненароком не впасть в грех признания существования невещности.

Для этого чего только не проделывают, скажем, с пространством! Искривляют, изгибают его в любую, как кому захочется и понадобится для создания новой гипотезы, сторону, придают ему форму чемодана (лифта), сворачивают в трубочку, строят из него шляпы самых разнообразных фасонов, выкручивают, как прачка мокрое белье, аршинными гвоздями накрепко приколачивают его ко времени и веществу, - все только затем, чтобы доказать его вещественность, которая все как-то никак не доказывается и не доказывается вот уже три четверти века. Мы слишком высокого мнения об уме ученых, чтобы думать, что они не видят очевидного абсурда, представляя свет некоей трубкой, а не рассеянными по всему пространству фотонами, объявляя «знаменитое солнечное затмение 1919 года», когда наблюдалось смещение света расположенной за солнечным диском звезды, -«неопровержимым доказательством искривления пространства вблизи массивных небесных тел», тогда как это не доказывает решительно ничего, кроме того, что свет - явление материальное и потому вполне может отклоняться в гравитационном поле звезд и планет или отражаться от газовых облаков и энергетических полей.

Во всяком случае, выдавать искривление луча за искривление пространства по меньшей мере некорректно.

Сегодня физики трактуют пространство как некое материальное поле. Но поле всегда образуется излучением вещества и ничем иным. Говорить, что пространство образуется веществом, все равно что утверждать, что стены домов образуют пространство улицы. Нет, только улицу, но отнюдь не ее пространство. Уверяем вас - если снести все дома, пространство не только останется, но и намного расширится. Сказать, что пространство излучается веществом, не решится ни один физик. Так же, впрочем, как не решится дать ответ на вопрос: если пространство - поле, то какие излучения образуют его и что создаст эти излучения? Ответ на этот вопрос можно отыскать только вне той системы, которая образована вещностью.

Так сознательное ограничение взгляда вещностью сужает горизонт познания, заводит в тупик, из которого не выберешься. Горизонт, ограниченный горами вещества, не позволяет заглянуть дальше, в беспредельность, не дает возможности увидеть все Мироздание в целом. Да и познать более полно само вещество тоже невозможно без взгляда на него по-новому, с другой стороны. Кто знает, чем обусловлено квантование энергии, что отделяет один квант от другого; кто знает, возможно, вовсе не гипотетические глюоны. склеивают мельчайшие частицы ядра-атома кварки так, что и трактором их не растащить, а то отталкивающее (а значит, сжимающее со всех сторон) свойство пустоты, которое вовсе не исчезло с появлением Вселенной, как считают физики, а продолжает действовать на субатомном уровне? Кто знает, может быть, и звезды, и галактики, несмотря на взаимное тяготение друг к другу (как говорят астрофизики) потому и не сближаются, не сливаются в единый и единственный ком вещества, что им препятствует пустота и это ее свойство отталкивать вещество? Кто, наконец, знает, не являются ли притягивающее свойство гравитации и отталкивающие свойства пустоты взаимосвязанными, родственными, а то и едиными по своей сути?

А может быть, все это - следствие воздействия вовсе не пустоты, а чего-то другого? Может быть, действительно есть еще какая-то третья (четвертая, пятая и т. д.) сила?

Словом, что бы там ни было, а по ту сторону вещности заглянуть необходимо. Но для этого надо прежде всего отрешиться от табу, наложенного мышлением XVIII - XIX веков, настроить сознание на приятие идеи существования антиподов вещности.

Вселенная родилась отнюдь не в том твердом теле, какое мы привыкли понимать на Земле под понятием «вещество». Она и по сей день в основной своей массе вовсе не является твердой, и такое естественное и тривиальное для нас образование вещества, как обычный булыжник, и в масштабах Вселенной - исключительное и уникальнейшее тело, более редкостное, чем алмаз размером с булыжник на Земле. Солнце, например, представляет собою сферу га-зообвазной плазмы. Даже нейтронную звезду с ее сверхъядерной плотностью вполне спокойно можно бы было разрезать ножом, если бы, конечно, нашелся такой нож, который не испарился бы мгновенно в миллионоградусном пекле, и еще нашлась бы сила, способная преодолеть чудовищную гравитацию.

Словом, тело новорожденной Вселенной было до чрезвычайности мягким. Даже то, что мы именовали «уплотненным» веществом, было невероятно разрежено. В сравнении с ним наш воздух показался бы камнем. Судите сами: в кубическом сантиметре воздуха содержится 1 мг вещества. А в космическом газовом облаке то же самое количество вещества растворено в 100 кубических километрах пространства! Примерно такую плотность, которую, по нашим земным понятиям, и плотностью то называть неловко, имеют межзвездные облака и туманности Андромеды, Ориона и прочих космических объектов, сквозь которые не просвечивают даже самые сильные звезды. Не потому, что разреженность туманностей имеет какие-то необыкновенные светонепроницаемые свойства, а потому, что их размеры настолько велики, достигая иной раз поперечника в десятки световых лет (а каждый световой год - это расстояние в 10000 млрд. километров!), что в каждой точке нашего зрения находятся миллиарды и миллиарды частиц, заслоняющих от взгляда все, что находится за ними.

Те первоначальные газовые скопления, которые образовали «тело» новорожденной Вселенной, были еще больше. Общая масса вещества в каждом из них, как показали теоретические расчеты, должна была превышать миллион миллиардов солнечных масс - только тогда из них могли образоваться про-тогалактические облака и из них впоследствии - скопления галактик. Астрономические наблюдения показали, что современные скопления галактик имеют как раз такую массу. Как мы уже знаем, прошло миллион лет после Большого взрыва, когда они затормозили свой стремительный бег и охладились настолько, что стало возможным образование стабильных атомов водорода и гелия в соотношении 70 и 30 процентов.

Современная физика утверждает, что именно во-дородно-гелиевая основа вещества Вселенной и обусловила возможность существования ее в том виде, который мы знаем. Именно на водородной основе протекают термоядерные реакции в звездах, при которых водород превращается в гелий, а затем, в горнилах вспышек сверхновых, происходит дальнейшее превращение вещества в более тяжелые элементы, перечисленные в таблице Менделеева, в том числе кислород, углерод, азот, фосфор - важнейшие составляющие органического вещества, из которого и образовались живые организмы и в конечном счете человек.

Впрочем, эта возможность появилась гораздо раньше образования атомов водорода и гелия. Они должны были появиться в результате естественной эволюции тех частиц вещества Вселенной, которые предшествовали атомам. В свою очередь возникновение этих частиц было обусловлено и появлением в первые же миллисекунды после Большого взрыва фундаментальных закономерностей развития и поведения, которым подчиняется все вещество Вселенной. Эти закономерности управляются четырьмя типами взаимодействий - электромагнитными, гравитационными, слабыми и сильными. Каждое из этих типов взаимодействий имеет точно определенное физиками числовое выражение - константу.

От этих констант и зависит существование Вселенной, а значит, и нас с вами. Так, ученые просчитали, что если бы константа слабого взаимодействия была бы изначально чуточку меньше существующей величины, то все образовавшиеся атомы новорожденной Вселенной были бы гелиевыми. А это значит, не было бы ни водородных термоядерных реакций в звездах, ни самого водорода - основы органических молекул, а следовательно, растений, животных, человека. А если бы эта же самая константа была чуть больше, гелия во Вселенной и вовсе бы не было и эволюция вещества и звезд шла бы совершенно по-иному и опять же Жизни, во всяком случае в той ее форме, какую мы знаем, на Земле (да и самой Земли и Солнца) не возникло бы.

Понятно, что это совсем не значит, что появление на Земле человека было неизбежно предопределено еще во времена Большого взрыва - 20 млрд. лет назад. Отнюдь нет. В те первые миллисекунды, когда определились константы взаимодействий, определилась только возможность развития вещества в направлении, конечным (во всяком случае, пока что) звеном которого оказался человек. Потому-то и называя этот принцип «антропным», ученые всегда закавычивают это определение.

Но все же наше существование накрепко прикреплено пуповиной эволюционирующего вещества к тому далекому, далекому времени. Времени Большого взрыва.

Образование облаков протогалактик завершило первый этап эволюции вещества Вселенной. Впрочем, говорить о каком-либо окончательном завершении по меньшей мере рискованно, поскольку и по сей день, как полагают астрономы на основе большого количества наблюдений, в просторах Космоса происходит сгущение межгалактического газа в облака, из которых смогут образоваться новые галактики.

Именно эти наблюдения и выводы, сделанные на их основе, и позволили достаточно хорошо и точно представить, как происходило в то далекое время образование протогалактических облаков.

С помощью современных компьютеров удалось построить такую модель (понятно, математическую, а не натуральную физическую), которая отражает все основные свойства и параметры новорожденных облаков.

Огромное облако разреженного газа уже состояло не из эфемерных субатомных частиц, жизнь которых измеряется секундами, а из стабильных протонов-долгожителей, продолжительность существования которых 10 000 миллиардов миллиардов лет! Понятно, что таким солидным образованием вещества и родившимся из них атомам водорода и гелия вовсе не пристало метаться со скоростью света из одного конца Вселенной в другой - пора было подумать об оседлой жизни. К тому же они стали и «тяжелы на подъем»: масса протонов в сотни, в тысячи, а то и миллионы раз превосходит массы субатомных частиц.

Образование атомов водорода и гелия вконец уничтожило однородность. По-видимому, первыми центрами притяжения стали атомы гелия с их четырьмя протонами. Более массивные, они притягивали к себе легкие однопротонные атомы водорода. Те, что успевали захватить больше из окружающей среды, присоединяли к себе менее удачливых собратьев, и чем больше росла масса таких микроскоплений, тем интенсивноее шел процесс - лавинообразно, тем более что с увеличением массы растет и мощь, и дальность действия гравитационных сил.

Облака постепенно сжимались, возможно, тут не обошлось и без воздействия этой странной пустоты, которая, отталкивая от себя все и вся, налегала, стискивала газообразную сферу, ускоряя сжатие, сгущение разрозненных частиц и скоплений вещества.

Едва ли - как принято считать - все вещество устремлялось к центру протогалактического облака. Ибо в этом случае не могло бы образоваться то неисчислимое количество звезд, которое мы наблюдаем в галактиках. Скорее всего в огромных, радиусом в десятки и сотни световых лет, облаках существовало сотни миллионов региональных центров сгущения вещества, постепенно выбиравших и присоединявших к себе из окружающей среды менее массивные частицы и образования, сливающиеся друг с другом, если хватало дотянуться гравитационных сил.

Впрочем, возможен и вариант с притяжением к единому центру и образованием сверхгигантской массы. И вполне возможно, что на самом деле происходило и так и эдак, вполне может быть, что и в одном облаке одновременно, только в разных частях его шло и то и другое образование протогалак-тик - объемы-то и расстояния позволяли объединяться, сливаться как кому заблагорассудится, не мешая другим делать то, что им нравится или на что они способны. Ведь вещество из однородных, а значит, несвободных в выборе частиц, которым предписывается в силу их одинаковости одинаковое поведение, все больше усложнялось, индивидуализировалось, а следовательно, и имело больше степеней свободы, более богатый выбор вариантов поведения.

Потому-то каждая из миллиарда галактик, составляющих ныне Вселенную, имеет собственное -«лицо» - явно отличающуюся одна от другой форму и даже индивидуальный характер происходящих в них процессов и потому иную, отличающуюся от всех остальных судьбу. Каждая.

Но так же, как и люди при всей своей личностной индивидуальности и судьбе, многообразия национальностей и рас разделяются антропологами или психологами на в общем-то небольшое количество групп, зачастую вне зависимости от национальной принадлежности или цвета кожи, так и галактики, по классификации замечательного американского астронома Э. Хаббла, разделяются на три основных типа в соответствии со своей формой. Эллиптические галактики представляют собою сфероиды с различной степенью сплюснутости и с большой концентрацией ярких звезд в центре. Спектроскопические исследования показали, что эти галактики состоят из огромного количества старых звезд со сравнительно небольшой массой.

Второй распространенный тип - спиральные галактики, в которых от сферической части (не обязательно расположенной в центре) расходятся несколько закрученных спиралью рукавов клочковатой неправильной формы. Эти рукава состоят в основном из молодых звезд огромной массы с яркой светимостью, образовавшихся сравнительно недавно из межзвездных газово-пылевых облаков. Считается, что и до сих пор в спиральных галактиках продолжается процесс образования новых звезд.

Третий тип - неправильные галактики, самые небольшие по массе и менее всего поддающиеся классификации по формальному признаку.

Важно отметить, что свою форму галактики не изменяют, не переходят от одной к другой. Какого типа родятся, тот и сохраняют на протяжении всей своей жизни. Однако это вовсе не означает, что они не изменяются с течением времени в своей внутренней структуре. Так же, как живые организмы, от дня своего рождения и на протяжении жизни галактики проходят множество стадий превращений, обусловленных эволюцией составляющего их вещества.

С этого времени Вселенная принимает вид организма, эволюционирующего, развивающегося, словом, живущего, хоть и состоит он из неживой материи, или, по В. И. Вернадскому, - косного вещества.

В горнилах звезд водород и гелий, выгорая, синтезируют тяжелые элементы, те, что известны нам по таблице Менделеева. В центре больших звезд (примерно 8 масс Солнца) вызревает ядро, состоящее из углерода и кислорода. Под воздействием гравитации оно сжимается до определенного предела, после чего происходит взрыв и вещество звезды разлетается в окружающее пространство в виде огромного облака газовой туманности, из которой и образуются планетные системы вроде нашей Солнечной. Энергия этого взрыва, по заключению астрофизиков, равна энергии вспышки сверхновой, а поскольку такие вспышки наблюдаются и по сей день, следовательно, условия для образования планетных систем продолжаются.

Миллиарды лет уходят на то, чтобы образовался сложный организм планетной системы и установилось то устойчивое равновесие, которое обеспечит стабильность существования этой системы на миллиарды лет вперед. Эта стабильность создается сразу в двух направлениях - как устойчивое состояние всей системы в целом, когда планеты находят такое положение, чтобы вечно вращаться по одним и тем же орбитам вокруг центрального светила, и как устойчивое состояние вещества Вселенной, объединенное в теле планет. А поскольку без такой долговременной стабильности возникновение и развитие Жизни невозможно, создается вполне логичное предположение, что вся эволюция вещества Вселенной с момента Большого взрыва и до образования планетных систем целенаправлена к созданию оптимальных условий, необходимых для возникновения нового состояния этого вещества - такого, который мы называем живым.

Образование устойчивого состояния планетной системы и косного вещества планет главное, но не единственное условие для зарождения жизни. Ни космический вакуум, ни длительная высокая - свыше 120-150°С, ни долговременная низкая температура - начиная, примерно, от 100° ниже нуля по Цельсию, не могут стать основой для развития жизни, во всяком случае в том ее виде, который нам известен. Правда, вирусы и некоторые бактерии существуют при температуре выше и ниже этих пределов, но находятся они в этих случаях в состоянии анабиоза - нежизни, при котором отсутствуют главные условия функционирования живого организма - обменные процессы.

Поэтому планета должна быть достаточно большой, чтобы задержать своей гравитацией над своей поверхностью слой атмосферы - газов, выделившихся при сжатии в твердое тело, - изолирующей ее от космического холода и вакуума (Луна в этом смысле довольно наглядный пример недостаточности планетной массы). Причем - большой не чрезмерно, иначе гравитационное сжатие будет настолько велико в центре планеты, что произойдет такой разогрев ее вещества, который превратит планету в звезду.

Не может она находиться и слишком близко к центральному светилу, иначе его излучение выжжет поверхность; и слишком далеко не должна быть отодвинута - недостаток этого излучения в соединении с абсолютным нулем (минус 273°С) Космоса для жизни столь же губителен, как и избыток.

Всем этим (и многим другим) оптимальным условиям наиболее всего соответствует планета Земля.

После окончательного создания Солнечной системы Земля еще долго - примерно миллиард лет - готовилась стать колыбелью для жизни. Выплавляла в своих недрах из хаоса элементов, перечисленных в таблице Менделеева, необходимые минералы, связывала атомы водорода и кислорода в молекулы воды и заполняла ею впадины, окутывала поверхность толстым, 500-километровым, слоем углекислоты, метана, аммиака - углеродных и азотистых соединений, являющихся наряду с водородом, кислородом, фосфором, серой основой основ для существования жизни.

В этой-то теплой и удобной колыбели и зародилась жизнь.

Как? На этот счет имеется немало гипотез. Есть гипотеза панспермии - существования в космическом пространстве неких спор первожизни, которые, попав на земную поверхность в оптимальные для развития условия, и дали начало всей жизни на Земле. Гипотеза ничем не хуже других и даже как бы подтверждается находкой в некоторых метеоритах вкраплений органического происхождения, однако она, довольно остроумно объясняя факт появления жизни на Земле, вовсе не отвечает на важнейший вопрос: как зародилась жизнь во Вселенной.

Другая гипотеза - самозарождение жизни в результате воздействия на первичную земную атмосферу сильных электрических грозовых разрядов. В опыте американских ученых Г. Юри и С. Миллера, пропускавших электрические разряды через газовую смесь, состоящую из метана, молекулярного водорода, аммиака и паров воды - из этих газов примерно и состояла первичная атмосфера Земли, - удалось получить глицин, аланин и другие аминокислоты - основные компоненты белковых соединений. Другие эксперименты показали, что такое же превращение возможно и под влиянием воздействия жесткого ультрафиолетового излучения Солнца, которое в те времена, когда Земля не имела еще озонового экрана, свободно пронизывало атмосферу. Советский ученый Л. М. Мухин выдвинул гипотезу, что жизнь могла образоваться в области подводных вулканов. Вулканические выбросы простых соединений, необходимых для синтеза органических веществ, попадали в условия наибольшего благоприятствования. В области подводных извержений существовали достаточно стабильные зоны оптимальных температур, давления воды и прочих факторов, способствовавших нормальному протеканию соответствующих реакций, в результате которых из водорода, аммиака, метана, окиси углерода, азота, воды, сероводорода, кислорода образовались формальдегид и цианистый водород - промежуточные продукты в синтезе биологически активных соединений аминокислот, сахаров, оснований нуклеиновых кислот и порфиринов. И эти реакции удалось получить в эксперименте. А поскольку полученные органические соединения играют огромную роль в биологических процессах (так, порфириновая структура лежит в основе хлорофилла, гемоглобина и ряда важнейших ферментов, а нуклеиновые кислоты обеспечивают хранение и передачу наследственной информации, при их помощи происходит синтез всех клеточных белков), то не так давно казалось, что успехи пребиологической химии вот-вот позволят создать живую клетку и таким образом получить исчерпывающий ответ на животрепещущий вопрос, как возникла на Земле и вообще во Вселенной жизнь.

Однако добиться этого, как ни старались ученые всего мира, не удалось. И дело даже не в том, что не удалось получить все аминонуклеиновые кислоты и прочие органические соединения, составляющие наипростейший живой организм. Если бы они и были получены, ну, скажем, за тот же срок, что был отпущен на возникновение первичного живого существа на Земле, а именно - примерно миллиарда лет, то объединить эти разрозненные молекулы в единый организм, обладающий всеми качествами живого - свободой передвижения (даже самый, как считается, первый и примитивный вид живого - циано-бактерия, обладает большими степенями свободы, нежели песчинка и пылинка косной материи), способностью не только поглощать, но и усваивать энергию извне и в результате физико-химических превращений использовать ее для собственного существования и воспроизведения себе подобных, такой организм создать бы не удалось хотя бы по той важнейшей причине, что живой белок (как отметил еще Пастер) имеет только левое вращение молекул, тогда как полученный лабораторным путем имеет и левое и правое вращение группировки атомов. По этой же причине невозможно и самозарождение жизни под воздействием природных электрических, ультрафиолетовых, тепловых и прочих излучений. Не говоря уж о том, что надеяться на то, что в результате случайного попадания грозового разряда из состава первобытной атмосферы случайно образуется сразу именно те 20 аминокислот (из существующих в природе 200), которые и составляют белок, и что они каким-то случайным образом вдруг разместятся в пространстве и друг относительно друга так, чтобы образовать даже не жизнеспособную, но хотя бы просто устойчивую молекулу, все равно что крутить детский калейдоскоп, не теряя надежды образовать репинскую картину «Бурлаки на Волге» или «Герпику» Пикассо. Тут и 20 млрд. лет - всего времени существования Вселенной не хватит. А одна молекула белка живого организма не построит. Впрочем, не построит и миллион таких молекул. Словом, гипотеза случайного зарождения жизни не выдерживает критики.

Дж. Бернал высказал предположение, что жизнь зародилась в мелкодисперсном глинистом иле мелких лагун океана. В самом деле, как показывают исследования советских ученых Н. В. Белова и В. И. Лебедева, глинистые минералы, и в наибольшей степени каолинит, способны накапливать и сохранять энергию, полученную из окружающей среды. Продолжая эти исследования, американские ученые нашли, что глины могут не только накапливать, но и передавать энергию в ходе радиоактивного распада и других процессов, а значит, по мнению английского ученого Г. Керн-Смита, с их помощью могут образовываться сложные молекулы - неорганические «протоорганизмы» - основа для появления аминокислот. Дж. Бернал же предполагал, что глина служит своеобразным катализатором для полимеризации органических молекул, и это подтвердилось в эксперименте. Оказалось еще, что сложные молекулы гораздо устойчивее перед сокрушительным воздействием жесткого улитрафиолетового излучения и высокого нагрева, чем простые, следовательно, мог происходить вполне естественный отбор: простые молекулы быстро разрушались, сложные продолжали существовать и накапливаться, сливаться с другими в миллионные скопления, которые называются коа-церватными каплями. Именно такие капли, состоящие из белковых молекул, как считал академик А. И. Опарин, и могли стать первичными живыми системами. Тем более, что в лабораторных исследованиях было выяснено, что они могут самостоятельно передвигаться с места на место, сливаться друг с другом, поглощать некоторые вещества из окружающего их низкомолекулярного раствора, в чем А. И. Опарин видел примитивные формы процесса обмена веществ.

«Образовавшиеся в земной гидросфере коацер-ватные капли находились погруженными не просто в воде, а в растворе разнообразных органических веществ и неорганических солей. Эти вещества и соли адсорбировались коацерватными каплями и затем вступали в химическое взаимодействие с веществами самого коацервата. Происходили процессы синтеза. Но параллельно с ними шли и процессы распада. Скорость как тех, так и других процессов зависела от внутренней организации каждой данной капли. Более или менее длительно существовать могли только капли, обладавшие известной динамической устойчивостью, в которых при данных условиях внешней среды скорость синтетических процессов преобладала над скоростями разложения. В обратном случае капли были обречены на исчезновение. Индивидуальная история таких капель быстро обрывалась, и поэтому такие «плохо организованные капли» уже не играли никакой роли в ходе дальнейшей эволюции органической материи» (Опарин А. И., Фесенков В. Г. Жизнь во Вселенной. М., 1956).

Но и эти заманчивые и стройные гипотезы имеют массу недостатков. Да, глины могут быть катализаторами, но родоначальниками биогенных молекул стать не могут. Значит опять же все упования на то, что органическое вещество коацерватных капель появилось в результате тех счастливых случайностей, которых, как мы знаем, «не может быть, потому что не может быть никогда!» Кроме того, ни одна из вышеприведенных гипотез не объясняет, как это в белковую структуру, которой не может быть никогда, попали молекулы ДНК-РНК вместе с набором ферментов (без которых этот управляющий центр синтеза белков, что говорится «ноль без палочки») и откуда, они, собственно, появились?

По гипотезе видных астрофизиков Ч. Викрама-сингха и Ф. Хойла, на Земле они появились из Космоса. По их мнению, планеты заселяются уже готовыми микроорганизмами, которые сформировались в космическом пространстве из органических полимеров или длинных цепочек органических молекул с углеродным основанием, присутствие которых в космической пыли показывает спектральный анализ межзвездного пространства. Споры и бактерии, родившиеся в Космосе, сыплются на Землю в уже вполне готовом виде, с заключенной в оболочку цитоплазмой, встроенными гигантскими молекулами ДНК, с РНК и прочими, необходимыми для жизни и размножения органами, засевая ее, как пшеничное поле зерном, в огромном количестве -1018 микроорганизмов в год, что составляет примерно по одной споре или бактерии на каждые полтора квадратных сантиметра площади всего земного шара. Общее же их число, по подсчетам ученых, 1052 только в нашей галактике, какового вполне достаточно для того, чтобы засеять на протяжении миллиардов лет все звезды, планеты, кометы, астероиды и прочие небесные тела не только нашей, но и других галактик Вселенной!

Сторонники этой гипотезы считают, что первоначально вокруг силикатного ядра космической пыли формируется оболочка из разнообразных органических соединений, среди которых происходят различные химические процессы, все более и более усложняющие строение первоначального вещества. Модель таких процессов проэкспериментировал Дж. Гринберг на смеси воды, метана, аммиака и др., облучая их ультрафиолетовой радиацией при температуре 10 К (минус 263°С). Оказалось, что под воздействием этого излучения некоторые молекулы органического вещества диссоциируют и образуют химические радикалы - фрагменты молекул, способные вступать в реакцию с другими молекулами и потому создавать более сложные соединения, которые, по идее, в свою очередь все более усложняясь, в конечном счете приводят к образованию (примерно по вышеупомянутой схеме Юри - Миллера) тех органических компонентов, из которых состоят белки живого вещества.

В сущности, толчком к подобным экспериментам послужило исследование метеоритов, выпадающих на Землю из космического пространства, особенно одной из разновидностей углистых хондритов. В них были найдены углеводороды, углеводы, пурины, пи-римидины, аминокислоты - соединения, составляющие основу живого вещества. Еще в 1834 году известный химик И. Берцелиус, впервые выделивший из углистых хондритов органические вещества, считал, что они биологического происхождения. Более тщательные современные исследования показали, что органические соединения метеоритов лишены оптической активности - одного из важнейших признаков, по которым определяется происхождение химических соединений из живого вещества.

И хотя это является достаточно весомым доказательством (помимо всех прочих, часть которых изложена выше), что жизнь в Космосе зародиться не могла, сторонники гипотезы Хойла - Викрамасингха все же считают, что эти нежизненные и нежизнеспособные формы огранических соединений вполне могли как-то самособраться и самооживиться в невесомости, вакууме и при минус 273°С. И не только самособраться, но и самораспределиться по самым различным тончайшим и сложнейшим органам, какие имеются в организме бактерии - самом примитивном, но представляющем собою гораздо более сложную систему, чем современный химический комбинат, оснащенный собственной ТЭЦ, ремонтно-меха-нической базой, компьютерным управлением - это помимо собственно технологического оборудования! Один только «технологический процесс» обмена вещества организма бактерии на несколько порядков сложнее технологии любого современного производства. Что уж тогда говорить об остальных процессах, которые и вовсе недоступны никакому предприятию: продвижение в поисках питательных веществ (или на языке производственников - сырья), определение годных для поддержания существования, транспортировка их к органам переработки и выделение переработанных продуктов, распознавание всевозможных опасностей и защита от них и, конечно же, удивительный, до сих пор еще непознанный процесс порождения себе подобных (сегодня мы только в общих чертах знаем, как происходит размножение одноклеточных, но вот почему, что заставляет эти организмы размножаться, нам совершенно неизвестно), - и все это заключено в объем, который и в микроскоп не разглядишь.

Словом, гораздо вероятнее, что из груды кирпичей, труб, станин, корпусов, шестеренок, валов, гаек, болтов и прочих деталей и материалов произойдет самосборка зданий, цехов, станков, механизмов и другого оборудования машиностроительного или химического завода, нежели рождение хоть одного микроорганизма в условиях космического пространства. Не говоря уж о том, что жизнь - обмен веществ и прочие проявления ее - возможны лишь при температуре не ниже минус 20-30°С (можно вполне представить, что на некотором - не слишком большом и не слишком маленьком - расстоянии от Солнца космическое пространство постоянно нагрето до, скажем, плюс 20-30°С), не говоря уж и о том, что в условиях невесомости вероятность встречи всех необходимых для создания живого организма органических соединений (а их сотни!) практически равна нулю (тем более что необходимо, чтобы встретились только и именно те, и собрались только и именно в том порядке, и разместились только и именно так, а не иначе, и чтобы - упаси, боже! - не вклинился между ними какой-либо нежелательный неорганический или даже органический, но иной элемент, ибо тут нужна сверхвысокая чистота исходного материала), - так вот, не говоря обо всем этом (а также и о том, что исходные материалы нежизненны и нежизнеспособны), сама вероятность встречи даже двух молекул, обладающих жизнеспособной дисси-метрией, чрезвычайно низка, а сотен и вовсе невероятна из-за необычайной разреженности вещества пылевых облаков, где одна пылинка от другой отстоит на десятки, а то и сотни километров.

Ну ладно, допустим, что все они встретились - каких только чудес не бывает по воле человеческой фантазии! - допустим даже, что все они абсолютно чисты от посторонних примесей и никакой чужак не вклинился между ними. Допустим также, что они сразу же вступили в то самое сложное физико-химическое взаимодействие, которое наивные механицисты принимают за единственное условие существования живого организма. И что дальше?

А дальше, дай бог, чтобы этот организм просуществовал хотя бы минуту. Жесткое ультрафиолетовое излучение Солнца в рентгеновском диапазоне, вообще космические лучи, очень быстро разрушают все связи на электронном уровне. Даже если все элементы смогут самособраться и самозажить в укрытии тела комет или астероидов, даже если найдут они там и соответствующую нормальной жизни, развитию и размножению температурную и питательную среду - уж фантазировать, так фантазировать! - все равно: для перемещения на Землю в целях ее колонизации им придется, хочешь не хочешь, а выйти под убийственный дождь космических излучений, странствовать тысячи, если не миллионы лет под ним без всякого питания, а также при минус 273°С космического пространства. Даже чрезвычайно жизнестойкие, именно в силу того, что находятся в стадии нежизни, споры не выдержат таких условий.

Самосборка же в космических условиях споры, из которой потом в подходящей среде сможет развиться живой организм, и вообще выходит за пределы даже ненаучного фантазирования. Так же, впрочем, как и предположение, что за тот кратчайший срок, когда астероид или комета находятся в подходящих для развития жизни температурах и прочих условиях, жизнеспособные органические соединения - все без исключения и без ненужных включений! - смогут найти друг друга, самособраться, образовать необходимые для дальнейшего существования, развития и размножения органы да еще переродиться в более жизнеспособные, чем живой организм, споры.

Все эти и многие другие, изложение которых увело бы нас слишком далеко от основной темы, соображения, основанные на современных знаниях о пределах возможностей зарождения и функционирования живых организмов, убеждают в том, что самозарождение, а главное развитие и размножение микроорганизмов в открытом Космосе относятся к области той ненаучной фантастики, которой грешат иной раз и серьезные ученые, в увлечении впадая в односторонность, в особенности когда вторгаются в пределы малоизвестных им наук и явлений.

Но вот уж чего никак невозможно понять, так это утверждения Хойла - Викрамасингха, что в космическом пространстве одной нашей галактики находится 1052 одноклеточных микроорганизмов. Несложный подсчет показывает, что общая масса всех этих клеток приближается к массе всего вещества, находящегося в галактике. То есть выходит, по существу, что и планеты, и Солнце, и 150 миллиардов прочих звезд и даже, если они есть, черные дыры, и все космические излучения состоят из микроорганизмов! Для неорганического вещества, равно как и для энергетических частиц, места уже не остается.

Понимая, что гипотеза самозарождения микроорганизмов в открытом Космосе слишком уж невероятна, но не собираясь отказываться от очень заманчивой - одним махом разрешающей многочисленные и неразрешимые пока что вопросы образования жизни на Земле тем, что переносит их в ведение «бога из машины» космической лаборатории, - концепции, ее сторонники решили подправить гипотезу Хойла - Викрамасингха предположением, что в открытом Космосе образуются не целиком организмы - чересчур уж они сложны, - а более простые, но зато самые центральные, главные органы живого вещества - гигантские молекулы ДНК.

Эта молекула в самом деле устроена проще, чем организм клетки. Состоит она всего из четырех аминокислот - аденина, гуанина, тимина и цитозина, которые, соединяясь в пары оснований и взаимодействуя между собой в определенной последовательности, несут всю генетическую информацию того или иного организма. Еще в молекуле имеются сахара и фосфаты, составляющие скелет, остов молекулы, - вот, собственно, и все биохимические соединения. Конструктивно ДНК представляет собою двойную спираль - нечто вроде витого шнура, состоящего из двух нитей (за расшифровку структуры ДНК в 1953 году Д. Уотсон и Ф. Крик удостоены Нобелевской премии). Под влиянием неизвестных нам пока факторов - точнее, факторы известны: ферменты, неизвестно лишь, что включает их действие, - в какой-то момент эта двойная спираль начинает раскручиваться, одновременно синтезируя на каждой нити новую нить, представляющую подобие соседней. Так обе нити разъединяются до конца, образуя две, в принципе одинаковые и похожие на материнскую молекулы ДНК, которые расходятся в цитоплазме, после чего клетка делится на два самостоятельных организма, несущих каждый свою, практически идентичную исходной генетическую информацию в ДНК.

Эта информация содержит наследственную память обо всех, без исключения, жизненных процессах организма: какими должны быть органы в разделившихся клетках, из чего состоять, какую именно конфигурацию, объем и массу иметь, где находиться, чем заниматься, как действовать, какие вещества искать, как их употреблять для того, чтобы поддержать существование организма, каких веществ и ситуаций надо избегать, чтобы не погибнуть, как защититься от врагов (для бактерий - бактериофагов-вирусов), в каких, наконец, случаях можно начать деление, а в каких необходимо и задержать его до наступления благоприятных условий. Каждое из этих информативных сведений в свою очередь подразделяется на десятки, сотни, а то и тысячи узкоспециализированных информационных пунктов, а они опять же содержат еще более мелкие, но отнюдь не менее важные для жизнедеятельности организма и вообще продолжения его существования. Мало того, все это организуется в единство действий, в тот целостный ансамбль, который и исполняет симфонию жизни организма. Причем дирижер - ДНК не только задает ритм и дает в нужный момент сигнал вступления в общую мелодию тому или иному исполнителю-органу, но и показывает ему, какую именно клавишу надо ударить или в каком именно месте прижать струну пальцем и как вести по ней смычок. И горе, если прозвучит хоть одна фальшивая нота, симфония оборвется на ней, клетка погибнет, потому и должен быть дирижер гениально внимателен и педантичен. Это, впрочем, вовсе не означает, что исполнение симфонии жизни клетки раз и навсегда изначально задано и жестко детерминировано. Отнюдь нет. Вполне допустимо разыгрывать вариации на заданную тему, мало того, предпочтительно, чтобы они были разыграны, иначе симфония жизни вообще не сможет развиваться, совершенствоваться, но все эти вариации должны не выходить за пределы единой гармонии.

Так что, как видите, все не так просто, как кажется, когда смотришь на ДНК только с точки зрения входящих в ее состав химических соединений. Впрочем, с этой точки зрения, и автомобиль - самая наипростейшая вещь. Ну что там - три-четыре вида металла: сталь, алюминий, бронза, чугун, да несколько видов жидкостей: вода, бензин, автол и тормозная жидкость, ну еще резина. Соедини все это и катайся в полное удовольствие! А современный компьютер и вовсе состоит всего из нескольких химических соединений, в основном металлов. Просто!

В том-то и дело, что ДНК объединяет в себе все свойства и машины, и компьютера, и завода) на котором они изготовляются, и директора этого завода, и главного конструктора, и непосредственного исполнителя-рабочего - изготовителя и сборщика, и начальника эксплуатации готовых компьютеров-машин - заводов - директоров - конструкторов -изготовителей, существующих в едином ее собственном, так сказать, лице. Недаром в расправленном, релаксиро-ванном виде ДНК имеет замкнутую саму на себя форму кольца (понятно, сохраняющего по всей своей окружности витую двойную спираль). Вот так же замыкаются и все ее многообразные функции, ни одна не существует по отдельности, все - в единстве, цельности.

Конечно, можно представить себе, что в результате химической эволюции где-то когда-то в космическом пространстве случайно сошлись все вместе и даже объединились в единую молекулу эти четыре аминокислоты - причем только лишь левого вращения! - и углеводы - причем только правого вращения! - с фосфатами. Чего только не может представить себе ум человеческий: и Змея Горыныча о девяти огнедышащих головах, и древнюю старуху, во мгновение ока превращающуюся в молоденькую красотку, и прочих чудес в решете. Но представить, что молекула эта так и родилась со всеми своими многообразными удивительными свойствами, это уж выходит даже за пределы чудесного. Размышляя о пределах фантастического, Николай Васильевич Гоголь (а уж кому, как не ему быть авторитетом в этих делах) говорил, что вполне допустимо рассказывать о золотых яблоках на яблоне - это слушатель воспримет и поверит, но говорить, что на яблоне растут вишни - это уже полнейший абсурд, чудо, которому не поверит никто.

Так вот и здесь: все свойства ДНК необходимы только тогда, когда они находятся в организме, да еще непременно функционирующем, живущем, и представлять, что она обрела эти свойства вне организма, все равно, что утверждать будто на телеграфных столбах созрели золотые яблоки. А без этих свойств встроенная в любой одноклеточный организм любая молекула - не токмо такая гигантская, как ДНК, - являющаяся «несъедобной», приведет просто-напросто этот организм к гибели. Мало того, и сама ДНК осуществлять свои функции может только в организме клетки. Для того чтобы начать, скажем, самоделение, ДНК необходима энергия АТФ (аденозинтрифосфат), при помощи которого и разводятся нити двойной спирали. Для того чтобы получить АТФ, необходимо отдать соответствующий приказ соответствующим органам клетки изготовить ее и подать в нужном количестве и обязательно к нужному месту ДНК. А до того как изготовить АТФ, необходимо разыскать, выделить из среды и поглотить все ее необходимые компоненты - в природе в готовом виде АТФ не существует. А для синтеза АТФ необходимо опять же запастись энергией, равно как и для работы органов, осуществляющих этот синтез. Так что, как видите, только для того, чтобы чуточку развести нити двойной спирали ДНК, необходима согласованная работа, сложнейшее взаимодействие всех без исключения органов клетки, в том числе и самой ДНК.

Стоит, наверное, пояснить, что процесс разделения нитей ДНК представлен нами в самом что ни на есть упрощенном виде. На самом деле он в тысячи раз сложнее и участвует в нем по меньшей мере десяток сложных белков, ферментов и прочих биохимических соединений. АТФ же только энергоноситель - нечто вроде аккумулятора в автомобиле. И для того чтобы описать все процессы только разделения нитей, необходимо заполнить по меньшей мере треть этой книги. А впереди еще - синтез дочерних нитей, для которых опять же необходима и энергия, и соответствующие материалы, и работа всех органов и биохимических соединений, ферментов загодя для этой цели заготовленной организмом клетки по приказу самой ДНК. Как видите, структура функционирования клетки сама по себе представляет замкнутую кольцеобразную систему, в которой нет ничего второстепенного, все главное и одно без другого существовать попросту не может.

И если представить, что вся эта сложная система организма в целом зародиться, жить и размножаться в абсолютно нестабильной среде и условиях открытого Космоса никак не может, то еще менее предста-вимо образование там ДНК. Ибо она гораздо более уязвима для неблагоприятных воздействий внешней среды, нежели целостный организм, не обладает способностями саморазмножения, а следовательно, случайно созданный, опытный, так сказать, экземпляр так и останется в единственном числе. И очень не надолго - ни белки, ни углеводы, ни фосфаты не могут жить совместно вечно. Да и сколько бы они ни просуществовали совместно, не имеет значения в данном случае. Представить, что этот единичный экземпляр, случайно образовавшийся в космическом пространстве, попал точно на Землю, да еще в те благоприятные условия, какие нужны - разверстые объятья тоскующего без ДНК микроорганизма, да еще со всеми теми свойствами, которые ждет от ДНК живая клетка - и откуда молекула их возьмет там, в Космосе? - ну, это уж - извините! Тем менее представимо, что в космических просторах налажено массовое производство ДНК и готовые изделия транспортируются на Землю в количестве 100 тысяч миллиардов штук в час (если исходить из подсчетов Хойла - Викрамасингха о количестве микроорганизмов, выпадающих на Землю в течение года. А меньшее количество, хотя бы всего в миллион раз, в миллиарды миллиардов раз уменьшает вероятность того, что ДНК попадает в благоприятные условия, даже если предположить, что какой-то или какие-то микроорганизмы ожидают их с распростертыми объятьями).

И наконец, последнее. Даже предположение, что микроорганизмы или ДНК образовываются в неких стабильных и благоприятных, подобных земным, условиях, размножаются там в неимоверных количествах и потом в этих количествах целенаправленно отправляются на Землю - вполне, кстати правдоподобное, - сводится на нет тем соображением, что им приходится преодолевать космическое пространство. И не в расстояниях и не во времени преодоления тут дело (хотя и в них тоже), а в том, что пространство это вблизи Земли насыщено губительной для всего живого солнечной радиацией, и прежде всего в рентгеновском диапазоне, да, кроме того, на долгом-долгом - как бы по астрономическим масштабам ни был он короток - пути к Земле живое вещество обязательно будет атаковано космическими частицами высоких энергий и наступит гибель одноклеточного организма, и прежде всего ДНК.

Дело в том, что живое вещество, даже самое, казалось бы, простое, чрезвычайно сложно и тонко организовано. Примером тому может служить та же ДНК. Если попадание частиц с высокой энергией в косное вещество структуры его не нарушает, перевозбужденные частицей электроны атомов выходят на более высокую энергетическую орбиту, испускают кванты лишней энергии и снова возвращаются на стабильное прежнее место, то в живом веществе такое попадание производит значительные, чаще всего необратимые разрушения, поскольку все взаимосвязи и взаимодействия молекул и атомов, входящих в живое вещество, происходят в конечном счете на энергетической основе. Происходит в этом случае нечто вроде прямого попадания молнии в незаземленную электрическую цепь: все лампочки, двигатели или телевизоры мгновенно перегорают, расплавляются. В обычных условиях нас с вами и все живущее на Земле от такого «перегорания» биологических клеток избавляет озоновый экран стратосферы. Это он не пропускает смертельных для жизни коротковолновых ультрафиолетовых и прочих излучений Солнца и других высокоэнергетических космических частиц. Если же и случается организму попасть в зону радиоактивного или иного излучения и если оно кратковременно и не слишком интенсивно, не так-то уж и страшно. Организм клеток вполне успешно справляется даже с очень серьезными разрушениями. Для этого клетка содержит «ремонтную бригаду» специализированных ферментов. А поскольку особое значение в жизни клетки и организма имеет ДНК - разрушение даже одной единственной связи между парами оснований-аминокислот грозит или нежизнеспособным уродством-мутацией или быстрой гибелью всей клетки, - «ремонтная бригада» нацелена в первую очередь на оказание помощи этому важнейшему органу.

Как только происходит разрушение или нарушение связей в каком-нибудь участке ДНК, «ремонтный» фермент - эндонуклеаза отыскивает поврежденный участок в той или иной нити ДНК и надрезает нить. Следом за ним идет «специалист по удалению» - экзонуклеаза, который вырезает целое звено (ДНК состоит из повторяющихся звеньев аминокислот), причем «режет по живому», чтобы «зараза» не распространилась на неповрежденные звенья, и удаляет повреждешгую часть. Фермент полимераза изготовляет новую, точнейшую копию удаленного участка, а лигаза вшивает ее заподлицо к оставшимся здоровым концам нити ДНК.

Такая работа может производиться только в нормальной жизненной среде, ибо для ее выполнения необходима энергия, которую организм добывает из пищи, когда повреждения не имеют массового характера и недолговременны. Иначе никаких сил у «ремонтной бригады» не хватит - синтезировать копии и латать поврежденные участки на каждом шагу двойной спирали ДНК.

Надо ли пояснять, что в условиях космического пространства таких возможностей у микроорганизмов не существует, а уж у ДНК и подавно. По-видимому, надо, поскольку сторонники гипотезы Хойла - Викрамасингха считают ее безупречной и единственно верной.

И наконец, существует последнее, наивесомейшее опровержение этой гипотезы, которое вполне официально предоставил нам сам Космос: на поверхности Луны, в пробах лунного грунта и пыли, доставленных на Землю, практически не содержится органических соединений, не говоря уж о биогенном веществе, а тем более о микроорганизмах. А ведь согласно гипотезе Хойла - Викрамасингха, вся поверхность Луны должна бы была буквально кишеть микроорганизмами или их останками, накопившимися за 4,5 миллиарда лет существования планеты - в среднем по 4 500 000 000 особей на каждом из полутора квадратных сантиметров ее площади! Представить, что они падают только на Землю, минуя Луну, даже в горячке фантазирования невозможно.

Словом, гипотеза заселения Земли из Космоса микроорганизмами и вообще белковыми соединениями чрезвычайно сомнительна, если не сказать больше.

Существует еще несколько гипотез зарождения жизни; упомянем о двух, наиболее распространенных.

Одна из них предполагает, что и косное и живое вещество существовали изначально и вечно, развиваясь параллельно; другая, пытаясь также модернизировать гипотезу панспермии и примирить ее с концепцией самозарождения жизни на Земле, считает, что изначально существовал некий «сверхген», который и детерминировал все эволюционные процессы вещества Вселенной, в том числе и возникновение жизни. Что касается первой, то она вступает в противоречие с теорией Большого взрыва, ибо живое вещество - органическое и выдержать не токмо трил-лионной, но и стаградусной температуры не в состоянии. Вторая же не может вызвать ни согласия с нею, ни возражений по той простой причине, что не поддается ни экспериментальной, ни логической проверке. Ее можно только принимать на веру или не принимать вовсе. Но это уж дело вкуса каждого.

Но как бы там ни было, а все гипотезы - вы заметили? - сходятся в одном: живое вещество произошло из вещества Вселенной, трансформировавшегося в результате космической эволюции первоначальной плазмы, галактических туманностей, звезд и планет, в нашем случае минералов Земли, атмосферного газа, воды и солнечной энергии. А живое вещество - это и есть то, из чего состоит тело, организм всего живущего на Земле, в том числе, конечно, и человека.

Так что, как видите, ни одна из существующих гипотез не может не то что вполне, а даже сколько-нибудь удовлетворительно ответить на очень важный вопрос: как зародилась жизнь. Важен этот вопрос прежде всего потому, что человечество нынче не на шутку обеспокоено опасностью, угрожающей жизни на Земле. Опасностью, которую несет человеческая деятельность в случае глобальной ядерной войны или экологической катастрофы. Сможет ли сохраниться на Земле если не человечество, не высшие животные, то хотя бы то животворное начало, из которого впоследствии могла бы развиться та поистине велоколепная, прекрасная и сложнейшая жизнь, которую мы видим, которую не ценим и которую столь безжалостно и безответственно уничтожаем ныне? Есть ли хотя бы какая-то надежда, что жизнь снова расцветет на Земле, или нет ее совсем? Ибо человек так уж устроен, что может достаточно спокойно относиться к собственной смерти, если знает, что и после него жизнь будет продолжаться бесконечно долго, но мысль, что через тысячу или пусть миллион лет она прекратится, приводит его в смятение и тоску. Ему становится нечем и незачем жить, а «после меня хоть потоп!» - не более чем звонкая фраза. И хотя ответить на вопрос «как», наука сегодня еще не может, однако уже достаточно накопилось сведений для того, чтобы понять, какие предпосылки и условия необходимы для зарождения жизни. Поскольку химическая эволюция вещества Вселенной, по-видимому, неизбежно порождает органические соединения - тому примером огромные облака органики в межзвездном пространстве, открытые с помощью радиотелескопов, - не так уж сложно заключить, что в любом случае появились они из Космоса. И видимо, именно в ту пору, когда образовывалась сама планета Земля из газопылевого облака, в котором наряду с неорганическим косным веществом всего вероятнее находилось и органическое: кто знает, не являются ли самые загадочные на Земле вещества - нефть, горючие сланцы, газ трансформированными потоками тех органических соединений, которые выделил Космос для образования Земли?

Словом, сам материал для образования живого вещества имелся на Земле с самого начала ее существования. Однако материал этот был только сырьем, рудой, из которой могла организоваться жизнь лишь при соответствующих условиях. Такие условия не могут существовать ни в космическом пространстве, ни на астероидах или кометах, ни тем более на звездах. Единственно, где мы можем наблюдать ту или иную стабильность (понятно, необходимую для существования жизни), это на планетах. В нашем случае - на планете Земля.

Геохронологический радиоактивный анализ определяет возраст Земли, Луны, выпадающих на Землю метеоритов и всех остальных планет солнечной системы (кое-кто идет и дальше, причисляя к этому возрасту и само Солнце) в 4,5 млрд. лет. Древнейшие остатки живых организмов - цианобактерий, более известных как сине-зеленые водоросли, имеют, согласно тому же анализу, возраст в 3,2-3,8 млрд. лет. Таким образом, на все про все - формирование Земли из газопылевого облака в плотное космическое тело, обретение равновесного, стабильного состояния земного шара, и главное в данном случае поверхности его, того, что геологи называют земной корой, образование атмосферы, стабилизирующей условия на этой поверхности (потому-то и безжизненна Луна, что нет на ней атмосферы), вод Мирового океана с растворенными в них минералами и органикой и, наконец, на зарождение первых живых организмов - отводится всего 1300-700 млн. лет. Среднее значение - миллиард лет, по-видимому, вполне достаточно для осуществления всех этих процессов. Тем более что, судя по всему, раз начавшись, тот или иной процесс - формирование ли планеты или развитие живых существ - нарастает лавинообразно, убыстряясь с течением времени в арифметической, а то и в геометрической прогрессии. К тому же датировка остатков живых микроорганизмов производится по возрасту тех геологических пород, в которых они найдены, и полной уверенности в тождественности их древности, по существу, нет. Ибо за прошедшие с момента образования пород миллиарды лет они не раз испытывали всевозможные тектонические преобразования: перемещения, поднятия, опускания, надвиг одних пород на другие. И вполне возможно, что микроорганизмы более позднего происхождения попали и впрессовались в эти породы аж миллиарды лет спустя после их образования.

Вот уж что несомненно - 2,5-3 миллиарда лет назад сине-зеленые водоросли и бактерии уже заполнили Землю. Об этом свидетельствуют их массовые отложения в осадочных породах, а порою и целиком такие породы состоят из остатков циано- и иных бактерий. Судя по всему, где-то рядом с этим сроком и нужно искать начало зарождения жизни на Земле. Ибо в те времена практически ничто не препятствовало размножению уже сформировавшихся организмов. Ни врагов, ни недостатка питательных веществ, ни ограничений в пространстве расселения еще для них не существовало - воды Мирового океана с растворенными в них повсеместно питательными веществами представляли собою идеальную среду для неограниченного размножения. По подсчетам Ф. Кона, которые приводит в своей книге «Химическое строение биосферы Земли и ее окружения» академик В. И. Вернадский, одна бактерия, делясь беспрерывно каждые 20 минут, способна заполнить своим потомством весь Мировой океан в течение 4,5 суток. По подсчетам К. Эренберга, приведенным в той же книге В. И. Вернадского, одна водоросль диатомея «может дать массу материи, равную объему нашей планеты» всего за восемь дней!

Естественно, что при такой скорости и мощи размножения, практически мало лимитируемой окружающей средой, отдельные микроорганизмы, попадающиеся в чрезвычайно редкостных пластах 3,8 миллиардолетней давности скорее какая-то аномалия, возникшая в результате некоей случайности (той же тектонической), чем норма. Поэтому всего вероятнее, что живые организмы возникли на Земле 1,5-2 миллиарда лет спустя после начала образования планеты.

Это тем более вероятно, что, по современным геологическим данным, еще 3,5 млрд. лет назад поверхность земного шара была раскалена до 1000°С, а давление атмосферы было в 10000 раз больше, чем сейчас, - иначе просто нечем объяснить повсеместную глобальную гранитизацию поверхностного слоя. Стоит, наверное, отметить, что такое заключение подтверждается - и вообще стало возможным - исследованиями грунтов Луны и Венеры, в том числе пятью советскими автоматическими космическими станциями «Венера», совершившими посадку на этой планете и приславшими радиоавтографы ее поверхностных пород. Ясно, что никакое существование не только живых существ, но и органических веществ в условиях расплавленных гранитов попросту невозможно.

Словом, как бы ни пытались сторонники космобиогенеза доказать свое «иностранное», внеземное происхождение, никак это у них не получается. Самое забавное заключается в том, что в погоне за благородной космической генеалогией они исключают из Космоса родную Землю. А между тем Земля такое же равноправное космическое тело, как и вожделенные ими кометы, астероиды, газопылевые облака и звезды. И все они, и она сама, и все живущее на ней образовалось из одного и того же вещества Вселенной (больше попросту не из чего образоваться), а следовательно, все и вся, в том числе и мы с вами, так или иначе имеем благородную космическую генеалогию.

Жизнь родилась на Земле - планете уникальной. Ни холодный Марс, ни раскаленная и до сих пор Венера, ни тем более планеты, которые находятся гораздо ближе Венеры к Солнцу или дальше от животворящих лучей Марса, не смогли - теперь мы уже достаточно хорошо знаем - породить высокоорганизованную жизнь. Ту уникальную Жизнь, которая существует на Земле. Даже сине-зеленая водоросль - настолько совершенное существо, что, практически не изменяясь, фактически бессмертной прожила все эти 2,5-3 млрд. лет. И не просто выжила, преодолев все катастрофы и катаклизмы, но жила все время в трудах и заботах, преобразуя атмосферу и воды Мирового океана в пригодную для существования высших организмов, в том числе нас с вами, окружающую среду.

По современным научным представлениям, на заре зарождения жизни на Земле атмосфера почти сплошь состояла из углекислого газа. В такой душегубке не только мы, но и самые неприхотливые существа, кроме анаэробных бактерий да еще сине-зеленой, просуществовать и часу не смогли бы. Угле-кислотная атмосфера, кроме того, была прозрачна для жесткого ультрафиолетового излучения Солнца, тех самых высокоэнергетических квантов, которые разрушают белковые соединения - основу живого организма. В таких-то вот условиях и начала свою деятельную жизнь сине-зеленая водоросль.

Она имела огромный потенциал размножения. Помните старинную притчу о шахматах, в которой их изобретатель потребовал от пришедшего в восторг владыки всего только положить на первую клетку одно зернышко, на вторую - два, на третью - четыре, и так все время удваивая, заполнить всю доску. Владыка с радостью, что дешево отделывается, согласился. Однако когда подсчитали, оказалось, что не только урожая всего земного шара, но и самого веса этого шара недостаточно для удовлетворения требования изобретателя. Так вот, такой же, только не ограниченный 64 клетками доски, потенциал размножения имела и сине-зеленая водоросль, сделавшая самое удивительное и великое со дня сотворения Вселенной открытие: фотосинтез.

Чрезвычайно сложный (и до сих пор еще таинственный, даром что над его разгадкой бьются сотни ученых уже свыше 200 лет!) этот процесс неимоверно изящно и просто решает проблему существования и главное развития не только организма отдельного растения, но и всех живущих на Земле существ. В зеленых растениях при помощи даровой энергии солнечного излучения в процессе фотосинтеза вода (со школьной скамьи известная Н2О) разделяется на два атома водорода (Н) и один атом кислорода (О). Кислород улетучивается в атмосферу, а водород вступает в соединение с захваченной из атмосферы углекислотой, образуя углеводы-аккумуляторы энергии, которые обеспечивают существование самого растения и служат питанием, а следовательно, опять же обеспечением существования для живот ных. Процесс этот очень эффективен: преобразование одной грамм-молекулы углекислоты аккумули рует и запасает впрок 112 килокалорий энергии.

Но для Жизни на Земле важен не только прямой продукт фотосинтеза - энергия, а и его побочное производное (впрочем, вполне возможно, что это только нам кажется, что побочное, а на самом деле основное) - свободный кислород. Только благодаря этому побочному (основному) продукту и стало возможным развитие Жизни на Земле до ее высших видов, скромно говоря, до нас с вами.

В сущности, на Земле существует две формы Жизни: анаэробная, которой свободный кислород в атмосфере и вообще в среде обитания вовсе ни к чему, и аэробная, для которой его отсутствие означает смерть. Казалось бы, в первой форме организмам существовать гораздо выгоднее - нет кислородной зависимости, а значит, имеется большая степень свободы. Как бы не так! Научные исследования показали, что анаэробное существование (одним из таких видов является брожение дрожжей, например) при окислении одного моля глюкозы вырабатывает всего лишь 50 килокалорий, а кислородное - 686, почти в 14 раз больше! И дело здесь вовсе не в экономичности (хотя и в ней тоже), а в том, что появляется избыточная энергия, а следовательно, степеней свободы становится гораздо больше. Простой расчет показывает это. Допустим, что для поддержания собственного существования и размножения живой клетке необходимо в какой-то отрезок времени 50 килокалорий. Значит анаэробы используют весь свой ресурс и вынуждены беспрерывно отыскивать пищу и питаться. Для остального времени просто не остается. Аэробная же клетка, затратив в тот же отрезок времени на те же нужды то же самое количество энергии, оставляет в запасе почти 13-ти кратную норму.

Энергия не может накапливаться безгранично. Она ищет выхода в деятельности живого организма - в движении, а значит, миграциях и как следствие этого в больших контактах с окружающей средой, которая отнюдь не однородна и потому так или иначе научает, совершенствует организм, который передает своим потомкам наследственную информацию. Потомки, в свою очередь, используя свободные запасы энергии, также совершенствуются. Так идет линия развития, эволюция всего живого на Земле.

Как уже говорилось, атмосфера в те незапамятные времена состояла почти сплошь из углекислого газа. Воды Мирового океана занимали гораздо большую, чем ныне, площадь. А это значит, что для развития и размножения сине-зеленых на основе фотосинтеза существовали практически идеальные условия. И они интенсивно жили и размножались, поглощая углекислоту атмосферы, усваивая из нее углерод и выделяя кислород. Если учесть скорости размножения, о которых говорилось выше, то нетрудно представить, что преобразование сине-зелеными водорослями атмосферы из углекислотной до преимущественно кислородной произошло довольно быстро (понятно, в геологическом исчислении), а значит, счет идет на сотни миллионов лет, но ведь и объем земной атмосферы громаден, а клетка сине-зеленой - микроскопическая.

В сущности, с тех самых пор и началось преобразование природы, приспособление окружающей среды к необходимым для развития Жизни условиям самими живыми организмами. Это преобразование - основная составляющая существования всех живых существ. Тем-то и отличается живой организм от косного вещества, что активно переделывает среду, как правило, на благо не только лично себе, но всему живущему на Земле, всей Жизни в целом.

К сожалению, человек выпадает из этого правила, преобразуя среду только для себя и чаще всего в ущерб всему остальному живущему.

С самого начала своего, так сказать, разумного существования человек отличался неразумием по отношению к сохранению природных богатств своего местообитания. Еще на стадии собирательной деятельности, пользуясь своей незаурядной смекалкой, первобытные люди перегораживали речки, чтобы выловить идущую на нерест рыбу. И вылавливали, конечно, гораздо больше, нежели могли употребить в свежем или хотя бы протухшем, но не начисто разложившемся виде. Неотнерестившаяся рыба, естественно, не могла давать потомства, и речка скудела, что не очень-то беспокоило людей - речек было еще много, людей мало, и они переселялись на другое место, снова радуясь дармовому богатству уловов.

Скотоводство с его высокой концентрацией одомашненных животных в пределах небольшой территории уничтожало сложившиеся за тысячи лет биоценозы - природные динамически равновесные сообщества растений и животных, нарушало почвенный покров. Так, ученые пришли к выводу, что пустыни на Земле, и прежде всего такая бесплодная громадина, как Сахара, результат скотоводческой деятельности человека.

Приложили руку к опустыниванию Земли и земледельцы, выжигая леса для освобождения площадей под пашни. А поскольку лес является естественным конденсатором, накопителем и распределителем атмосферных и подземных вод, его уничтожение привело к оскудению ручьев и речек водою, а стало быть, к засухам в земледельческом регионе, земля не давала урожаев, приходилось искать, а значит, выжигать новые участки леса и так до тех пор, пока не запустошится, не опустынится весь некогда благодатный край.

И если на этих начальных стадиях технически неоснащенный человек мог наносить такие глубокие изменения, шрамы Земле, ее живой природе, ничего не давая ей взамен, никаким образом не способствуя ее существованию и развитию, то с помощью технических средств его деятельность приобрела поистине устрашающие по своей разрушительной мощи последствия. Но об этом мы поговорим немного позже.

Словом, преобразование среды отнюдь не прерогатива только человека, как он с присущим ему самомнением обычно провозглашает. Эта деятельность присуща всем живым существам, и они ведут ее гораздо более рационально и эффективно, чем человек.

Во всяком случае, создать из преимущественно углекислотной почти полностью кислородную атмосферу Земли человеку было бы не под силу. Недаром для «окислородивания» венерианской атмосферы предлагается забросить на поверхность Венеры сине-зеленые водоросли - только они в состоянии справиться с такой грандиозной задачей, что ими уже блистательно доказано здесь, на Земле.

Сине-зеленые и по сей день ведут свою природо-преобразующую, природоохранную деятельность. Выжжена ли земля взрывом ядерных бомб, омертвлены ли воды ядовитыми промышленными и сельскохозяйственными стоками, словом, везде, где проявляется неразумие «разумной деятельности человека», тотчас же поселяется сине-зеленая водоросль, чтобы устранить разрушительные результаты этой деятельности: в условиях смертоносной радиации начать создавать почву или в бескислородной мертвой воде перерабатывать вредные вещества, осаждать их в виде безвредных минералов в грунт с тем, чтобы вновь расцвела, смогла существовать и развиваться жизнь.

И опять же только неразумие человека объявляет сине-зеленую «врагом» потому, что забивает она фильтры водозаборных сооружений и гидроэлектростанций, заполоняет водоемы, отравленные промышленными, и сельскохозяйственными стоками, и тем доставляет человеку известные неудобства. Но эта декларация совсем не по адресу: враг не тот, кто делает воду чистой, а тот, кто загрязняет ее. В реках и озерах доиндустриальных лет сине-зеленая не водилась - в чистых водах ей делать нечего.

То, что по геологическим понятиям «быстро», по нашим меркам - неимоверно долго. Прошло около миллиарда лет, прежде чем атмосферный воздух и вода Мирового океана очистились от углекислоты настолько, что появилась возможность существования первых аэробных организмов - еще очень простых, одноклеточных, потому и названных «простейшими», но в сравнении с предшествовавшими им сине-зелеными и бактериями настолько уже сложными, что отличались они друг от друга, как человек от, скажем, земляного червя. Принципиально.

Дело в том, что сине-зеленЫе и бактерии не имели (и не имеют) ядра - основного центрального организующего, целеполагающего и направляющего к этой цели органа. И хотя каждый органоид той же сине-зеленой, как хороший солдат «знает свой маневр» и выполняет свои функции с удивительной четкостью удивительно своевременно, все же для дальнейшего развития, продвижения вперед и вверх по лестнице эволюции этого совершенно недостаточно. Некому собирать, запоминать и главное обобщать поступающую из внешнего мира информацию, на основе которой можно так или иначе приспособляться к окружающей среде или ее приспосабливать, делая все более и более подходящей для существования. Некому руководить, т. е. ставить какие-то цели и мобилизовать на их достижение, так сказать, коллектив всех органов клетки. Некому, наконец, оценить случайно найденное преимущество и ввести его в норму, передать потомкам и закрепить его в них. Ибо любой органоид если и оценивает преимущество, то только на своем уровне - то, что является преимуществом для него самого, а не для организма в целом. Чаще всего такое поведение органоида вызывает сбой четко отлаженного функционирования всего организма и клетка гибнет. Только центральный руководящий орган может мгновенно перестроить, подстроить деятельность других органоидов, чтобы сохранить и найденное преимущество, и жизнь всего организма.

Словом, ядро явилось неким прообразом мозга.


И снова загадка. Как, каким таким образом могло встроиться ядро в четко отлаженный, не нуждающийся в нем для продолжения своего существования (чему свидетельством и до сей поры существование сине-зеленых и бактерий) организм? Напротив, любое внедрение, в сущности, ненужного органа принесло бы мгновенную гибель клетке. И удовлетворительного ответа сегодня еще не найдено. Самое серьезное объяснение, что какая-то большая бактерия заглотила маленькую, которая и превратилась затем в ядро, столь же несерьезно, как и предположение, что сердце появилось у нас потому, что один из наших прапрапредков проглотил лягушку, которая и до сих пор трепыхается, разгоняя кровь. Ибо уж не говоря о том, что сквозь оболочку-мембрану прокариоты (доядерной клетки) едва ли проникнет столь громадное (сравнительно, конечно) образование, как микроорганизм размером в ядро, но даже если бы он каким-то образом и проник, клетка моментально переварила бы его, используя белки и прочие составные для своего существования или деления, либо погибла бы.

И хотя тайны как самого зарождения Жизни, iaic и возникновения эукариот (клеток с центральным управляющим органом - ядром) все еще ждут свое го раскрытия, мы уже сегодня в состоянии прийти к некоторым обобщающим выводам.

Образование живого вещества открыло новую эру эволюции вещества Вселенной. Замечательно, что путь и этапы развития живого вещества полностью совпадают с путем и этапами эволюции вещества косного, но происходит это на качественно ином, более сложном и высоком уровне.


Как видите, не только пути эволюции, но и структуры Космоса и Биосферы совпадают. А это наводит на серьезные размышления, о которых здесь нет необходимости говорить.

В сущности, мы разделили эти пути на две строчки только ради наглядности совпадений. В природе эти эволюционные пути идут, так сказать, одной строкой и вторая продолжает первую, по-видимому, без всякого перерыва, а пробелы, обозначенные знаком вопроса, не что иное, как пробелы ь нашем знании (их, конечно, больше, и как ни странно именно в путях развития живого).

Но строка-то одна, а уровни совершенно разные. Степень сложности организации живого такова, что самое простое существо, находящееся в самом начале эволюционного пути живого вещества, в тысячи раз сложнее организации минерала, находящегося в конце эволюции вещества косного. Так что в данном случае можно с полным правом говорить о совершенно новом, особом (но не обособленном!) физическом состоянии вещества Вселенной, состоянии, отличающем живое от косного так же, как, скажем, отличается паровоз от телеги (аналогия, вовсе не претендующая на полноту).

Мы еще не знаем, как, почему, когда произошел этот огромный качественный скачок, сравнимый лишь с качественным скачком перехода правещества (имеющего опять же иное, особое физическое состояние), из которого образовалось примерно 20 миллиардов лет назад вещество нашей Вселенной, в то физическое состояние материи, каким мы его знаем. Впрочем, возможно и не было никаких скачков и взрывов, эволюционный процесс протекал непрерывно и вещество Вселенной переходило из одного вида в другой без всяких эксцессов. А то, что нам кажется катастрофическим взрывом тех же сверхновых звезд, рассеивающих синтезированные в их недрах тяжелые элементы в пространство Вселенной, по космическим масштабам все равно, что по нашим - взрыв плода «бешеного огурца», когда он рассеивает свои семена в пространстве Земли.

Приведенная выше таблица достаточно ясно показывает еще одно примечательное свойство эволюции вещества Вселенной - постоянное и неуклонное на каждом этапе развития все большее и большее усложнение его организации. Причем усложнение это идет не только по физическим структурным параметрам, но и по внутреннему химическому составу, т. е. усложняется не только количественно, но и качественно, с переходом на каждый новый этап. А переход из одного физического состояния в другое - в данном случае из косного в живое - и вовсе знаменуется усложнением в несколько порядков. Это подметил еще академик В. И. Вернадский в своем последнем труде «Химическое строение биосферы Земли и ее окружения»:

«Есть одно чрезвычайно яркое явление, которое в другой форме выявляет резкое отличие природных химических соединений живого вещества - продуктов биогеохимических процессов Земли от минералов - продуктов обычных химических реакций Земли. Общих соединений очень мало, и это только наиболее простые соединения большею частью. Но главное отличие заключается в количественной их разнородности. Количество минералов едва ли превышает 3000 видов. Количество химических определенных соединений, составляющих тело организмов... уже сейчас превышает десятки тысяч видов, может быть, сотни. По-видимому, индивидуальность организмов - неделимых живого вещества - тесно связана с химическим составом его тел, в таком случае число этих различных химических соединений должно исчисляться десятками, сотнями миллионов».

В настоящее время на Земле насчитывается свыше 500 000 видов растений и более 1 000 000 видов животных. И каждый из видов имеет десятки, а то и сотни присущих только ему одному биохимических соединений. Особенно богаты ими растения. В наиболее полно (но далеко не полностью!) изученных растениях находится до 1200-1300 различных биохимических соединений, примерно две трети из них уникальны, не встречаются ни в каких других видах. И опять же как правило: чем позже появился вид на шкале эволюции, тем большее количество соединений он содержит.

И если «закон усложнения» вещества Вселенной действительно биологичен, т. е. с самого начала начал материя эволюционировала целенаправленно к созданию живого вещества (а этот вывод сам собой вытекает, если принять очевидный «закон усложнения» за факт: достигнув определенных пределов усложнения, вещество Вселенной, хочешь не хочешь, должно было перейти в новое состояние, с тем чтобы иметь возможность усложняться и дальше), то это обстоятельство во многом (если не в корне) меняет привычные представления о природе и принципах ее развития.

Прежде всего исчезает господствующее прежде, да еще и поныне, представление о случайности возникновения жизни, случайности, которой объясняют и последующую трансформацию живого - от прокариот и" эукариот до человека. Так, еще в начале нашего века ученые-биологи, в том числе и сам великий И. И. Мечников в «Этюдах о природе человека», всерьез предполагали, что «какая-нибудь человекообразная обезьяна, в период изменяемости специфических свойств своих, народила детей, снабженных новыми признаками», а именно «ненормально большим мозгом», и от этих-то обезьяньих дебилов - натуралистских Адама и Евы - и произошел, дескать, весь род людской!

И хотя нынче биологи осторожно предпочитают ускользать от конкретизации, все же эта их позиция служит скорее укреплению господствовавших некогда наивных представлений, нежели критическому их переосмыслению.

Да, когда-то гипотеза случайности зарождения жизни на Земле достаточно активно работала против религиозного детерминизма предопределения. Науке в ее героической борьбе против религиозного сознания приходилось противопоставлять все возможные доводы. И если происхождение какого-либо явления невозможно было объяснить вполне естественными причинами, следствием какого-то другого явления, его объясняли случайностью. Но сегодня о религиозное сознание само подстраивается в шаг науке, мы обладаем несравненно большей информацией, чем в начале века нашего, не говоря уж о прошлом или позапрошлом, когда и родилась гипотеза случайности. И традиционно, в силу известной инерции, и поныне все объясняют случайностью, в особенности кардинальные поворотные моменты эволюции вещества Вселенной.

Не слишком ли много случайностей? Эдак вполне можно предположить, что как-нибудь молния, случайно попав в гадюшник, образует огнедышащего дракона о девяти головах или на свалке металлолома как-то случайно соберется вечный двигатель!

Словом, все возможно вообразить, если верить в невероятную случайность (а просчеты вероятности случайного возникновения жизни на Земле и последующих ее кардинальных трансформаций достаточно ясно показывают невероятность этих явлений) - по существу, в модернизированное представление о мистическом чуде.

Да, жизнь сама по себе - наичудеснейшее чудо. Но чудо это - естественное и совершенно естественным, закономерным путем возникло в процессе эволюции вещества Вселенной. И все живущее на Земле вообще, и человек в частности не некий бастард, появившийся в результате слепой и нелепой случайности, а вполне законный потомок, наследник и преемник развивающейся Вселенной.

Так что мы с вами - кровные родственники не только со всеми людьми, не только с «братьями нашими меньшими» - животными и растениями, существующими на Земле, но и с Солнцем и звездами, с галактиками и туманностями, со всем необозримым Космосом.

И еще одно немаловажное обстоятельство вытекает из «закона усложнения»: если он действительно существует и целенаправлен, следовательно, мы, человечество, не одиноки во Вселенной. Значит и разум наш, и братья по разуму в необъятных космических просторах существуют как необходимое и неизбежное явление развития вещества Вселенной.

Так что, даже если будет полностью уничтожена нами, людьми, жизнь на Земле (а такой вариант вполне возможен), остается надежда, что развитие ее во Вселенной продолжится. Надежда эта скорее умозрительна и, безусловно, малоутешительна. Ибо вековечный вопрос, зачем человек появился и живет на Земле, в этом случае получает зловеще-саркастический ответ: чтобы уничтожить все живое, и все наши с вами дела, все заботы и хлопоты повседневной жизни приобретают полнейшую бессмысленность, бесцельность. Потому что, что бы там ни говорили, ни думали, мы, отъединяясь, обосабливаясь от Природы, враждуя и воюя с нею, все равно подчиняемся ее великому биологическому закону: жить прежде всего для сохранения человечества как вида, для продолжения рода человеческого и его дальнейшего развития. Все тот же «закон усложнения» просматривается и в самой истории человечества.

Сегодня же есть все основания говорить, что это развитие может быть прервано на самом значительном месте - жизни наших детей и внуков. Даже если человечество справится с угрозой ядерной войны, уничтожит арсенал ядерных зарядов, а заодно и химического оружия, остается менее явная для большинства людей, но не менее смертельная опасность насыщения окружающей среды ядовитыми отходами промышленности, транспорта и сельского хозяйства до тех пределов, за которыми последствия станут необратимыми и невозможными для существования живых существ, главным образом высокоорганизованных, в том числе наших потомков.

Ибо как бы мы ни старались, полностью уничтожить Жизнь на Земле человеку не удастся. Те же сине-зеленые, которые начали жизнь, продолжат ее в случае глобальной катастрофы. Опять заселят безжизненные воды океанов и поверхность Земли, снова жизнь пойдет по пути усложнения, эволюционируя, развиваясь от прокариот к эукариотам, затем многоклеточным - по всей эволюционной цепочке. Только вот будет ли ее завершать, венчать, как нынче, человек, сказать точно нельзя. Скорее всего - нет. И дело вовсе не в том, что Природа, убоявшись неразумия «существа разумного», постарается не допустить этого. Сам человек, допустив глобальную катастрофу, тем самым уничтожит все возможности для повторения эволюционного развития жизни в предыдущем направлении. Ибо совершенно иной состав химических соединений в земной атмосфере, водах и грунте повлечет за собой и совершенно иные мутации, а следовательно, и иную эволюцию прокариот, эукариот, многоклеточных. А вот в какие формы они соберутся, какие будут иметь внутренние качества, разовьется ли сознание до привычного нам, человеческого, уровня - бог весть.

Впрочем, такая глобальная катастрофа (если исключить возможность ядерной и химической войны) маловероятна. Потому, что загрязняющая окружающую среду промышленность вольно или невольно, хорошо ли, плохо ли, но все же (пока что) контролируется человеком. И когда уровень загрязнения биосферы Земли достигнет опасного для жизни предела, первыми вымрут высокоорганизованные существа - прежде всего люди. Вместе с их исчезновением прекратится и добыча полезных ископаемых, и работа заводов и фабрик, остановится транспорт и, как следствие, прекратится и рост уровня загрязнения атмосферы, вод и земель.

Пройдут тысячи, а может быть и миллионы, лет, и оставшиеся на Земле растения и животные, геохимические процессы геосферы снова восстановят биосферу, приведут ее к доиндустриальному, пригодному для жизни всех существ уровню. Но оценить всю прелесть первозданной природы будет уже некому. Вымершее человечество в этом случае н и к о г д а уже не родится вновь. Никогда. Ибо если в варианте глобального исчезновения высших живых организмов есть еще какая-то надежда, что природа создаст, в процессе будущей эволюции, пусть шестиру-кое, восьминогое, но сознательное разумное существо, то с прекращением рода человеческого на Земле при условии сохранения практически всей остальной живой природы развиться существу с сознанием типа человеческого будет просто-напросто не из кого. При всей смышлености человекообразных обезьян до уровня человеческого сознания они дойти не смогут - тому порукой тот факт, что за десятки миллионов лет, что они существуют рядом с ветвью Homo, они так и остались на обезьяньем уровне, хотя ничто, в том числе и человек, не мешало им обрести сознание. В последнее десятилетие отдают дань восхищения разуму дельфинов, но и они не смогут стать заместителями человека на Земле. По той простой причине, что живут они в среде, исключающей возможность ее преобразования, да и преобразовывать любую среду дельфинам, в сущности, нечем, а выползать на сушу, чтобы в процессе эволюции обзавестись руками-ногами, они, по-видимому, не станут, для этого они достаточно разумны, ведь в воде им живется и так неплохо. Впрочем, искать заместителей человека на Земле в случае его гибели придется разве что среди насекомых. Ибо и обезьяны, и дельфины, и прочие высокоразвитые млекопитающие всего вероятнее вымрут вместе с человечеством, и от тех же причин. Потому что степень уязвимости возрастает вместе с уровнем сложности того или иного организма, той или иной системы в геометрической прогрессии. Атом водорода или кислорода может существовать невообразимо долго - время, в тысячу крат превышающее время существования Вселенной. Молекулярный водород или кислород менее устойчив. Еще менее устойчивы более сложные молекулы - воды, перекиси водорода и т.д. В миллионы раз более сложная молекула той же ДНК в миллиарды раз более уязвима для внешних воздействий, чем молекула воды, а клетка сине-зеленой тем паче. В свою очередь, сине-зеленая гораздо выносливее, чем, скажем, домашний клоп, а клоп несравненно живучее, нежели человек и другое, стоящее на высокой ступени развития животное.

Словом, если в том случае, когда после глобальной ядерной катастрофы жизнь начнется с нуля сине-зеленых и бактерий, и можно еще надеяться на то, что в результате последующей эволюции Земля вновь будет заселена разумными существами, обладающими сознанием, то в случае глобального экологического кризиса гибели только человечества и наиболее высокостоящих на лестнице эволюции живых организмов, такая надежда, по-видимому, исключена. По существующим ныне представлениям, цикл происхождения видов на Земле, по-видимому, закончен.

Так что неизвестно еще, что хуже: глобальная ядерная война или глобальный экологический кризис. Точнее, все хуже, ибо куда ни кинь, гибель человечества неизбежна. Только вот при экологическом кризисе агония человечества продлится гораздо дольше и менее явны будут ее проявления, которые воспримутся как просто болезни, просто недуги отдельных людей, хоть это и будет массовым явлением. Ведь воспринимаем же мы сейчас массовые эпидемии гриппа именно так. Ведь воспринимает же медицина в городах с высокой загрязненностью атмосферы токсичными промышленными и транспортными газами патологическую реакцию детей на эти отравления как простую аллергию, вызванную неправильным питанием. А реакция эта даже не то что первый звонок - набат, гудящий о надвинувшейся, об уже калечащей наших потомков опасности. И вот так, потихонечку-полегонечку, один за другим, недуги приведут наконец организм людей к полному, необратимому расстройству. Такому расстройству, при котором и смерть покажется желанным избавлением.

Понятно, что апокалипсические эти пророчества отнюдь не сродни библейским. Прежде всего ни ядерная, ни экологическая катастрофы не являются а б с о л ю т н о н е и з б е ж н ы м и. Человечество может предотвратить их. И во-вторых, все эти пророчества базируются на научных исследованиях и лабораторных экспериментах - на всех тех знаниях единства взаимодействий и взаимовлияний живых организмов, в том числе человеческого, окружающей среды и минеральных и органических соединений, которые накопило человечество к концу XX века.

предыдущая главасодержаниеследующая глава





Rambler s Top100 Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2001-2017
При копировании материалов активная ссылка обязательна:
http://nplit.ru 'NPLit.ru: Библиотека юного исследователя'